Анна Ветренко – Падший ангел (страница 4)

– Скажи: "Все наследство принимаю, домовым повелеваю, пусть он явится к очам, а не только лишь к ушам", – пронеслось у самого уха.

Я повторила слово в слово, и прямо передо мной появился небольшой человечек с ухоженными волосами. На нем была красная рубаха с желтым пояском.

– Привет, – я протянула руку новому приятелю. – Ты домовой? Мне отец говорил, что в каждом доме есть свой хозяин, он живет в хате и охраняет ее. Папа даже разговаривал с тобой. Почему раньше не показывался?

Я совсем не боялась подобных сущностей, так как Михаил Гаврилович постоянно о них говорил. Он учил, что все в жизни нужно воспринимать спокойно, не отторгать и ни в коем случае не бояться.

– Не мог, – спокойно ответил домовенок. – Архангелов был против. А если хозяин не хочет, чтобы меня видели, значит, так тому и быть.

– Как тебя зовут? – Я присела на корточки и стала рассматривать человечка. У него были большие синие глаза, которые смотрели на меня так же оценивающе, как я на него.

– Егор, – домовик протянул ко мне руки и погладил мои волосы. – Как тебя зовут, знаю. Отец твой говорил, ты Ангелетта. А вторая сверху кто?

– Это моя подруга Аня, – Егорушка прислушался к шуршанию сверху. – Кстати, можешь ей показываться. Я не против. Она хорошая девушка, подружитесь.

– Славно, – обрадовался домовик. – Можно спокойно кушать и бегать, зная, что никто не испугается. Пригласишь на обед, хозяйка?

– Конечно, – я встала и отряхнула колени, взяла злосчастную банку и полезла наверх. – Что произошло с отцом? Ты в курсе?

– За обедом и обсудим, – домовенок уже был наверху, принимая у меня бутыль с огурцами. – Знакомь с красотой хозяйственной.

Но этого мне не удалось сделать, так как Нюта первой увидела Егора и закричала, бросая в него мокрой тряпкой.

– Аня, не бойся, это домовой, – попыталась успокоить ее я. – Зовут Егором. Не пугайся, он хороший и миролюбивый. В каждом доме есть такие малыши.

– Слушай, Летта, – подруга держалась за сердце и глубоко дышала, – о таких соседях надо предупреждать заранее! – Она еще раз посмотрела на домовенка. – Ты не кусаешься, Егор?

– Нет, – обиделся тот. – Вообще-то, очень люблю домовитых барышень, особенно, если они такие красивые, как ты, – Егорушка подошел к Нюте, взял ее ладонь в свою и приложился губами к ее руке.

– Он мне стал нравиться больше, – Аня улыбнулась хозяину. – Самое главное, что у него отменный вкус на женский пол, – она подмигнула Егору, и тот зарделся.

– Согласна, – я не стала с ней спорить. – Давайте покушаем и будем решать, что делать дальше.

Наварив картошки, нажарив колбаски и открыв огурчики, мы перекусили, чем бог послал. Сидя за столом, попивая чай с сушками и конфетами, наконец-то, начали этот непростой для всех разговор.

– Рассказывай, Егорушка, что знаешь, – домовенок заталкивал в рот последнюю сушку. – Почему отца не стало? Он хорошо себя чувствовал, когда звонил мне.

– Он ушел еще утром в Генуэзскую крепость, – начал свой рассказ Егор. – Не было его часа два. Потом прибежал, глаза лихорадочно блестят, что-то про золото говорит, про напиток волшебный, что все это взаимосвязано. Схватил набор инструментов и был таков. А вечером нашли его тело возле этого сооружения, а в руках у него находилась монета.

– Странно как-то, – я посмотрела на подругу, которая пила чай с задумчивым видом. – Где эта монета? В доме? – Я оглянулась по сторонам.

– Нет, пропала бесследно. Мистика! – зашептал домовенок.

– Значит, нам необходимо сходить туда и все там внимательно рассмотреть, – Нюта махала головой в знак согласия. – Только придется отложить это до завтра. После похорон двинемся в путь.

На том и порешили. Сходили в местный магазин и закупили продуктов, ведь на ужин должна была явиться тетя Лена. Стоило подготовиться к ее приходу. Анютка приготовила курицу, пироги лежали уже в печке, подрумяниваясь. Елена Владимировна пришла ровно в шесть часов с полной корзиной фруктов и бутылкой домашнего вина.

– Ничего себе, девоньки, как быстро с хозяйством разобрались! – Она заняла место возле печки, поставила бутылку на стол и приготовилась к употреблению пищи.

– Какой вкусный и ароматный напиток! – похвалила теткино пойло Нюта. – Прямо в голову бьет с первого глотка!

– Это вы моей водки не пили еще, – обрадовалась тетя Лена, подливая в бокалы еще красного двадцатиградусного сока. – Завтра принесу, за уши не оттянешь.

– Во сколько завтра отца привезут? – поинтересовалась я у соседки, пока она еще могла говорить. – Где хоронить будут?

