Анна Ветренко – Предновогодние приключения (страница 2)

– Просыпайся, врач-грач! Мы проехали табличку "Божье счастье". Куда дальше? – Полина зевнула и ткнула пальцем в сторону леса.

– Ок, вправо. – Вскоре стали появляться первые домишки, вид которых был удручающий. – Что с деревней? Такое ощущение, будто она устала. – Избы и впрямь выглядели непрезентабельно: крыши поникли, словно в глубоком поклоне, окошки исподлобья смотрели на незваных гостей. Но это было не самое страшное. Самое страшное ждало нас впереди, когда мы подъехали к наследству Полины.

– Ого! Жуть какая! – Павловна вылезла из машины и с ужасом осмотрела покосившийся забор. Теремок оказался далеко не первой свежести. Казалось, дунь на него – и он рассыплется в прах. – Пойдем внутрь, – предложила Поля.

– У нас нет другого выхода, – я с ужасом вглядывалась в царящую вокруг разруху. – Что ж, хоть воздухом свежим подышим. Правда, доктор? Тут даже птиц не слышно… – В этот момент на покосившийся штакетник уселась ворона и разразилась зловещим карканьем. – Только беды нам сейчас и не хватало! – я замахала руками, сгоняя птицу. – Кыш, кыш отсюда!

– Не язви, Нюрок, – Полина достала из сумки ключ и, с трудом повернув его в ржавом замке, отворила скрипучую калитку.

Перед ними предстал самый обыкновенный деревенский дом, поглощенный запустением. Узкий коридор упирался в крохотную кухоньку с русской печью. Вверх вела ветхая лестница, намекая на наличие чердака. Маленькая комнатка, служившая, видимо, гостиной, могла похвастаться двумя кроватями, крепким деревянным столом да парой табуретов. В избе стояла промораживающая душу стужа.

– Ладно, сойдет, – я подошла к печи. – Давай-ка растопим это чудо. Когда будет тепло, глядишь, и мир вокруг заиграет другими красками.

– Давай, – Полина достала телефон и громко скомандовала: – Окей, Гугл, как растопить печь? – В ответ – лишь звенящая тишина. Здесь, в этой глуши, не было ничего, даже интернета.

Я вздохнула и бросила испепеляющий взгляд на «чудика», затащившего меня в эту дыру. Заглянула за печь и с облегчением обнаружила там дрова и бумагу. Открыла чугунную дверцу, выгребла остатки золы, приоткрыла поддувало. Затем растопила печь, и вскоре пляшущие языки пламени озарили беленую печь теплым оранжевым светом.

– Откуда ты все это знаешь? – Полина изумленно распахнула глаза.

– Я была уверена, что здесь, кроме холода, голода и разрухи, нас ничего не ждет, – пояснила Павловне. – Заранее, еще дома, изучила, как правильно разводить огонь в русской печи.

– Умница! Как же хорошо, что мы вместе! – Полина, словно Геракл, потащила сумки из машины в дом. – На улице снег пошел!

– Нужно сходить за водой, отмыть дом, поставить чайник, а потом уже будем думать, что делать дальше.

Выйдя из избы, я огляделась. Было такое чувство, будто мы они одни во всей деревне. Колодец стоял прямо перед домом. Я была уверена, что вода в нем превратилась в лед. Заглянула внутрь и невольно открыла рот от удивления. Вода оставалась жидкой. Настоящее чудо! Наполнив ведро чистой колодезной водой, вернулась в дом.

– Представляешь, вода не замерзла! – посмотрела на подругу, но та, казалось, ничему не удивлялась. – Ты слышишь? Она почему-то не замерзла!

– Моя бабушка Стеша была знатной колдуньей, вот в ее доме до сих пор и случаются чудеса, – Полина скептически махнула рукой и принялась протирать пыль на мебели.

Вскоре деревенская изба наполнилась теплом и светом. После уборки в ней стало уютно и приятно находиться. Полина выставила на стол немудреную еду, чтобы подкрепиться.

– Какие мы молодцы! – довольно улыбалась доктор, уплетая сыр с батоном и запивая все это йогуртом.

– Не мы, а я, – уточнила и допила свой напиток, подошла к печи и проверила чайник. Мне не терпелось согреться чашкой горячего чая.

– Здесь, внизу, у бабки погреб был, – Полина принялась шарить взглядом по половицам. – Нужно слазить посмотреть, может, найдем чего-нибудь вкусненького. – Ее взгляд переместился наверх, на лестницу, ведущую на чердак. – А там чердак! Знаешь, сколько там всяких уникальных, волшебных вещей может быть? Туда мы тоже полезем!

– Хорошо, давай сначала выпьем чаю, а потом уже начнем обследовать твое наследство на предмет сокровищ, – рассмеялась, заметив, как Полина надулась. – Кстати, там, за дровяником, банька стоит. Надо завтра попробовать ее затопить. Обожаю баню! После нее даже в Аду настроение поднимается!

– Ладно, затопим тебе завтра эту душегубку. Можем еще в лес сходить, веников нарвать. А сейчас пей чай и полезем в погреб, посмотрим, что там у меня есть.

