Анна Терпенко – Социальные истории для детей с аутизмом (страница 2)

Перевод с абстрактного на конкретный

Для многих из нас социальные нормы – это что-то впитанное с молоком матери, интуитивное. Мы считываем тон голоса, мимику, контекст. Для ребенка с аутизмом это часто абстрактные, неосязаемые понятия. Как объяснить, что такое «вести себя прилично в гостях»? Это слишком широко и размыто. Социальная история делает гигантский шаг: она переводит абстрактное «вести себя прилично» в конкретные, пошаговые действия. Не «будь хорошим», а «когда я прихожу в гости, я говорю „здравствуйте“, снимаю обувь, дарю хозяевам цветы, играю с другими детьми в их игрушки и спрашиваю разрешения, если хочу взять что-то с полки». Это инструкция, написанная на языке фактов, а не на языке абстрактных ожиданий. Мозг, который мыслит конкретными категориями, получает именно то, что ему нужно – четкий алгоритм.

Взгляд изнутри, а не снаружи

Обычно, когда мы пытаемся скорректировать поведение ребенка, мы делаем это со своей, взрослой позиции: «Не делай так! Делай эдак!». Это взгляд снаружи. Кэрол Грей, создавая метод, сделала гениальную вещь – она предложила писать истории с перспективы ребенка. История не осуждает и не приказывает. Она описывает. Она говорит: «Иногда дети в автобусе кричат. Кричать в автобусе может мешать другим пассажирам. Водителю нужно сосредоточиться на дороге. Многие пассажиры стараются говорить тихо или молчать. Я тоже могу попробовать говорить в автобусе тихим голосом». Это не приказ «не кричи», а объяснение причинно-следственных связей. Ребенок чувствует, что его не ломают через колено, а ему помогают разобраться. Он становится не объектом воздействия, а соучастником процесса понимания мира.

Безопасная репетиция жизни

Вы когда-нибудь репетировали важный разговор перед зеркалом? Социальная история – это такая же репетиция, только в максимально безопасной обстановке. Ребенок не оказывается лицом к лицу со стрессовой ситуацией безоружным. Он сначала проигрывает ее в своем воображении, сидя на любимом диване, с мамой или папой рядом. Он видит картинки, читает текст, обсуждает. Когда реальная ситуация наступает, у него в голове уже есть готовый «файл» с информацией о том, что может произойти и как можно действовать. Это снижает панику и дает опору. Можно провести аналогию с пазлом: в реальной жизни ребенку сваливается куча непонятных деталей, и он не знает, что с ними делать. Социальная история заранее показывает ему картинку на коробке – к чему мы, собственно, собираемся.

Уважение к особенностям мышления

В конечном счете, эффективность социальных историй строится на простом, но фундаментальном принципе: уважении к неврологическим особенностям ребенка. Это не попытка сделать его «как все», загнав в общепринятые рамки. Это попытка построить мост между его миром и нашим. Мы не кричим с нашего берега: «Плыви сюда, вода теплая!». Мы аккуратно строим пошаговый переход, учитывая, что для него вода может быть не теплой, а непонятной, что течение может пугать, а сам процесс плавания требует инструкции. Мы адаптируем среду под ребенка, давая ему инструмент, который соответствует его способу обработки информации.

Задумайтесь на минутку. Вспомните ситуацию, когда вы сами чувствовали себя потерянным – первый день на новой работе, в новой стране, в незнакомой компании. Что вам хотелось? Скорее всего, четкого гида, простых объяснений, карты местности. Социальные истории и становятся таким гидом для ребенка. Они не делают за него всю работу, но дают карту и компас, с которыми уже не так страшно пускаться в путь по социальному миру, полному, признаемся, иногда очень странных и нелогичных правил.

Базовые принципы создания социальных историй

Теперь, когда мы примерно понимаем, что такое социальные истории и почему они работают, пришло время заглянуть на кухню, где эти истории готовятся. Не волнуйтесь, никаких секретных ингредиентов или сложных кулинарных шедевров. Основные принципы создания социальных историй – это как надежный рецепт простого, но очень вкусного блюда, которое понравится именно вашему ребенку. Главное – соблюдать базовые пропорции.

Принцип первый: смотрим на мир глазами ребенка

Это самый важный, фундаментальный принцип. Прежде чем начать писать историю, нужно присесть на корточки – в переносном смысле, конечно – и попытаться увидеть ситуацию так, как ее видит ваш ребенок. Что в этой ситуации для него может быть непонятно? Что вызывает тревогу? Что кажется нелогичным? Наша цель – не объяснить ему, как мир устроен с нашей, “взрослой” точки зрения. Наша цель – аккуратно и бережно описать этот мир на его языке, с его позиции. Представьте, что вы переводите сложный иностранный текст – текст социального мира – на родной для ребенка язык. Перевод должен быть точным, но и адаптированным для понимания.

