Анна Светлова – Ведьма для князь-сокола (страница 5)

Поток людей направлялся к торговой площади. Все по дороге оживлённо обсуждали последние новости.

Множество лавок щедро выставляли яркие ткани, расписанную глиняную и деревянную посуду, ножи, топоры, сбрую для лошадей и множество прочих вещей. Из лавки пекаря по всей площади разливался аромат свежеиспечённых булок и пирогов.

Мы с Немирой остановились у лавки местного травника. Он охотно покупал наши снадобья, потому что знал, что у нас всегда был хороший товар.

– Это мы с тобой удачно заглянули в город, – довольно потирая руки, сказала Немира. – Вот припасы пополним, и можно обратно ехать. Глядишь, до заката домой вернёмся.

Глава 6.

Мы проехали мимо торговых рядов. Скоро на телегу перекочевали кули с мукой, несколько мешочков с крупой, корзина с яйцами, свиной окорок и даже корм для лошади.

– Осталось нам масла раздобыть и можно возвращаться, – сказала Немира, с довольным видом осматривая покупки.

Ехать спешно не получалось. Доверху гружённая телега катилась медленно, лошадь, спотыкаясь, тянула её по деревянной мостовой. Пока Немира рьяно торговалась с хозяином очередной лавки, я решила прогуляться. Внимание привлекли ряды с оружием. Я остановилась, начала рассматривать мечи, стрелы, щиты и кольчуги. Рука коснулась металлического кружева. Холодная сталь клинка блестела на солнце.

– Здравствуй, красавица, – послышался незнакомый голос за спиной.

Я обернулась. Передо мной стояли два бравых молодца.

– Зачем тебе мечи да кинжалы острые? Неужели с басурманами драться собралась?

Парни дружно загоготали. Их трудно было назвать красавцами: один – круглолицый, нос курносый с веснушками, другой – рыжий здоровяк.

– А хочешь, я тебе бусы лазо́ревые подарю? – спросил круглолицый и многозначительно подмигнул, уперев в меня наглый взгляд.

– Не надо мне от вас ничего, – пробормотала я, медленно отступая к телеге.

Почувствовала, как сердце забилось быстрее. Они надвигались всё ближе, и я вновь испытала отчаянный страх.

– Оставьте меня! – крикнула я, но парни всё громче хохотали.

– Ты не торопись убегать, – усмехнулся рыжий здоровяк. – Если тебе Яшка не понравился, так я ведь тоже холостой. И ежели что со всей серьёзностью могу.

В этот момент в дверях лавки показалась Немира. Увидев ужас на моём лице, она окатила молодцов сердитым взглядом.

– Чего к девке пристали? – проворчала она. – Идите по своим делам.

Парни опасливо покосились на неё и поспешно ретировались.

Немира уложила кувшинчик с маслом на телегу, заботливо завернув его в холстину.

– Зря ты, Алёнка, от судьбы убегаешь. Парни-то вроде ничего, ладные да красивые. Вышла бы за одного из них замуж, детишек бы нарожала. А так со мной старухой век вековать будешь. Виданное ли дело, чтобы красота такая прятала себя от людских глаз, – ворчала под нос Немира.

– Да разве же нам с вами, бабушка, плохо живётся? – растерянно спросила я.

– Не спорю, живём мы с тобой дружно, – покачала головой Немира. – Но мне бы хотелось ещё детишек твоих понянчить.

– Ох, смотри-ка, скоморохи! – восхищённо всплеснула я руками, пытаясь перевести разговор на более безопасную тему. – И свирели при них. Может быть, послушаем?

Худощавые парни в залатанных рубахах плясали, высоко вскидывая ноги, били в бубны, гудели в свирели и рожки. Один из них, разбежавшись, завертелся как колесо от телеги, заставляя зевак расступиться. Другой затянул песню о боярыне-красе, проплывая мимо павой, будто молодка. Тут вывели медведя. Он притопывал лапами, поворачивался и махал головой.

Зрители дружно хохотали, а я не могла оторвать взгляда от этого яркого зрелища.

Посмотрев на скоморохов, мы продолжили путь. Уже почти добрались до северной башни, когда набатный колокол начал монотонно отбивать удар за ударом. Стражники захлопнули створки городских ворот. На площади собрался народ.

Мы замерли на месте. Звук колокола мог означать только одно – нападение врага.

– Что тут происходит? – спросила у кого-то Немира.

– Чужаки на город идут! – слышалось со всех сторон.

Я испуганно начала озираться. За всю мою недолгую жизнь мне лишь однажды приходилось сталкиваться с вражеским набегом, но тогда я была слишком мала, чтобы что-то понимать.

Помню только, как мы с бабушкой прятались в погребе. Там было темно, душно и пахло мышами. Мне неудержимо хотелось реветь от страха, а бабушка прижимала к себе, и от её тепла я успокаивалась.