На пару с Полиной подошли к печи. Рядом с ней в полу был люк, прикрытый крышкой. Полина потянула крышку на себя, и в лицо ударил запах сырости и плесени. Мы вооружились свечами и спустились в погреб.

– Вот это богатство! – воскликнула Полина. – Смотри, Нюрка, здесь как в магазине, только бесплатно! – И она захлопала в ладоши от радости.

– Тебя не смущает, что все эти банки здесь стоят неизвестно сколько лет? У всего есть свой срок годности. Вдруг отравишься? – я с сомнением оглядела полки, уставленные консервированными припасами.

– Не выдумывай! Бабуля была волшебницей, здесь ничего не испортилось! – Полина схватила банку с лечо и полезла наверх.

– Пробовать будешь сама, – крикнула ей вслед. – Если завтра с тобой все будет в порядке, тогда и я попробую.

– Мне больше достанется, – буркнула сверху Полина, вылезла из погреба и поставила банку на стол.

С трудом открыв банку ножом, Полина с жадностью принялась уплетать лечо ложкой. Она закатывала глаза от удовольствия, вдыхая аппетитный аромат. Я, хоть и сглатывала слюнки, все же не решалась попробовать бабулины разносолы.

– Зря отказываешься! Закуска – отпад! – промурлыкала Полина, поглаживая живот и закатывая глаза от наслаждения. – Ну что, полезли на чердак? Вдруг там окажется сундук с сокровищами?

– Точно! А твоя бабушка Стеша была одноногим пиратом в пятом поколении, который прятал награбленное на чердаке, у всех на виду! – тут же представила эту картину и разразилась хохотом.

– Тебя отпустило? – Полина смотрела на меня, как на умалишенную. – Белочка приходила?

– Ты ж терапевт, а не психиатр! Какая белочка? – Настроение немного испортилось, но смех утих, оставив после себя лишь ноющую боль в скулах. – Полезли за твоими сундуками, набитыми золотыми монетами.

На чердаке стояла густая пыль. Сразу подумала, что завтра здесь тоже нужно будет прибраться. Потолок был низким и скошенным. Вещей было навалом, но, к сожалению, это были не сундуки с сокровищами, а старая мебель, сломанные инструменты и ветхая одежда.

– Нашла! – вдруг закричала Полина, направляясь к огромному сундуку, стоявшему у стены.

– И правда, выглядит как сундук, поднятый со дна моря. Открывай скорее! Может, там и правда богатства! – Я приблизилась к таинственному ящику, потирая руки в предвкушении.

Крышка сундука со скрипом отворилась, и взору предстал очередной хлам.

– Смотри, Нюрок! – Полина извлекла из сундука старую кожаную книгу, завернутую в черный платок. – Здесь какие-то знаки на обложке нарисованы. Я же говорила, что баба Стеша была ведьмой!

– Может, ну ее? Положи обратно, от греха подальше! Вдруг это опасно! – Но шаловливые пальчики Полины уже открыли книгу на первой странице, и ее глаза забегали по строчкам: – "Мир волшебный, объявись! Перед ведьмой проявись!"

– Не поняла… Причем здесь: «Мир волшебный, объявись! Перед ведьмой проявись!» – повторила за ней.

Внезапно дом содрогнулся. Книга в руках Полины вспыхнула ярким пламенем. По чердаку пронесся порыв ветра, и сзади раздался зловещий голос:

– Здравствуй, внученька! Мало того, что чужое схватила, так еще и влезла в черные ведьминские дела!

Полина обернулась, нервно хихикнула и рухнула на пол.

– Здравствуйте, баба Стеша, – успела вымолвить я и потеряла сознание вслед за подругой.

Бульбаш и Парило

Я открыла глаза и в первое мгновение не поняла, где нахожусь. Полумрак обволакивал пространство, прохлада проникала в кости, тишина давила, словно в склепе, и лишь тихое постанывание нарушало эту гнетущую атмосферу.

– Эй, Полька-бабочка, пора выпархивать из небытия! – я легонько потрясла подругу за плечо, надеясь ускорить её пробуждение.

– Мама, ещё пять минуточек… Мне ко второй паре, – пробормотала сквозь сон суперврач.

– Доча, открой глаза, хватит притворяться, – прошептала я.

Свечи давно погасли. Нащупав одну из них, я чиркнула спичкой, и слабый огонек робко замерцал в затхлом воздухе чердака.

– Мне померещилась бабка, сердце чуть в пятки не ушло, думала, смерть пришла, – Полина открыла глаза и посмотрела на пляшущее пламя лампадки. – Ты права была, когда сравнивала её с Бабой Ягой.

– Ну спасибо, внученька, за комплимент, – раздался скрипучий голос.

Не сговариваясь, мы хором заорали. Бабулька стояла рядом с нами, смотрела спокойными, всевидящими глазами и терпеливо ждала, пока мы успокоимся. Когда весь воздух покинул наши легкие, воцарилась долгожданная тишина.

– Всё, накричались? – старушка скрестила костлявые руки на груди.

– Отказываюсь в это верить, – пролепетала подруга, отвернувшись от призрачной родственницы и уставившись на выход с чердака. – Давай свалим отсюда, как будто ничего не было, – она вскочила на ноги, отряхнула джинсы и решительно направилась к лестнице.