Анна Ветренко – Предновогодние приключения (страница 4)

– Да брось ты, он просто мелкий пакостник, – подошла к старинному сундуку, откинула тяжелую крышку и сразу же увидела книгу, которую мы положили туда вчера. – Забирай свое сокровище, открывай пятую страницу, начнем разбираться.

Полина извлекла из недр сундука пыльный фолиант, уселась прямо на пол, и, склонившись друг к другу, мы углубились в чтение пятой страницы. По мере того, как строки складывались в слова, становилось ясно: бабка Стеша была права – силу необходимо взять, иначе не миновать беды. Для этого нужно отправиться на кладбище ровно в полночь, принести с собой кровь убиенного существа, окропить ею могилу ведьмы, а затем прошептать заклинание. После этого – приложить ладони к кладбищенской земле, и сила сама вольется в них.

– Я знаю, чью кровь возьму, – хищная улыбка исказила лицо Полины, – певца недоделанного, Бульбаша.

– Перестань! Он же не со зла, – попыталась успокоить будущую ведьму, – кровь можно взять куриную. Мы же купили с собой парную цыпу, из нее и выжмем. Перепиши слова на бумагу, и в двенадцать – потопаем.

– У меня к тебе просьба, – глаза Полины наполнились щенячьей мольбой, что было редкостью, – давай сделаем это вместе, пожалуйста. Прошу, давай и в этом будем вместе.

– Хорошо. Если получится, я не против, – не стала заранее разбивать ее надежды, зная, что, возможно, ничего и не выйдет. – А сейчас я собираюсь в баньку. Пойду затоплю.

– Иди, Нюрочка, – Полю словно подменили, сама любезность, – пока ты будешь нагревать помещение, я тебе веничек найду.

Процесс топки деревенской баньки оказался почти таким же, как и у печи в доме. Только требовалось постоянно подкладывать дрова и терпеливо ждать, пока баня прогреется. На это уходило не меньше двух часов. Но зато за это время удалось сделать много полезного: выгрести золу, аккуратно сложить березовые поленья и запарить ароматные веники. Когда процесс прогревания достиг нужной отметки, можно было спокойно выйти и заняться другими делами.

– Уже все? – Полина сидела за столом и неспешно попивала чай с малиновым вареньем. Рядом с ней восседал Бульбаш, подбрасывая ей в блюдечко сочные ягоды.

– Вот это идиллия! – восхитилась. – Нет, еще топится. Часа через три пойду мыться.

– Веник Бульбаш нашел, он уже в предбаннике лежит, – Полечка пригубила чай из чашки, оттопырив мизинчик, – садись, попей с нами чайку.

– Березовый веничек я уже запарила. А чай попью после баньки. Пока пойду поставлю вариться куриный суп, заодно и кровь соберу, – подмигнула Полине Павловне, которая поняла меня с полуслова.

– Как же я люблю супчик из курочки! – Бульбаш аж причмокнул от предвкушения. – Золотистый бульон, умопомрачительный аромат аппетитной курочки, нежное белое мяско, плавающее в тарелке, конечно же, картошечка, морковка и лучок, а сверху – еще и зеленушка! – домовенок мечтательно прикрыл глаза и громко сглотнул.

– Сейчас приготовлю тебе твое любимое лакомство, – засмеялась, подошла к маленькому существу и взъерошила его волосы, – сегодня наешься от души, обещаю!

– Счастье есть! – протянул Бульбаш и запел свою новую песенку: "Самый умный и красивый – это наш Бульбаш. Добрый, славный и милейший – это наш Бульбаш. Ну а Нюрку и Полину – прямиком в Эрмитаж! Своим ярким внешним видом вызовут фурор и эпатаж!"

– Вот теперь – умничка, – Полинка ласково улыбнулась домовенку, – давай, тащи еще варенья!

Было приятно смотреть на этих двоих. Казалось, они, наконец-то, нашли общий язык. Я сварила суп – именно такой, о котором мечтал маленький домовой. Наполнив ему до краев тарелку наваристым бульоном, отправилась в парилку. Банька уже ждала, чтобы заключить меня в свои горячие объятия.

– Ого, вот это жар! – скинув с себя одежду, уселась на лавку. Пот ручьями стекал по моему телу. Я жалела тех, кто не понимал всей прелести бани, ведь только после парилки чувствуешь себя заново рожденным. – Хорошо! – проговорила вслух.

– Бесстыжая! – раздался чей-то недовольный голос рядом, – голой задницей сидит и светит!

– Да что же это такое! – чуть не заплакала, прикрываясь руками, – даже в бане покоя нет!

– Это моя банька! Здесь я – хозяин! – на лавке рядом сидел маленький человечек, очень похожий на домовенка, только чуть ниже ростом и чище. – Зовут меня Парило.

– Теперь без вас, существ, даже в туалет спокойно не сходить, – у меня задрожали руки.

– Ходи, кому ты в туалете нужна! – возмутился Парило, – бабулечка Стеша всегда ходила ко мне в баньку в ночнушке до пят. Целомудренная женщина была! А ты, профурсетка, – он ткнул ее пальцем, – сидит, голытьба! Тьфу!

