Анна Старобинец – Зверский детектив. Боги манго (страница 20)
– Изысканные к нам выйдут!.. Изысканные до нас снизойдут!.. – Волна восхищённого шёпота прокатилась по стаду митингующих, и оно послушно отступило назад.
– Ещё назад! Изысканные снисходят! – проорал Батяня.
– Изысканные нас услышали и снисходят! Это потому, что мы – звери со светлыми мордами! – проблеяла лама с белой головой и тёмно-коричневым крупом.
– Это потому, что вместе мы – сила! – высунулись из дырочек в земле сурикаты.
Толпа отступила ещё дальше. По ту сторону Неприступной Стены раздалось глухое рычание гиеновидных собак и цоканье копыт Изысканных. Послышался ритмичный топот вомбатов под звуки марша:
– Вом-бат, Ба-тяня, Ба-тяня, вом-бат! Ты тушку не прятал за спины ре-бят!
Митингующие застыли в ожидании. Врата тяжело лязгнули – и отворились. Первыми из резиденции выскочили гиеновидные псы. Захлёбываясь лаем, они окружили стадо митингующих живым, рычащим, оскаленным кольцом. Затем строевым шагом на площадь вышли вомбаты и выстроились в два ряда, живой стеной отсекая ту часть площади, где паслось окружённое псами стадо митингующих, от той её части, куда с достоинством процокали Раф, а также его мать и жена.
– Изысканные снизошли к народу! – произнёс в корупор Батяня.
Толпа возбуждённо запищала, зачирикала, заблеяла, заревела, заклацала и зацокала.
– Изысканные приветствуют чернь у Врат Резиденции! – Жираф Раф едва заметно кивнул головой. – Я, ваш правитель, Изысканный Жираф Раф, на прямой шее отвечу на ваши вопросы. Не забывайте представиться.
– Попка не дурак, имеет вопрос! Вы правда пленили Царя зверей, о Изысканный, да наполнятся живительной влагой следы копыт ваших?
– К сожалению, эта информация ложная. Бывший Царь зверей по-прежнему на свободе. Он возглавил львиный прайд и пытается отнять у меня законную власть.
– Да нет же! – встрял Барсукот. – Мы же объяснили, что львы удерживают Царя зверей силой! Он накачан снотворным цеце, все решения от его имени принимает Братан! И поэтому, раз Царь без сознания, он никак не мог руководить действиями нашего коллеги Барсука Старшего! И поэтому Барсука Старшего вы обязаны отпустить! Мы же сразу это сказали у Врат жирафаматери Рафаэлле, но она не пожелала нас слушать и сказала, что мы не войдём в резиденцию, пока не прекратим нести бред.
– Я могу лишь согласиться с мудрыми словами моей жирафаматери. Это бред. Вы бредите, Барсукот.
– Это бред! Сукот Полиции бредит! Так сказал жираф! А вот Попка не бредит! Попка не дурак потому что!
– У меня есть доказательство! – Барсукот извлёк из корзинки с вещдоками клок львиной шерсти. – Это клок из гривы Царя зверей! Экспертиза установила, что он вымазан кровью антилопы с целью привлечения мух цеце!
– Это ничего не доказывает, – вмешалась Рафаэлла Старшая. – Измазанная в крови антилопы шерсть типична для львов-убийц. Просто экс-царь сожрал антилопу. Мухи тут ни при чём. Ну а вы! – Рафаэлла обратилась к толпе. – Вы ведь не хотите, чтобы вас жрали львы? Тогда переходите на нашу сторону, кто ещё не перешёл! Принесите нам клятву верности! И мы защитим вас от львов!
– Это всё пустые лозунги! – пискнул кто-то из митингующих. – В прошлый раз вы обещали нам фрукты и воду в обмен на клятву! – Отважный сурикат на секунду высунулся из дырочки в земле. – Ну, мы дали клятву! И где те фрукты? – Сурикат юркнул назад в дырочку. – Где та вода?! – добавил он едва слышно из-под земли.
– Представьтесь! – приказал жираф Раф.
Сурикат испуганно пискнул из дырочки, но имени не назвал.
– На анонимные вопросы Изысканный с прямой шеей не отвечает, – презрительно сказал Раф.
– И всё-таки, с вашего позволения, возвращаясь к вопросу пленённого львами Царя зверей. – Гриф откашлялся. – С минуты на минуту у нас появятся веские доказательства нашей правоты. Я взял кровь Царя зверей на анализ. Вот, смотрите! – Гриф Стервятник продемонстрировал жирафам, а затем и толпе открытый ланч-бокс, на дне которого в сиреневой лужице вяло копошились два налитых кровью москита кусь-кусь.
Журналист Удод подлетел поближе и, заинтригованный, завис над ланч-боксом, корреспондент «Попугайской правды» последовал его примеру.
– Что ты городишь? – прошептал Барсукот Грифу. – Это же кусь-куси, энергетики!
– А вот и нет, – с гордостью заявил Гриф во всеуслышание. – Это не кусь-куси. Это мои лабораторные москиты, они работают под прикрытием. В Львином Стане я сделал вид, что упустил из клюва свой обед «Сила грифа». На самом деле я ловко и тайком от льва Братана выпустил их для взятия крови Царя. Результат будет готов очень скоро: завершится химическая реакция. Если в крови содержится снотворное мух цеце, сок алоэ, изначально зеленовато-прозрачный, станет фиолетовым, в случае высокой концентрации снотворного – почти чёрным. Взгляните, он уже стал сиреневым, но мы подождём ещё. В присутствии представителей прессы я хотел бы обратиться к Изысканным. Согласно закону, вы должны отпустить Барсука Старшего, если сок алоэ станет ярко-фиолетовым, так как это докажет его невиновность в шпионаже. Невозможно шпионить под руководством спящего льва!