– Так в семь утра уже здесь будет, попрощаемся, а затем на наше кладбище, – женщина вздохнула. – Все-таки, какой хороший человек был Архангелов Михаил Гаврилович, святой. Пусть земля ему будет пухом, – Елена Владимировна перекрестилась и опрокинула бокал в себя. – Летта, твоего отца нашли с проклятой монетой в руке. Именно поэтому он умер. Только отвернулись, а деньга пропала. Одни загадки: откуда он ее взял и зачем?

– Что за монета? – поинтересовалась я у нее и увидела, как Егорушка выглядывал из-за печки и показывал жестами, чтобы ему оставили выпить.

– Древнее монгольское золото. Оно захоронено в крепости. Никто его найти не может, оно сокрыто от глаз людских, но есть среди народа поверье. Если две сестры снимут проклятие с сокровищ, а могут они это сделать только в одном случае: если старшая из них отдаст свое дитя демону, вот тогда Крым снова расцветет, на небе возле башни опять залетают чайки, – закончила тетка свое повествование.

– Какие сёстры… – протянула Нюта, будто вспоминая что-то. – Там кто-то жил? Столько мистических историй ходит об этом побережье…

– Легенда гласит, – Елена Владимировна откинулась на спинку стула, – что в семнадцатом веке на Крым напала орда монгольского хана. Единственной крепостью, выстоявшей перед натиском, была Генуэзская. Жил там правитель, и было у него две дочери да сын, Алексей. Сына он отправил границы крепости оберегать, а дочерей и сундук с золотом, привезённым из дальних странствий, запер в высокой башне, уберечь хотел. Говорят, не отправь он тогда Алексея, откупись бы этим золотом от татаро-монгол, все бы живы остались. Да пожадничал, вот и лишился всего. А сёстры, узнав о гибели брата, спрятали сундук в тайном тоннеле, соединяющем башню с крепостью, а сами приняли мученическую смерть. – Елена Владимировна зевнула и подпёрла кулаком щёку.

– Страсти какие! – Аня посмотрела на меня. – Могли бы деньги эти скинуть с башни, и всё! – Честно говоря, я подумала о том же.

– Не могли, – тетка зевнула ещё раз. – Потому что золото это отец их получил в дар от самого демона Бельфегора, во время того самого путешествия с сыном. Заговорённое оно. Обещал он демону за богатство душу ребёнка, которого родит старшая дочь. А раз папаша запер их в башне, значит, лишил будущего потомства. Ребёнка она не зачала, и разгневанный демон проклял и золото, и всех, кто находился в крепости, на мучительную смерть. Теперь каждый, кто попадает в руины замка, кто находится рядом с этим золотом, умирает в страшных муках.

– Жуть какая-то! Как сёстры могут снять проклятие, если они остались в прошлом? – Анюта даже протрезвела. Потом повернулась ко мне и зашептала: – И после этого ты предлагаешь идти в эту проклятую крепость?

– Не переживай, всё будет нормально. Если что, помогу, – улыбнулась я подруге, чтобы подбодрить. – Надо найти то, о чём говорил отец. – Тётка почти задремала, я подергала её за рукав и спросила: – Елена Владимировна, а больше никаких тайн с этим местом нет?

– Говаривали, что есть там тайное место, с какой-то уникальной жидкостью, – она встала из-за стола. – Устала я, пойду домой. Короче, про напиток этот много разговоров. Кто говорит, что он силой наполняет, кто-то – что молодость дарит и бессмертие, а ещё говорят, что он открывает все тайны перед человеком. Самое главное осталось в прошлом, вместе с умершими сёстрами. Нектар этот младшая дочь от матери унаследовала, он у неё в покоях хранился. А где он сейчас находится – тайна великая. До завтра, девчонки! – Тётя Лена протёрла глаза и направилась к выходу.

– Какое таинственное место! – воскликнула я, полная предвкушения. – Завтра сходим на разведку.

– Если со мной там что-нибудь случится, – Нюта ткнула в меня пальцем, – ты будешь виновата! Буду являться к тебе в каждом твоём сне!

– Договорились, – я обняла подругу. – Всё хорошо будет, обещаю.

Мы убрали со стола и легли спать.

Огромная скала вонзалась в чёрное небо, о неё с яростью бились громадные волны. Снова этот волнорез явился мне во сне во всей своей красе. Ветер хлестал по рукам, тянувшимся к моим крыльям. Теперь я чувствовала их за спиной, свои прекрасные лопасти. Лёгкие и пушистые, они согревали в холода, дарили прохладу в жару, много раз спасали от бурь и непогоды.

– Ты сама виновата, – опять этот тихий голос из-за спины. – Ты недостойна иметь то, что даровал тебе наш Отец. Прими свою участь!

Толчок в спину, сильный удар об воду, вышибающий весь воздух из лёгких, а затем заботливые руки, вытаскивающие из чёрной пучины, и пустота…

Резко открыв глаза, я села на кровати. На улице уже светало. Мучительный сон не отпускал даже в этот день, когда нужно проститься с самым дорогим человеком на Земле.

– Встала уже? – Нюта смотрела на меня и держалась за виски. – Ну, тётя Лена удружила! Голова, как чугунная.