Анна Ветлугина – Свидетели Чистилища (страница 38)

– Эй, ты как там? – крикнул я, но спасенный не откликнулся, не показался над зарослями. Только шевелящиеся лопухи указывали на то, что адъютант Босса покидает место происшествия ползком.

Я перевел взгляд туда, куда сбежал раненый мутант, и вздрогнул: меж стволов на кромке леса на секунду показалась фигура. Внимательные глаза на татуированном лице. Острые уши. Сведенные ненавистью челюсти. Язычник исчез так же внезапно, как и явился взору. Выдохнув, я повесил на плечо автомат, оказавшийся крайне бесполезной железкой, и отправился в Куровское.

Не успел ретироваться Фарид, как в «предбанник» втиснулись еще два посетителя – солдатик, посланный за Марой, и Виктор Смыслов. Черноголовский ученый держал в руках несколько листов с таблицами, заполненными убористым почерком.

– Так… – Оскар озадаченно перевел взгляд с одного на другого и обратно, затем распорядился, ткнув пальцем в бойца: – Давай сначала ты.

– Докладываю! – начал юноша почему-то вполголоса. – Девушка сбежала!

Лицо Босса осталось непроницаемым, но в интонациях появился не предвещающий ничего хорошего металлический оттенок:

– Не понял?

– Девушка. Мария. Ихняя дочка. – От усердия солдатик выпучил глаза. – Днем она пришла сама. После взрыва. Взялась помогать с детьми – так Елена Викторовна сообщила. А потом исчезла – ни в палате, ни вообще на женской половине нету.

– Вот ведь кошка, которая гуляет сама по себе! – недовольно прокомментировал Оскар и продолжил уже про себя: – «Впрочем… Она ведь могла прийти к тем же выводам, что и я, и последовать за своим избранником в волчье логово. Ведь если гора не идет к Магомету… Будем надеяться, что Илья перехватит Кира, а тогда и она снова прибежит». – И добавил вслух: – Ладно, дружок, спасибо. Возвращайся к выполнению своих обязанностей, с этим я позднее разберусь. Ну а у тебя что?

Смыслов молча протянул два листка из пачки. Оскар пробежал глазами один, затем другой, затем вернулся к первому и изучил таблицу более внимательно.

– Вот те раз! – удивился он. – Это точно?

– Точно, точно, – флегматично подтвердил Смыслов.

– А емкости не могли перепутать?

– Никак нет, – пожал плечами ученый и передал Боссу оставшиеся листы. – Воду из источника набирали в солдатскую фляжку. Ее мне доставили первой, и я сразу же приступил к анализу. Пробу из Могильника принесли в стеклянной бутылке, примерно через час после этого.

– Как любопытно… – Оскар покачал головой. – Ладно. Благодарю. Виктор, у меня к вам еще одно поручение. Взгляните, пожалуйста. Позднее у вас будет возможность изучить эти образцы детальнее. А сейчас, навскидку – сможете оценить, что это такое и с чем его едят?

Смыслов подошел к столу Ильи, заинтересовался, не глядя достал из кармана хирургическую перчатку, проворно нацепил на правую руку и вытянул двумя пальцами один из белесых стеблей. Из другого кармана появилась лупа, Виктор поводил ею вдоль «жгута», оценил прозрачность образца, посмотрев сквозь него на лампу. Помял, принюхался. По «предбаннику» поплыл аромат осеннего леса.

– С восьмидесятипроцентной вероятностью перед нами часть гигантской грибницы, так называемые гифы. Однако я не удивлюсь, если тут присутствуют животные белки.

– Что это может означать?

– Ну, либо белки попали в мицелий с пищей, то есть это может быть эдакий хищный ризоморф, употребивший не так давно и еще не успевший окончательно усвоить какое-нибудь млекопитающее, крупных червей или пернатых. Либо белки симбиотические, то есть перед нами совершенно новый гибрид: и не из царства грибов, и не из царства животных. Вот эти волокна слишком уж напоминают мышечные и…

– Вы рискнете предположить, опираясь на размеры имеющихся фрагментов, какой объем может занимать целая грибница?

Смыслов, округлив глаза, посмотрел на перебившего его рассуждения Босса и развел руками:

– Да как же это оценить? Возможно, несколько десятков метров, а возможно, все Куровское зиждется на единой сетке склероция.

Илья чертыхался всю дорогу. Он снова опозорился! И задание не выполнил, и самооценка упала до показателей семнадцатилетней давности. И сколько на этот раз пройдет времени, прежде чем уверенность в себе восстановится? Все Оскар проклятущий! Нет, надо, надо с этим что-то делать!

