реклама
Бургер менюБургер меню

Анна Владимирова – Маша против медведя (страница 27)

18

- Скорее всего, - хмуро соглашался я. - Хочешь, побудь тут, а я поговорю с этим… Пусть займется оповещением округи.

- Не надо, я сама попрошу. Ты только рядом постой, ладно? Медведи, вроде бы, боятся, когда сразу много людей…

- Быть может.

Вместе мы вышли за забор и направились к тачке поклонника. Тот стоял рядом и курил, но, завидев нас, удивленно помахал мобильником.

- А я вам звоню-звоню, - улыбнулся он Маше.

Я поморщился.

- Ой, а я мобильный бросила в машине, - смущенно призналась Маша. То, что она жмется ко мне, было приятно. А вот когда направилась к этому мужику, я едва не зарычал. - Артур, на нас только что напал медведь!

«Ну, это ты сильно преувеличила, Маша, - усмехался я внутри. - Медведь просто бегал по лесу за самым ушлым твоим енотом, который собирался свернуть себе шею, рухнув с корабельной ели. Что мне было делать? Правда, мы чуть не рухнули оттуда вдвоем…»

- Медведь? - округлил глаза Артур. - Ничего себе! Мария, вы целы?

- Да, со мной все хорошо, но вам стоит оповестить поселок…

- Хорошо-хорошо, - кивал тот обеспокоено. - Может, мы все же вместе поедем?

- Не могу, Артур, простите, у меня тут… еноты.

- Еноты?!

«Да, Артур, беги лучше, пока цел, - ехидничал я про себя. - В медведя ты обращаться не умеешь, а с енотами я уже все конкурсы выиграл».

- Да, - сбивчиво объясняла Маша, - я не закрыла окно, они вылезли из дома и попались медведю…

- Они целы? Может, кого-то нужно отвезти? - не унимался кавалер.

- Все целы, но в шоке. Михаил помогает мне с ними как раз…. Простите, что так вышло.

- Нет-нет, все нормально, - разулыбался тот дипломатично. - Тогда я мотнусь сейчас в центр и сообщу о медведе. Надеюсь, они знают, что делать.

- Да, - закивала Маша.

- Спасибо, Артур, - заставил себя выдавить я.

- Маш, ну, может, завтра?

- Да! - с энтузиазмом закивала она.

«Да щас!» - прорычал я про себя и едва не сгреб Машу в лапы, вовремя засовывая руки в карманы.

- Будьте осторожны, пожалуйста, - попросила Маша, когда Артур уже садился в тачку.

- Маша, возьмите, - спохватился он и вытащил из салона букет цветов. - Я хотел… ну, завтра тогда…

- Спасибо, - просияла Маша, прижав к себе букет, а этот черт еще и нагнулся, улучив момент, и чмокнул мою кошку в щеку!

Знает лишь Бог, каких усилий мне стоило не догнать этого пижона медведем…

38

- Ну что, предлагаю отремонтировать окно? - бодро возвестил я. - Надо где-то оставить енотов, пока будем нарушать закон…

И я направился в дом. Маша поспешила за мной.

- Ну, может, нарушать и не придется? - с надеждой предположила она.

- Я бы на это не особо надеялся. Может, этот внучок ее вообще травит…

- Это будет ужасно, - выдохнула она, следуя за мной на автомате. - Миш, если это так, то мне тем более нельзя было бросать ее…

- Тогда бы тебя увезли в наручниках на машине участкового, - возразил я, - и ничего бы ты точно не сделала.

Тут у меня мелькнула мысль, что мне-то вообще нежелательно ни во что подобное встревать. Условное, даже весьма дружелюбное, сути от этого не меняет. Но заднюю уже не дашь. Ну, понаблюдаем за домом. Посмотрим, что там с пациенткой на самом деле. Если и правда есть проблема, то нельзя не вмешаться. Ну, и Маша целее будет. Ну уж точно не этот тип ей нужен! Букеты, чмоки в щечку… фу…

- Что ты сказал?

- Я говорю, фу, блин, черт этого медведя принес, - нашелся я, проходя в гостиную.

- Слушай, еноты так и сидят на диване, - опешила Маша. - Они тебя странно как-то слушаются…

- Знаешь, меня многие странным образом слушаются, - усмехнулся я самоуверенно, - наверное, хирургический шарм. Как думаешь?

- Не представляю тебя орущим на кого-то в хирургическом, - улыбнулась она. - Я возьму Мартишу. Ты бери Моцарта. Без него остальные просто паиньки. Интересно, почему медведь его принес назад? Не съел, не придушил, а вернул, и именно туда, куда нужно было.

- Медведи все же звери умные, знаешь ли, - авторитетно заметил я.

- Не знала. Знала только, что жуткие. А если еще и умные, то вообще капец как страшно тут теперь…

Вместе мы перенесли енотов в дом к Маше. Потом она загнала машину во двор, а я заблокировал окно, через которое еноты повадились выходить в мир, и мы вернулись за остальными с переносками. В общем, когда дела закончились, уже стемнело.

- Ну, что? Самое время идти на дело, - возвестил я, спускаясь в гостиную из мансардного вальера.

Маша вышла мне навстречу из спальни в джинсах и толстовке:

- Представляешь, - улыбнулась она смущенно, - я готова получить тюремный срок за вторжение на частную территорию, но вот на свидание с Артуром я идти была не готова. - На мой вопросительный взгляд, она объяснила: - Мне совершенно нечего надеть! А я и забыла об этом. А он весь такой приехал… модный, с букетом…

- Тебе не нужно что-то особенное, чтобы идти на свидание, - вырвалось у меня, - ты в любом виде очень хорошо смотришься…

Я хотел еще добавить, что внешность - вообще-то не главное. Ну, уж точно не то, во что ты одет. Но решил, что не стоит портить свое первое забитое очко в эти недоступные мне ворота. Маша оценила мои успехи. Она наградила меня благодарным взглядом и теплой улыбкой:

- Спасибо, Миша. Не подумала бы, что ты… скажешь мне такое когда-то.

А вот у нее явно просвистел штрафной.

- Ну, знаешь ли, - возмутился я наиграно, - зато я, если что-то вдруг говорю, то это всегда искренне и… накипело.

- Накипело? - прыснула она.

- Да. И не такой я… какого ты там успела себе нарисовать… Ну, или,…. что там…

- Нет, что ты, я нарисовала себе вполне положительного мужчину. Это я подкачала…

- Да ну с чего ты взяла? - возмутился я. - Ничего ты не подкачала. Это те, кто рядом с тобой, подкачали.

Заработанное очко с каждым словом теряло свое значение, и я стремительно уходил в минус.

- Считаешь? - поинтересовалась Маша с улыбкой.

- Исключительно.

- Ты же говорил, что я патологически безотказная, - напомнила она.

- Я был неправ. И хотел за это извиниться.

- Не ври, Миша, - усмехнулась Маша. - Ты был прав, и знаешь это.

- Ну, в какой-то степени, - юлил я, - но мне не стоило тебя обижать.

- Наоборот. Ты заставил меня задуматься о своей роли в собственной жизни.

- Правда?

- Правда. И я больше не хочу быть удобной.