Анна Вейл – Мрак сердец наших (страница 6)

Вормский перевел взгляд на Курта. Я заметила, как у того дернулась щека.

– Я искал вас в приюте. Ведь вы еще не достигли совершеннолетия…

– Я… ну… я… в гости к сестре приехал, – он махнул рукой в мою сторону. – А… там… до восемнадцати оставалось две недели. Решил не возвращаться…

– Да, и это-то и сбило меня со следа, если можно так сказать. Я понял, что вы решили уйти из приюта раньше. Не осуждаю, посетил его, малоприятное место. Стал искать по отчетам с Отметки в соседних городах. Не нашел. По документам из приюта у вас не было известных родственников, к которым вы могли бы поехать. Ведь она вам не сестра, – Бодуэн кивнул на меня и тут же примиряюще поднял ладони. – Но, прошу, меня не волнуют такие условности.

Я почувствовала, как горят щеки. Похоже, член Директории думает, что мы с Куртом… тут… О, какой стыд! Но не объяснять же ему, что мы дружим почти десять лет: с тех пор, как я оказалась в приюте, где Курт жил с младенчества. Что нас клеймили в один приезд Надзора, что после этого у нас обоих жизнь превратилась в кошмар. Что остальные дети дразнили и били нас – сначала по отдельности, а однажды загнали в угол обоих. Что тогда мы впервые взялись за руки, и Курт прыгнул во времени и спас нас. Что с тех пор мы всегда старались держаться вместе. И наконец, что каждому из нас так отчаянно хотелось иметь семью, что еще в самом начале нашей дружбы мы придумали сказку, будто мы родственники, и сами в нее поверили. Вряд ли все это интересует Директорию.

– А искал я вас потому, – улыбка исчезла с лица Бодуэна, – что хочу попросить о помощи.

Глава 5. Просьба Директории

Я услышала, как Курт поперхнулся воздухом. Я и сама в шоке распахнула глаза. Член Директории же продолжал:

– Благодаря данным от Надзора я знаю о ваших способностях, – Бодуэн вытащил из внутреннего кармана сюртука несколько бумаг. Видимо, личное дело моего брата.

«Ох, Курт, только не дерзи», – взмолилась я, вспомнив его утренние слова. Но он благоразумно молчал.

– Однако данные довольно, кхм, поверхностные. Вы позволите задать несколько уточняющих вопросов? Согласно документам, вы умеете перемещаться назад во времени? Как далеко?

Курт пожал плечами. Но Бодуэн продолжал смотреть на него и молчал. Брату все-таки пришлось открыть рот.

– Не-не очень. День-два. Может, неделя. Было и больше, но случайно получилось…

Молодой член Директории кивнул и нахмурился.

– И как долго вы можете оставаться в прошлом?

– Три минуты.

– Так мало?

Курт снова пожал плечами.

– А можете ли вы при этом перемещаться в пространстве?

Я удивленно заморгала. Неужели Бодуэну нужен… порок Курта? Члену Директории – помощь мрака? Не может же он запятнать себя таким.

– Нет, – Курт начал было мотать головой, но опомнился и заговорил. Чтобы не показывать страха, он зажал трясущиеся ладони между коленей. – Откуда прыгнул, ну, в смысле, переместился, там же в прошлом и оказываюсь.

– Так, хорошо, а возвращаетесь тоже на прежнее место?

– Да, всегда.

– Что ж, отлично, отлично, – повторил Бодуэн, но радостным не выглядел, скорее задумчивым.

Он приложил палец к идеально чистому подбородку, сделал небольшой шаг. Половица под ним взвизгнула. Глаза Вормского чуть расширились, и он отступил.

– Занятный у вас дом, однако, – Бодуэн почти смог скрыть испуг.

Я же подивилась его хорошим манерам – как мягко он намекнул, что живем мы в сарае, по которому даже ходить опасно.

– Что ж, теперь о просьбе.

Бодуэн обошел скрипящую половицу и оказался перед Куртом. Член Директории положил на стол рядом с подносом небольшую пластину. Я наклонилась. По краям пластину украшала позолоченная резьба, а в центре был портрет ребенка лет восьми. Мальчика с белокурыми локонами и ясными голубыми глазами, прямым благородным носом и совершенно идиотским огромным жабо на шее.

– Это – сын одного знатного семейства. К сожалению, их дом подвергся нападению. Их ограбила банда мраков. Простите, что приходится это говорить, – член Директории посмотрел мне в глаза. – Я не разделяю предубеждение, что все мраки – преступники. Но в этом случае дело обстояло именно так.

Он отошел к столу, взял кружку и сделал еще один глоток. Помолчал несколько секунд. Я заметила, как он слегка постукивает ногтем по чашке. Кажется, ему сложно было продолжать. Может быть, он рассказывал про свою семью? А мальчик – его близкий? Брат, сын? Хотя совсем не похож. Бодуэн продолжил говорить, глядя перед собой.

– Нападавшие ограбили семью и забрали мальчика. Потребовали выкуп. Но когда семья принесла деньги, ребенка в условленном месте не было. Надзор задержал банду и все выяснил. У одного из них оказалась очень необычная способность – он заставлял людей исчезать… Точнее, он утверждал, что перемещает людей в какое-то другое место. Куда именно – он и сам не знал. Мраки планировали скрыться с деньгами, а от мальчика просто избавились.

