Анна Солейн – Развод с драконом. Служанка в заброшенной усадьбе) (страница 54)
Не все же ему ко мне таскаться.
Глава 30
— Конюх? — поднял брови Гарри. — Почему тебя вдруг заинтересовал конюх? Чай будешь? Тебе с сахаром, как всегда?
Засунь себе этот сахар…
Развалившись на диване в расстегнутом домашнем халате, Гарри разливал чай по двум чашкам, одновременно звеня фарфоровой крышкой сахарницы.
Вид у него был сонным, светлые волосы растрепались — естественно, вставать раньше одиннадцати утра Гарри считал ниже своего достоинства. А я явился по его меркам ни свет ни заря: в десять.
— А ты не догадываешься?
— Про сахар? — наморщил Гарри лоб. — Прости, с утра плохо соображаю. Ты бы предупредил хоть, что заявишься, я бы побрился. Какими судьбами тебя вообще занесло в наше захолустье?
Я скрипнул зубами.
Захолустьем Гарри неизменно называл земли, которое достались ему после женитьбы на дочери покойного герцога Вензалеса. Вензалес всю жизнь тщательно берег воспоминания о том, как его герцогство было отдельной великой страной (примерно в то время, что люди жили в хижинах, а драконы на них охотились и требовали девственниц для развлечения), а еще не забывал о старых добрых традициях пытать тех, кто ему не нравился.
В общем, это все бы даже не всплыло, если бы лет пять назад ему не пришло в голову устроить заговор и попытаться отравить его величество, чтобы начать битву за трон: у короля, который никогда не отличался крепким здоровьем, в то время еще не было наследников. Заговор был организован весьма топорно, раскрыть его не составило никакого труда, зато в итоге в королевстве организовалось бесхозное герцогство: дочь Вензалеса наследовать его, конечно, не могла, нужен был надежный человек.
Герцогство было весьма приличных размеров и, к тому же, расположено на плодородных землях.
Упускать такое из рук было бы преступно — мужем дочери Вензалеса стал Гарри, который к тому моменту как раз заканчивал фармацевтический факультет и не вылезал из кабаков. Все равно нужно было пристроить его к делу, так что все сложилось просто идеально.
— Где этот конюх, Гарри?
Терпение подходило концу.
Потому что перед глазами стояло бледное лицо Алисы, в ушах звучали рассказы этого старика, Марка.
Алиса на его возмущения никак не реагировала, до сих пор была без сознания: и это плохо. Значит, она истощена настолько, что небольшая доза магически напитанной микстуры буквально сбила ее с ног.
Я сжал кулаки.
Марк посмотрел на меня исподлобья, напомнив… кого он мне напомнил?
У нее вся комната была забита платьями, украшениями, туфлями с драгоценными камнями и прочим женским хламом.
Я не особенно много значения придавал тому, сколько все это стоит, но мог бы предположить, что на пару довольно безбедных жизней там хватит.
Уж точно должно быть достаточно для того, чтобы до «продажи портков» не дошел даже ее ублюдок.
Она все куда-то промотала? Потеряла? Украли?
Ничего больше я от него добиться не смог, и тем же вечером написал запрос экономке. Пускай составит мне список того, что дорогая бывшая женушка прихватила при разводе. Будет любопытно узнать, куда все делось.
Как бы то ни было, причин не свернуть этому конюху голову у меня не осталось.
— Какой конюх? — снова спросил Гарри. — Ты говори прямее, ты…
Устав от его сонной физиономии, я поднялся и вздернул его за грудки.
— Да что ты творишь! Кориан!
Я чувствовал, как от кислого страха у него сердце заколотилось. Вертикальные драконьи зрачки стали почти круглыми, в них я увидел свое отражение. Мы часто дрались, когда были мальчишками, но сейчас я в самом деле перегибал палку: сам отлично это понимал.
— Тот самый, который залез на мою жену! — рявкнул я. — Не догадываешься, что я узнаю? Как тебе в голову пришло его нанять! А⁈
— А что… Да пусти ты! Что… — Гарри заизворачивался, и я разжал руки. — А что мне надо было делать⁈ А? Ты, видный, мать твою, политик, про что думал? Задницей? Выкинул его на улицу — чтобы что? Чтобы он болтать пошел и газетчикам информацию продал? Ладно — Алиса, из нее слова не вытянуть, а этого⁈ Ты чем думал?
Он тяжело дышал, под кожей бегали отблески пламени, глаза горели.
Я изо всех сил держал себя в руках.
Смысл слов Гарри дошел до меня с опозданием, примерно как столичные новости до провинции.
Чтоб тут все королевской кавалерией трахнулось.
Гарри был прав.
Чем я думал?
Ничем.
— Ну и где он?
— Умер, — коротко ответил Гарри. — Пару месяцев назад. Лошадь взбесилась, ударила копытом по голове. Там уже не помочь было, когда его нашли. А ты почему про него вспомнил снова? Перед новой женитьбой решил хвосты после старой подчистить? Как там несравненная леди Ликс, к слову? Горяча в постели, холодна на приемах, м?
Снова сев в карету, я первым делом проверил почтовую шкатулку. Там обнаружилось письмо от экономки на трех листах, где крайне тщательно были перечислены все вещи Алисы, которые остались в доме.
Она что, ничего не взяла, когда уходила? Ладно, взяла. Обручальное кольцо, заколка, платье из хлопка, шаль, сережки… Что за…
Какого хрена? Совсем мозгов нет? Хоть бы колье с рубинами прихватила, за эти деньги можно поместье купить. На кой ей сдалось платье из хлопка и сережки без камней?
Я не заходил в ее комнату с момента развода, да и собиралась Алиса одна — не хватало только играть в надзирателя. Свои деньги она честно заработала: такой план провернула. Так я тогда думал.
Какого хрена тогда она ушла в чем была?
Я нахмурился.
Никто из слуг ее не стал бы останавливать, я отдал распоряжения. Почему тогда…
И с кучером этим она не осталась, судя по всему. Или он ее бросил? Знал он про ребенка или нет?
Почему я вообще должен ломать голову над сложными отношениями моей жены и ее любовника?
Захлопнув шкатулку, я приказал кучеру трогать. До Мглистых сосен от дома Гарри — полтора дня пути.
Кажется, пришла пора всерьез поговорить с Алисой.
И в разговоре этом будет участвовать сыворотка правды, потому что Гарри прав: из Алисы слова не вытянуть. И мне это уже надоело. Впрочем, так было не всегда, в паре случаев Алиса была весьма разговорчива. Например, в тот день, когда мне стукнуло в голову взять ее в жены. Хмыкнув, я перенесся мыслями в тот день.
Алиса
— Почему ты одна воспитываешь ребенка? Где его отец?
Я пожала плечами и вряд ли изменилась в лице. Слишком привыкла отвечать на такие вопросы.
— Он меня бросил. Еще до рождения сына.
Леди Ликс улыбнулась и расслабленно повела плечами.
— Что ж. Отлично. Ты можешь идти. И добудь мне план дома. К возвращению Кориана все должно быть без-уп-реч-но.