С её слов, после каждого набега оставались только разрушенные и сожжённые дома, да множество исковерканных судеб.

В последние годы я вообще жила в избушке, отгороженной от всего мира дремучим лесом. Самой большой неприятностью для меня было повстречать на своём пути кикимору или лешего.

Сглотнув от страха, внезапно пробившего позвоночник, я спросила дрожащим голосом: – Бабушка Немира, что нам теперь делать? Как мы домой попадём?

– Не бойся Алёнка, – ответила она, сжав мою руку. – Это не тот враг, которого тебе надо бояться. Твой главный враг впереди будет. А с этими чужаками наши воины справятся.

Глава 7.

Народ вокруг заволновался. Каждый боялся, что нападающие прорвутся в город, и тогда уж пощады не будет ни старому, ни молодому.

Чужаки медлили, а защитникам это было только на руку. Дружинники князя уже успели натянуть кольчуги и занять оборону.

– Переговариваются. Кричат, чтобы сдавались, – галдели в толпе.

– Много ли их? – спрашивали одни.

– Сможем ли устоять супротив врага? – уточняли другие.

Вдоль городских стен лежали готовые поленницы дров и котлы, чтобы варить смолу. Грудами валялись брёвна, чтобы ломать осадные лестницы. Дружинных было немного. На защиту города встал, в основном, посадский люд.

Над домами зловеще стелился чёрный дым. Это защитники варили смоляное варево, чтобы лить на головы нападающим.

– К бою!!! – внезапно заорал воевода.

В тот же миг всё пришло в движение. Матери ребятишек по домам попрятали.

Немира лошадь за поводья взяла и к сараю потянула, приказав мне за ней следовать, а затем под телегу дёрнула со словами:

– Ты, девка, не высовывайся. Сейчас стрелы да камни полетят, ещё заденут!

– Щиты! Щиты готовь!!! – закричал мужик неопределённого возраста, уже седой и сутулый, хотя довольно крепкий.

Нападавшие явно не желали длительной осады, а кидали все силы, чтобы вскочить на стены одним мощным броском.

Стрелы начали свистеть в воздухе. Мечи зазвенели. Крики и стоны смешались в один оглушающий звук. Вскоре кругом уже бушевало моря огня.

Прикрываясь щитами от наших стрел, нападавшие подкатили к воротам тараны. Мощными ударами начали крошить толстые городские стены. Послышался грохот, от которого внутри всё сжалось и заложило уши. Бой закипел, сыпались камни и стрелы, кричали люди, отовсюду слышались вопли раненых и умирающих. Подбадривая себя гиканьем, чужаки устремились на городские стены, но защитники стойко держали оборону.

Одна стрела воткнулась в край телеги. Пламя тут же занялось, облизывая дерево, грозя спалить все наши припасы.

Лошадь испугалась, дёрнулась.

Я выскочила из своего укрытия, начала успокаивать взволнованное животное и сбивать огонь. В конце концов, мне удалось справиться с пламенем.

– Ты куда это, девка, подалась? – закричала Немира, пытаясь схватить меня за рукав.

В этот момент мой взгляд скользнул по залитой кровью земле. Тела валялись повсюду. Я бросилась на помощь к одному безусому отроку, белёсому как одуванчик. В правом плече у него виднелось бурое пятно с тёмными краями, из которого струйкой вытекала кровь. Рядом валялась переломанная стрела с алым наконечником.

«Наверное, вытащил из себя», – подумала я и кинулась оттаскивать его к стене сарая и останавливать кровь.

Прижала руки к ране отрока, почувствовала покалывание в пальцах, которое с каждой секундой усиливалось. Отчаянно колотилось сердце. Я замерла. Да. Вот оно… чужая боль начала вливаться в меня как тягучая едкая жижа, окутывала каждую клеточку, наполняя и растворяясь. Пальцы начали гореть. Ладони запекло так, что мне показалось, с них вот-вот слезет кожа. Приоткрыла глаза, но меня ослепил свет, такой яркий, что на мгновение я зажмурилась.

Снова распахнула веки и глядела в белую пустоту. Тело сотрясалось от невидимых волн, а потом постепенно перестали гореть руки, очень медленно, и свет стал рассеиваться.

Лёгкий стук, и грудная клетка начала приподниматься под моими руками. Настолько незаметно, что это ощутила только я.

Вздохнула так громко, что заболели рёбра, и в глазах потемнело на мгновение. Почувствовала, как по щекам покатились слёзы. Подбородок стал мокрым, а я смотрела на бледное лицо отрока и заметила, как дрогнули его ресницы.

Он открыл глаза, удивлённо глянул на меня. Живой… Я медленно поднялась с колен.

Немира из-под телеги высунулась и заорала: