Анна Владимирова – Личная помощница для монстра (страница 26)
– Куда мне…
– Так и что тебя сегодня так испугало?
– У меня к тебе вопрос, – понизил я голос. – Когда-то на курсе нам говорили, что есть особые люди-антидоты. Но полной версии лекции нам так никто и не выдал.
– У всех есть антидоты, – подобрался он и отложил недокуренную сигару. – Не только у эмпатов.
– Кто они? Подходят ли для всех или для каждого – уникальны?
– Ты нашел женщину-антидота?
А вот тут начиналось самое неприятное. Я начал «играть в игру».
– То с одним, то с другим человеком у меня происходит сброс накопленного напряжение, – принялся врать я.
– Эта женщина…
– Женщина меня просто покорила. А антидоты стали попадаться все чаще. – Прости, Артем, но следы путать я умею. И заменить образ одной Насти на другую было несложно. – А вчера девочка поступила. Мать погибла, и она осталась с дядей. Я пока носился с ней по отделению, опустел до самого дна.
– Как интересно, – потер он подбородок. – А еще?
Артем умел следы распутывать.
– По мелочи, – напряг я все силы и «запетлял» на максималках, – у Страхова встретил на совещании даму в лифте. Пока ехали, она меня выпотрошила парой фраз… – Время было перейти в наступление. – Кажется, я заслужил право на информацию, не думаешь?
– Если бы ты ходил на супервизии…
– Я не хожу. И?
– Зря. Собственно, у меня к тебе тоже был разговор. Поэтому, сначала обсудим Страхова, а потом я отвечу на твои вопросы. Идет?
– Хорошо.
23
Он сделал паузу, в которую выпустил облако дыма.
– Ты – отличный хирург, Радик. У тебя – своя праведная жизнь, ведь ты спасаешь людей. Не позволяй всему этому дерьму, что тут творится, выдернуть тебя с корнями. Оно того не стоит. Ты не изменишь систему. Нас использовали и будут использовать. Не ты, так кто-то другой. Понимаешь?
Я посмотрел на него прямо, но промолчал. Он и так все чувствовал.
– Что касается антидотов – тут все изучено слабо. Поэтому и не дают толком ничего на обучении. Люди-антидоты попадаются, но, как правило, их заряда хватает не надолго…
– Заряда?
– Да. У этих людей есть потенциал, но он не бесконечный. Да и потом… работать они начинают не сразу. Ты мог заметить, что процесс опустошения запускает какое-то сочетание факторов – время, место, характер взаимодействия антидота… Кто-то что-то сказал, и это вдруг запустило реакцию. Ну, как у тебя в лифте с той женщиной. Пара фраз, и ты обнулен. – Я кивнул. – Никто не знает. Мы изучаем это, собираем данные.
– Ну а если неофициально? У тебя должны быть свои мысли на этот счет.
– Степень доверия, как мне кажется, играет большую роль. Антидота эмпату. Это первое. Второе – я думаю, что никто из тех, кто нашел постоянного антидота, никогда об этом не сообщит, – заметил он многозначительно. – И будут правы.
Догадался, что я водил его за нос? С него станется.
– Еще есть вопросы?
– Пока нет, – прикрыл я глаза.
Разболелась голова.
– Страхов.
– И что с ним? – Я потер виски.
– Он планирует остановить банкротство компании. Ищет кредиторов…
Я удивленно хмыкнул. Нет, то, что изменения в жизни не происходят быстро, и что через время догоняет разочарование от принятых решений, – всегда возможно с большой долей вероятности. И то, что Страхов не поставил меня в известность – тоже вполне объяснимо. Не хотел разочаровывать.
Только тут я заметил тихий вздох облегчения у Артемия и подобрался.
– Ты что, думал, что это – я?.. – дошло до меня.
– Меня обязали проверить, – признался он, тяжело дыша. – Радик…
– Что за дерьмо, Артем? – медленно поднялся я. – Мне теперь каждый раз нужно ожидать от тебя какой-то проверки?
– Предпочел бы, чтобы кто-то другой это сделал? Официально? – повысил он голос. – Мне было непросто заверить комиссию, что ты не имеешь к этому отношения, и поручиться за тебя! Сядь! Все серьезно! И лучше это буду я!
Я медленно опустился обратно в кресло.
– Я не видел Страхова несколько месяцев, – процедил. – И не имею отношения к происходящему.
– Хорошо. Мне жаль, что так было нужно.
– Я сам виноват.
– И это тоже.
– У тебя все?
– Супервизии…
– Не начинай…
– Со мной. Я возьму тебя на супервизии.
– Я правильно понимаю, что варианта отказаться нет?
– Правильно. Это все входит в мой план по урегулированию проблемы, связанной с тобой.
– Страхов не вернет себе компанию.
– Но он об этом не знает.
И тут я не смог сдержать укола совести и всплеск желания донести до него это. Черт. Артем только вперил в меня тяжелый взгляд:
– Даже не вздумай.
– Нет, конечно. – Я протер лицо.
Чувствовал себя таким вымотанным, будто отстоял день в операционной.
– Тогда согласуй, будь добр, мне график твоих супервизий, – заключил Артем. – И до встречи.
***
Олег позвонил, когда я, не найдя, чем еще заняться, направилась к Ангелине.
– Настя, прости, что беспокою, но моя мелочь выбирается из гипса и никого не слушает… – Его голос дрожал от волнения. А на фоне был слышен истошный вопль ребенка и чьи-то увещевания.
– Скажи мне, в каком вы кабинете, – попросила я.
Уже через пять минут я была на месте, но толку от меня никакого не случилось. Настя верещала, что ей нужна другая Настя, которая может становиться пони. Смотреть на мучения девочки и не обливаться потом не было никаких сил. И я бросилась в палату к Ангелине.
– Что там? – приподнялась она на мой бросок от двери к шкафу.
– У Насти истерика. Кричит, что не хочет носить больше гипс и что ей нужна вчерашняя пони…
– А у тебя разве нет работы? – обеспокоилась она, когда я пронеслась с пижамой в ванную.