– Сейчас досчитаю до пяти, и ты испаришься по-хорошему, – у меня зачесались руки – так хотелось намылить этому банщику его наглую рожицу. – Если не исчезнешь, прибью! Никто сегодня не испортит мне банный день!

Я встала во весь рост и злобно взглянула на Парило. Он зажмурил глаза, а потом заорал на всю баню:

– Срамотища! Фу! – и тут же исчез, только его и видели.

Напарившись и намывшись, уже без особого удовольствия, покинула негостеприимное место и пошла обратно в дом, где меня ждала подруга. Домовенок сидел понурый. Увидев мое грустное лицо, он подбежал и обнял.

– Прости меня! Ты хорошая! – он всхлипнул, – это Бульбаш гадкий, отомстить хотел за погреб! Он не предупредил о Парило! Обещаю, банщик получит по шее за тебя! Человек, который так божественно готовит суп, не может быть плохим!

– Ничего страшного, малыш, – я погладила по голове маленького негодника. – Хочешь, я тебе еще супчика налью?

В ответ он только кивнул головой.

Время близилось к вечеру. В дверь постучали. Домовенок тут же испарился, чем несказанно обрадовал Полину.

– Хозяюшки, встречайте! – на пороге появилась подруга бабы Стеши с пирогом в руках. – Ох, хорошо у вас! Тепло, печь затоплена, куриным супчиком пахнет!

– Заходите, Светлана Анатольевна! – позвала ее в дом. – Налить вам куриного бульона?

Бабушка махнула головой в знак согласия. За печкой показались злобные глаза Бульбаша, который, по всей видимости, не хотел делиться своими харчами.

Посидели хорошо. Услышали много интересных рассказов о дружбе двух подруг – Светланы Анатольевны и бабы Стеши. После супа и вкусного пирога на столе появилась бутылка вина, настоянного самой бабой Светой на смородине. Когда все было выпито, довольные и веселые, они проводили новую знакомую, договорившись, что завтра нанесут ей ответный визит. Как только дверь за гостьей закрылась, в доме забегал домовенок. Увидев, что суп, по его словам, не весь съели, он успокоился.

– До полуночи осталось совсем немного, – шепнула я врачихе. Полина сидела за столом и уже клевала носом. – Собирайся. Больше времени нет, сегодня нужно идти.

– Не сплю! Сейчас пойдем, – зевнула Полина, достала бумажку с заклинанием и протянула мне, чтобы я запомнила слова.

Ближе к полуночи, в сопровождении своих страхов, вышли на мороз, захватив с собой банку с куриной кровью, и двинулись в сторону кладбища.

– Страшно! – пролепетала подруга. – А что, если ничего не выйдет?

– Все получится. Главное – делать все так, как написано в книге, – я взглянула на трясущиеся губы Полины. – Не бойся и помни: после обретения силы нужно стараться не творить зла.

Мы стояли у могилы родственницы Полины, бабы Стеши. Недолго думая, я опрокинула бутыль с кровью на землю. Она тут же впиталась, и из-под земли послышался глухой гул. Вместе с Полиной, одновременно, опустили руки на землю и зашептали: "Сила рода, соберись, в руки ты мои вплетись. Запираю на замок, что пришло, придет лишь впрок".

Больше ничего не происходило. Поднявшись с земли, забрали пустую банку и поспешили обратно домой.

– Что-нибудь чувствуешь? – Полина внимательно меня рассматривала.

– Пока нет, – взглянула  на подругу, – только голова немного кружится.

Вернувшись домой, мы увидели бабу Стешу, которая уперла руки в бока и проорала:

– Что вы наделали, бестолочи городские?!

Все на новенького

Бабушка стояла, прожигая меня и внучку злобным взглядом, словно двумя угольками.

– Что не так, бабулечка? – пропищала Поля. – Все, как просила, сделали, силу забрали. Чем ты опять недовольна?

– Потому что родовую силу необходимо кровному забирать, а не делиться с кем попало! – бабка сверкнула глазами в мою сторону и устало вздохнула. – Устала я от вас, горемычные. Мое богатство колдовское забрали, и ладно, пора мне покоя отведать. – Перед тем, как раствориться в воздухе, Стеша процедила: – Теперь на такой выплеск энергии припрутся не только колдуны, блюдущие баланс сил, но и чернота разная повылезает, щупальца свои протянет. Готовьтесь!

– Что думаешь? – Полина прошлась возле того места, где только что стояла бабка, и сама себе ответила: – Думаю, пугает напоследок. Мы ведь ничего плохого не сделали, порчу напускать не собираемся.

– Расслабься, пойдем спать, – зевнула я, уже карабкаясь на печь. – Доживем до завтра, а там видно будет.

Бульбаша не было слышно, видно, дрых возле печки. Павловна улеглась в кровать и тут же захрапела. Я еще полежала с открытыми глазами, вспоминая все события этого безумного дня, тихонько улыбнулась и вскоре уснула вслед за подругой.

В Аду грохотало пиршество. Черти отплясывали в хрустальном зале вместе с чертовками. Раздавался оглушительный хохот, веселая музыка и топот копыт. Двое приятелей сидели за круглым столом в компании высших демонов, потягивая рубиновое вино и похохатывая.