Принцип второй: задаем правильные вопросы

Любая хорошая социальная история отвечает на ряд простых вопросов. Держите этот чек-лист под рукой, когда будете писать. Что происходит? Кто в этом участвует? Где это происходит? Когда это начинается и когда заканчивается? Почему люди ведут себя определенным образом? И, наконец, как я (ребенок) могу или должен себя вести в этой ситуации? Ответы на эти вопросы и составляют скелет истории. Это как карта, которая помогает ребенку ориентироваться в незнакомой местности. Без ответов на эти «что, где, когда» ребенок остается в тумане, а наша история этот туман рассеивает.

Принцип третий: используем определенные типы предложений

Вот тут начинается самое интересное – техническая часть, которая и делает социальные истории таким элегантным инструментом. Кэрол Грей предложила использовать несколько типов предложений, смешивая их в определенной пропорции. Не пугайтесь, это не школьный урок русского языка, все довольно просто.

Описательные предложения – это объективные факты. Они отвечают на вопросы «что, кто, где, когда». Например: «В субботу мы идем в парикмахерскую. В парикмахерской есть кресло, зеркало и парикмахер с ножницами». Никаких оценок, просто констатация.

Перспективные предложения – они описывают мысли, чувства, реакции других людей. Это как маленькое окно в чужую голову. Например: «Парикмахеру нравится стричь волосы. Мама будет рада, когда я сяду в кресло спокойно». Эти предложения помогают понять мотивацию окружающих, что для детей с аутизмом часто является настоящей загадкой.

Директивные предложения – это мягкие, вежливые подсказки о желательном поведении. Ключевое слово – мягкие. Они не приказывают, а предлагают вариант. И их должно быть меньше, чем других типов! Например: «Я могу постараться сидеть в кресле спокойно» или «Я могу сказать „здравствуйте“ парикмахеру». Обычно рекомендуют соотношение: на одну директивную фразу приходится две-пять описательных и перспективных. Это делает инструкцию не приказом, а естественной частью истории.

Попробуйте прямо сейчас мысленно разобрать какую-нибудь простую бытовую ситуацию – например, поход в магазин за хлебом – на эти три типа предложений. Получается? Это и есть первый шаг к созданию своей истории.

Принцип четвертый: индивидуальность и конкретность

Социальные истории – не учебник общего пользования. Это индивидуальный навигатор, созданный для одного конкретного капитана и его корабля. Поэтому они должны быть максимально конкретными и персонализированными. Используйте имя ребенка (или «я», если история от первого лица), описывайте реальные места (не просто «магазин», а «наш магазин „У дома“ на Первомайской улице»), реальных людей («тетя Катя, кассир»). Чем точнее карта совпадает с местностью, тем проще по ней идти. Избегайте абстрактных понятий и обобщений. «Быть хорошим» – это абстракция. «Держать маму за руку на парковке» – это конкретика. Ребенку с аутизмом гораздо проще понять и выполнить второе.

Принцип пятый: позитивный и поддерживающий тон

Даже если мы описываем сложную или неприятную для ребенка ситуацию (например, визит к стоматологу), тон истории должен оставаться спокойным, обнадеживающим и позитивным. Мы не запугиваем, а готовим. Мы не говорим: «Если ты будешь кричать, доктор рассердится». Вместо этого мы описываем: «В кабинете стоматолога может быть шумно от жужжащих инструментов. Я могу взять с собой свои наушники. Доктор поможет моим зубкам быть здоровыми. Мама будет рядом все время». Акцент делается на возможностях, поддержке и позитивном результате. История должна вселять уверенность, а не страх.

Собрав все эти принципы вместе, вы получите прочный фундамент. Помните, что первый блин часто бывает комом, и это абсолютно нормально. Вы можете написать историю, прочитать ее и понять, что она получилась слишком длинной, или слишком абстрактной, или слишком директивной. Это не провал, а ценный опыт. Вы делаете пробный запуск, как инженер-конструктор. Вы тестируете прототип. И следующий прототип всегда будет лучше, потому что вы уже учли обратную связь – свою собственную и, что самое главное, реакцию вашего главного читателя и критика – вашего ребенка. В следующих главах мы подробно разберем каждый шаг создания такой истории, от замысла до воплощения, а пока просто попробуйте усвоить эти пять принципов. Они – ваш компас в мире социальных историй.