– Невозможно! Невозможно шпионить! Барсук – не шпион! Попка – не дурак! – заголосил представитель прессы.
– Так я не понял, вы кого решили казнить, Барсука или Бегемота, о Изысканный, да будет ваш помёт ароматен и мягок! – раздался бас из толпы. – Это спрашивает Бегемот, если чо.
– Это очень хороший вопрос. – Жираф Раф почти с уважением кивнул Бегемоту. – И я отвечу на него с прямой шеей. Сегодня после захода солнца, – Раф покосился на предзакатное небо, напоминавшее по цвету стёртое в кровь копыто, – мы публично казним предателя и шпиона Барсука Старшего. Он сотрудничал со львами и нарушил клятву верности Изысканным, данную у Врат. Нарушение клятвы верности карается смертной казнью по закону Дальнего Редколесья, а мы высоко чтим закон!
– Но позвольте, а экспертиза?! – возмутился Стервятник. – Посмотрите, сок алоэ уже фиолетовый, и он продолжает темнеть. Это значит, в крови Царя высокая концентрация снотворного мух цеце…
– Да плевала я на твою экспертизу. – Рафаэлла Старшая смачно плюнула в ланч-бокс с москитами травяной жвачкой. – Ерунда это всё и псевдонаучное надувательство! Полюбуйтесь! – обратилась она к Удоду и Попке. – Эта лужа снова стала зелёной!
– Вы… вмешались… – от возмущения Гриф едва выговаривал слова, – в химическую реакцию! – Он уставился на лабораторную жидкость, которая, смешавшись с жирафьей жвачкой, стала буро-зелёной. – Вы испортили мне экспертизу!
– Нет экспертизы – нет доказательств. – Пожилая жирафа ухмыльнулась длинными покосившимися зубами. – Значит, Барсук Старший будет казнён. Ничего личного, – добавила она тихо. – Даже если он и правда не виноват, мы сегодня вынуждены кого-то казнить, чтобы отвлечь и успокоить толпу. Почему бы и не Барсука? Он чужак, и его никому не жалко.
– Если это Барсук, тогда казните его сейчас! – будто в подтверждение её слов заголосили из толпы митингующих. – До заката! Чтобы мы все убедились, что он именно барсук, а не буйвол и не бегемот! После захода солнца нам будет его плохо видно!
– Хорошо. – Жираф Раф обвёл толпу благосклонным взглядом. – Я снизойду до этой просьбы. Немедленно привести на площадь заключённого Барсука!
– За Барсуко-о-ом! – заголосил Батяня в корупор. – Привести Барсука на ка-а-азнь!
Несколько вомбатов вышли из строя и, бряцая оружием и клацая зубами, побежали в резиденцию за Барсуком.
– Справедливость! – заорали в толпе. – Мы требуем справедливости! Одного Барсука казнить мало!
– И эту просьбу я выполню с прямой шеей, – кивнул жираф Раф. – Помимо Барсука мы казним ещё антилопу Илопу.
– Ура-а-а! Да здравствует справедливость! – загудела толпа, особенно надрывались Лама и Бегемот. – Да здравствуют Жирафы Изысканные! Если не жирафы – то кто? Жираф большой, жирафу видней! Мы добились справедливости! Потому что у нас светлые морды! Потому что вместе мы сила!
– Погодите, мы же другой справедливости добивались, – высунулся из-под земли сурикат. – Мы же требовали водопоя и фруктов! Как же фрукты? Как же вода?
– Не всё сразу, – срезал его Бегемот. – Маленькие шажочки приведут к большой цели.
– Но мы умрём от жажды и голода, если у нас не будет воды и фруктов, а только маленькие шажочки! – Сурикат вылез из ямки почти целиком.
– Представьтесь! – гаркнул на него жираф Раф.
– Сур… сур… сур… рикат… – пробормотал сурикат.
– Я отвечу на ваш вопрос с прямой шеей, сур-сур-рикат. – Жираф Раф сделал паузу, чтобы митингующие посмеялись над его шуткой, как всегда, чрезвычайно удачной. – Не думайте, что Изысканные далеки от народа. Моя жена – из народа. И в детстве она потеряла мать! Её мать умерла от жажды во время засухи!
Рафаэлла побледнела и кивнула толпе.
– Путь к свободе, воде и фруктам труден и долог! – продолжил Раф. – Но мы пройдём его с вами вместе, шаг за шагом и день за днём. Сегодня будет казнь, завтра будет вода, послезавтра – фрукты!
Толпа ответила жирафу овациями.
– Обязательно было упоминать мою маму? – прошептала по-прежнему бледная Рафаэлла.
– Обязательно, – равнодушно ответил Раф.
Из Врат Резиденции вывели связанных Барсука Старшего и антилопу Илопу. Илопа рыдала и упиралась рогами и всеми копытами, её волокли вомбаты. Старший шёл сам, с прямой спиной и неподжатым хвостом. Он был бледен, но нашёл в себе силы улыбнуться Барсукоту и Стервятнику.