Анна Табунова – Мангуст. Часть вторая (страница 1)
Анна Табунова
Мангуст. Часть вторая
Глава 1. Лера. Пробуждение.
Что со мной случилось? Последнее, что помню: я направлялась к Призраку… а потом… Сознание словно опустили в омут. Не могу зацепиться за мысли. Не могу разобраться в чувствах. Все уносилось в темный водоворот, растянутом во времени.
Тишину, давящую и абсолютную, нарушил ритмичный, быстро приближающийся стук каблуков по каменному полу.
– Удалось стабилизировать?
Этот голос… От него сжималось все внутри, но сердце при этом билось чаще, подчиняясь глубинному, вбитому в подкорку рефлексу. Он проникал в самое нутро, вызывая привычный, всепроникающий трепет. Чей он? Воспоминания ускользали, не успевая оформиться в четкие образы.
Все вокруг ощущалось знакомым. Вязким, обволакивающим. Пахло озоном и статикой. Так пах… раствор мансы. Значит, меня снова поместили в чашу Мориенс.
– Не до конца, – ответил другой голос. Он звучал натянуто, с легкой хрипотцой, как у человека, не спавшего несколько суток.
Точно. Это служитель Культа Изобилия. Они всегда так делали. Слишком долго молчали перед ответом, словно сверялись с инструкциями.
– Если сможет выполнять задачи, этого будет достаточно.
Говорящий, видимо, подошел ко мне ближе. Через закрытые веки я уловила перепады света, но открыть глаза, чтобы убедиться в этом наверняка, – физически не могла.
– Проблема – в ее магии, – протянул культист, замедляя речь. Каждое слово давалось ему с трудом. – Мы смогли нормализовать ее поток, но доступный объем силы стал огромным. Если подопытная хоть на миг утратит контроль… молнии выжгут ее изнутри. Не говоря уже о постоянном риске быть поглощенной гиеной.
Магия. Молнии. Говорят обо мне. Ведь я… я способна управлять такой силой. Это была моя магия. И меня снова готовили. Как тогда, много лет назад, когда сделали сосудом.
– На что она теперь способна? – Раздался властный голос. Голос, который я никак не могла связать с нужным лицом.
– Она теперь может фокусировать магию вне своего тела. Концентрировать и удерживать заряженные зоны, а после – высвобождать их, направляя в желаемую область. Однако и сила отдачи будет соответствующей.
Энергия внутри меня… Я всегда ощущала ее как спящую грозовую тучу. Которая росла, чернела и искрилась, стоило мне потянуться за ее силой. Но теперь моя магия может управлять молниями извне?
Я попробовала почувствовать это напряжение. Оно было вокруг и так близко, что я, наверное, достала бы его рукой. По коже, холодной в липком растворе мансы, пробежала судорога. Словно ток прошел через каждую клетку тела.
– Когда она сможет функционировать?
– Мы… – занялся культист. – Делаем все возможное.
Моей щеки коснулась теплая ладонь, гася непроизвольные сокращения мышц. Когда тело расслабилось, рука отпрянула, оставив после себя быстро остывающий отпечаток.
– Делайте это быстрее.
– Но… Ее личность и так находится в конфликте с…
– Ты меня не понял? – Прозвучало не как вопрос, а как мертвая, лишенная всякой интонации констатация.
От этих слов внутри меня что-то зашевелилось. Токсичное. Изможденное. Дрожащее. Оно медленно разомкнуло челюсти и еле слышно зашептало:
«С кем это ты в конфликте, девчонка?»
– Понял, – промямлил тихо культист. – К вашему следующему визиту она будет готова. Ваша Светлость…
Ваша Светлость. Опиавус. Я наконец вспомнила кому принадлежит этот голос. Мой Повелитель пришел узнать о моем состоянии. Ведь… ведь он поделился со мной своей магией. Чтобы дать мне еще один шанс…
Я все еще нужна ему. Как действующий сосуд, как новый инструмент… Как же он милосерден. Это высшая честь для меня.
– Хорошо, – проговорил он медленно. Давление от этого одного слова почувствовала даже я, погруженная в толщу вязкой субстанции. Это было не физическое давление. Это был закон. Природы. Его природы.
Одни шаги, твердые и уверенные стали удаляться, а другие тяжело зашаркали где-то недалеко. Совсем скоро послышался монотонно нарастающий гул, и я поняла, что осталась одна.
Окутанная тягучей жидкостью с едким запахом озона, в чаше Мориентс постепенно поднималась температура, а вместе с этим, казалось, растворялось и мое сознание, а усиливающаяся вибрация в костях сопровождала этот процесс.