– И он не может вернуть его? А если его заставить? – меня так заворожил глубокий и печальный голос Бодуэна и так возмутила жестокость этого мрака, что я забыла о страхе и смогла задать вопрос без писка. Нет, многие мраки от природы своей склонны к злым поступкам, но так обойтись с ребенком – это за гранью.

Самый молодой член Директории обернулся ко мне и горько улыбнулся.

– В том-то и дело: он может отправлять людей, но не возвращать их. Вы ведь и сами знаете про это «но».

Я поджала губы: конечно. Всегда есть «но». Что-то, что делает пороки мраков бесполезными. Вот и у нас так: на коврике, который я закрасила утром, уже появились грязные следы, а Курт никогда не мог изменить будущее.

– И все же, все же… Возможно, вдруг… Я должен попытаться. – Бодуэн словно разговаривал сам с собой. Он сделал глубокий вдох. – Я надеюсь, что вы, Кёртис, сможете помочь. Сможете вернуть ребенка.

– Э-э, да? – Курт нахмурился. – Но я же… во времени прыгаю, а не…

Бодуэн медленно кивнул. Так же медленно вытащил из кармана небольшую склянку и с тихим «дзинь» поставил на поднос рядом с нетронутой кружкой чая. Мы с Куртом уставились на стеклянный сосуд. В нем что-то темнело.

– Возможно, мы сможем это изменить.

Я и брат, словно марионетки, управляемые кукловодом, одновременно вскинули головы. Бодуэн продолжил:

– Я бы хотел, чтобы вы прыгнули назад во времени – к моменту, когда мальчик исчез. А попасть именно к нему вам должно помочь это средство.

– Наркотики? – я отпрянула.

Бодуэн вперил в меня взгляд. На лице не осталось и следа улыбки, даже грустной.

– Наркотики вне закона. Неужели вы думаете, я бы предложил вашему, кхм, брату запрещенные вещества?

Нет, конечно нет. Как можно было такое подумать о представителе закона. Дурья моя голова! Я потупилась, чувствуя, как краснею. Горло сдавило. Я непроизвольно потерла его и поняла, что кожу трет ремень сумки, переброшенной через плечо. Я забыла снять ее.

– Мы это особо не афишируем, и я надеюсь, вы тоже сохраните это в тайне. Уже много лет наши ученые ищут способ освободить мраков от их… особенностей. Пока, к сожалению, без результатов. Но они смогли найти способ влиять на пороки и изменять их, – мужчина кивнул на пузырек на столе.

Я вновь уставилась на пузырек. Пороки не приносят пользу. Они лишь туманят разум, отчего мраки или злятся и вредят другим, или сами сходят с ума. Я никогда не слышала, что можно избавиться от порока. Но как бы это было здорово – стать обычным человеком. Человеком, на которого не показывают пальцем.

– И что он делает? – Курт прервал мои размышления. Он наклонял голову из стороны в стороны, рассматривая маленькую бутылочку.

– С уверенностью сказать сложно – не было возможности провести эксперимент. Но его создатели надеются, что это средство позволит вам переместиться не только во времени, но и в пространстве.

– Туда, куда отправили этого пацана?

– Возможно.

– Я-я не буду! – Курт вжался в кресло. – Даже тот мрак не знает, куда людей отправляет. А если в Джезире, и там меня волки сожрут! Или в Эрбид, а там кони дикие, или вообще на дно океана. Пусть ваши ученые и прыгают, раз они это придумали!

Мне захотелось тряхнуть Курта за плечо. Я закусила губу от досады и страха – сейчас Бодуэн позовет своих стражей, и те отправят Курта в тюрьму за дерзость.

– Мы не знаем, что могло случиться с мальчиком за это время, – Бодуэн не обратил внимания на наглость. – Поэтому так важно переместиться и во времени. Нужны обе способности. Только вы подходите для этого. Вы уникальны.

Курт захлопал глазами и приоткрыл рот. Я его прекрасно понимала – редко можно услышать, чтобы кто-то хвалил мрака. Даже у меня в груди стало тепло, хоть эти слова были обращены не ко мне.

– Понимаю, что прошу о многом. И да, я не знаю, где вы можете оказаться: на соседней улице или на другом конце страны, или даже в другой стране. Но разве вам не любопытно? Вам ведь нравится читать о дальних странах, – Бодуэн кивнул в сторону книжного шкафа.

– Это она читает, – Курт ткнул в мою сторону, и улыбка сползла с его лица.

– Да, возможно, там опасно, – кажется, член Директории решил сменить тактику. – Поэтому, естественно, семья будет вам безмерно благодарна и готова выразить эту благодарность в очень, кхм, крупной сумме. Директория также не останется в стороне.

Тепло улетучилось из моей груди, вместо этого стало словно тяжело. Я еще раз склонилась к портрету. Что ж это за ребенок такой, раз такие важные люди упрашивают жалкого мрака о помощи? Ведь могли просто пригрозить отправить за решетку.