Мысли все время возвращали его к страшной и одновременно унизительной сцене. Ну какого черта Илья вылез из той избушки?! Нужно было выжидать до победного! Правда, сложно сказать, сколько еще пришлось бы сидеть и реально ли было вообще дождаться. Наблюдательный пост возле окна он покинул через час (ведь гребаный блаженный сам себя не поймает!), и за это время серый страж ни разу не проявил своего присутствия. Ни колебанием листвы, ни шорохом, ни звуками дыхания. Трудно расстрелять мишень в тире даже с самой убойной позиции, если мишени как таковой нет! Но стоило Илье выбраться из своего укрытия и отойти подальше от заброшенного жилья, как…

Мотая головой, он пытался отогнать воспоминания. Гадский Оскар! Все из-за его сумасбродства и самодурства!

До комбината он добрался без приключений. Усиленная после дневного инцидента охрана пропустила его беспрекословно. К счастью, на жилом уровне ему никто не встретился, иначе попал бы под горячую руку…

В личных апартаментах (роскошное по нынешним меркам отдельное помещение из двух смежных кладовок!) он скинул всю одежду, брезгливо упаковал вместе с обслюнявленной волком и залитой его же кровью химзой в пластиковый мешок (не забыть потом сжечь или еще как-нибудь уничтожить!) и тщательно вымылся. Статус помощника Босса означал определенные льготы, одной из которых было лишнее ведро воды ежедневно. Хоть дважды в сутки душ принимай! Чаще всего этого не требовалось, но сегодня Илья льготой вынужден был воспользоваться.

Переодевшись в чистое, он не отказался от маленького мстительного штриха – побрызгался дорогой туалетной водой. У Оскара запасы парфюма давным-давно закончились, а у Илья еще оставался почти полный флакон. Свежий, благородный аромат делал Илью выше Босса. По крайней мере в собственных глазах, поскольку Оскар, кажется, изощренной мести со стороны подчиненного не замечал. Однако скоро все изменится, и неочевидную, но такую существенную разницу заметят все. Надо закончить кое-какие подготовительные мероприятия, и тогда…

Воодушевленный мечтами о скорых переменах, Илья отправился на рабочее место.

Постучав во внешнюю дверь, он отпустил заменявшего его солдатика коротким «Свободен!» и, не успев задвинуть засов, вдруг застыл. «Предбанник» был пропитан несвойственным запахом – не оружейная смазка, не кофе, не свежая выпечка и не сервелат. В ужасе Илья огляделся. Нет, все было в порядке, все на месте, стол, стул, сейф… ничего такого, что могло бы источать столь мощный, дикий, лесной запах. Осторожно приоткрыв дверь в кабинет Босса, Илья сунул туда свой нос и немедленно отпрянул: нет, кабинет не был эпицентром лесного амбре, зато в нем находился кое-кто из леса.

К сожалению, ретироваться было поздно, его заметили.

– Зайди! – холодно приказал Оскар.

Илья вошел и неимоверным усилием воли заставил себя поднять глаза на сидящих за столом.

– Ну, здоро́во, Борода, – сквозь зубы процедил испещренный татуировками язычник.

– И тебе не хворать, Симеон, – расслабленно-нагловатым голосом откликнулся Илья. – Тыщу лет не виделись. Какими судьбами в наших краях?

Босс и волкопоклонник обменялись взглядами, и, по всей видимости, язычник отказался от права вести беседу самостоятельно, занял выжидательную позицию.

– Наш многоуважаемый друг, верховный жрец Симеон, обвиняет тебя в покушении на убийство, – отчетливо проговорил Оскар. – Тебе есть что сказать в свое оправдание?

Илья попытался избавиться от мышечного напряжения, нарочито пожав плечами. Мышцам это не помогло, но жест вышел достаточно равнодушным, что сейчас играло на руку помощнику Босса.

– Не помню, в каких таких уголовных кодексах есть статья за отстрел взбесившихся животных, – отозвался он, растягивая слова. – Я выполнял ваше задание, на меня напал дикий зверь, я в него выстрелил – какие проблемы?

– Фенрир не дикий зверь! – гневно прошипел Симеон. – Фенрир – прямой потомок Вольфа!

– Да хоть потомок волка из «Ну, погоди!», – вновь пожал плечами Илья. – Факт остается фактом: я шел по вашей территории, никого не трогал и уж тем более не дразнил хищника. А этот монстр вздумал гонять меня по полю, как зайца! Я сделал несколько предупредительных выстрелов в воздух, чтобы отпугнуть его. Не помогло, он лишь еще больше рассвирепел. Босс, – повернулся он к Оскару, – вы прекрасно знаете, у меня с самого детства фобия: мне настолько неприятны собаки, что я всячески избегаю общения с ними.

– Давай скажем проще – ты их безумно боишься.

– До усрачки, – тихо добавил Симеон со злобной гримасой, но Илья предпочел не расслышать этой ремарки.

– Боюсь, – легко признал он, – и это еще одно доказательство моей невиновности. Сам бы я в жизни не подошел к Фенриру или как его там. Я бы постарался спрятаться, обойти стороной и все в таком духе. Только прямое нападение могло спровоцировать меня на выстрел в упор. Прошу заметить: в упор! Он меня повалил, попытался вцепиться в горло…

– Неправда! – вскинулся жрец.

– …и я вынужден был применить оружие. Самозащита, Босс.