###
Было непонятно, проснулась я или все еще сплю. Вокруг была кромешная темнота, но холод металла под спиной указывал что из чаши меня вытащили, значит и ритуал завершили.
Странное чувство… Когда нет никаких чувств. Словно ты – пустая оболочка, которая жаждет быть заполненной, но из-за своей природы никогда таковой не будет. Может, именно так ощущается забвение? И Гиена чувствует это всегда?
Забвение… Это ведь суть Воратрикс. А може она перехватила сознание? Культист же говорил о риске быть приглашенной ею. Нет. На меня были потрачены средства, силы, возложены надежды. Лучше умру, чем отдам контроль древнему существу.
В темноте, тишине, пустоте я принялась искать знакомое. Взывать к родному, одновременно холодному и горячему электричеству. Оно всегда было в груди невесомым облаком, а стоило мне только захотеть – превращалось в тяжелую тучу, а я сама становилась сердцем этой грозы. Все внутри моего тела пропитывалось статикой, молниями, но сейчас… я их не ощущала. Мне слышался только мерный, потрескивающий гул разрядов где-то вдалеке.
Глухой треск медленно нарастал, и я поняла, что это Воратрикс приближается ко мне. Она заговорила непривычно громко:
«Почему ты так держишься за их догмы?»
– Они наполнили мою жизнь смыслом, – без колебаний ответила я.
«Они отняли ее у тебя.»
– Они… создали меня. Я родилась благодаря им.
На это гиена лишь едко фыркнула, и ощущение ее присутствия постепенно исчезало, забирая с собой звуки моей магии.
Тишина стала настолько осязаемой, что, будь у меня сейчас руки, я смогла бы до нее дотронуться, сжать в кулаке, ощутить ее плотность.
Пребывая в этом безмолвном, бесчувственном вакууме, невозможно было уследить за временем.
– Опиавус однажды сказал, что ты ненавидишь его. За что? – то ли подумала, то ли вслух спросила я.
Ее присутствие никак не ощущалось, поэтому, я и не надеялась получить ответ.
«Это… не ненависть», – начала она и смолкла, словно подбирая слова. – «Я переживаю за него. А чувство, что испытываю, – скорее ярость. Ярость из-за отчаяния.»
– Что… это значит? – неуверенно спросила я, озадаченная ее словами.
«Раз за разом я вынуждена наблюдать, как он движется к своей смерти, и осознавать, что никак не могу его остановить.»
Воратрикс замолчала, но тишины не было. Вернулся родной, успокаивающий гул электричества.
«Я завидую вам. Его творениям. Вы – люди, можете многое понять, но, к сожалению, ваши жизни слишком коротки. Вы можете много знать, но ваша память ненадежна. Она искажается со временем. Может сглаживать острые углы или, наоборот, сгущать краски. У нас все иначе. Бессмертные души. Вечная память. Дар и проклятье.»
Ее слова всколыхнули во мне странную мысль: знать, что в тебе есть так много, но все равно чувствовать пустоту. Возможно ли, что это и есть забвение?
Размышляя над этой загадкой, я сама не заметила, как разум начал уплывать в темноту, постепенно стирая память об этом странном разговоре.
###
Снова мое сознание включилось уже от сладкого голоса Опиавуса.
– С пробуждением, Лера Корвус, – слова звучали мягко, с нежностью.
Медленно открыв глаза, я сначала разглядела лишь размытый силуэт. Но он быстро обретал четкость. Передо мной было Его лицо. Идеально гладкая кожа, пшеничные волосы и глаза, переливавшиеся всеми оттенками золота. Его Светлость держал мое лицо в ладонях и тепло улыбался. Сквозь его пальцы в меня проникала сладкая медовая магия.
– Слышишь ее голос?
Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Но внутри – ничего, кроме неловкости от его прикосновения.
– Нет, – ответила я, качнув головой.
– Хорошо. Что последнее ты помнишь?
Все плыло, как в густом тумане. Обрывки последнего дня отказывались складываться в целостную картину. Проваленная попытка задержания Карпера. Лечение целителя в моей квартире… А дальше – образы рассыпались на осколки, которые, казалось, принадлежали разным мозаикам.
– Стычка с Призраком, – начала припоминать я. – Он сказал, что нашел что-то для вас.
– Что-то еще?
Знакомые и незнакомые голоса всплывали в памяти, сливаясь в неразборчивый гомон. Его Светлость, кажется, предлагал разделить со мной свою магию. Но зачем? И почему? А еще… культисты, обсуждавшие какие-то риски.