Анна Солейн – После развода с драконом. Будешь моей в 45 (страница 73)
Ища глазами часы, я не сразу сообразила, что вопрос принцессы был адресован мне.
— Простите, ваше высочество?
— Вам кто-то угрожает, мисс Элеонора? На этом балу?
Разве что любовницы моего бывшего мужа, но если вы выдворите отсюда их всех, зал неприлично опустеет.
— Нет, — улыбнулась я и снова присела в книксене. — Благодарю вас, ваше высочество. Вы в самом деле…
— Ваше высочество. Не соблаговолите ли вы пройти со мной.
Лакей в алой ливрее возник за спиной ее высочества как будто из воздуха и настойчиво уставился на принцессу.
— Не соблаговолю, бал только начался, — тяжело опершись на трость, она шагнула ко мне. — Дайте мне, в конце концов, посмотреть своими глазами на сенсацию Зимнего сезона!
Это на меня что ли?
Ах да. Мы с Гидеоном так старательно раздували вокруг наших отношений скандал — нет ничего удивительного, что даже принцесса обратила на него внимание.
Хотя до сих пор я считала, что ей не до чего нет дела.
По правде говоря, я, как и все остальные, до сих пор считала, что принцесса, как бы помягче…
“Скорбна умом”, — подсказал язвительный внутренний голос неприятным тоном.
— Вы чем-то удивлены, мисс Элеонора? — прищурилась принцесса Гвен, как будто точно знала, о чем я думаю.
Она была совсем не похожа на короля: тяжелая квадратная челюсть, русые волосы, светлые глаза с узкими драконьими зрачками. Таких называют скорее “интересная”, чем красивая, не говоря уже о недуге, из-за которого она изгибалась, как побитое ветром дерево.
— Я… польщена тем, что вы спасли меня, ваше высочество, — сказала я, приседая в очередном книксене.
Колени предательски хрустнули. Все-таки эти светские условности — что-то для молодых. Да еще и поясница затекла.
— Нужно было дать ей убить вас?
— Ваше высочество! — с нажимом произнес лакей.
Принцесса Гвен поморщилась.
— Что тут происходит? — прогудел Артур, подходя к нам с тарелкой канапе в руках. — Ваше высочество, вы опять отбились от рук?
Артур! Сердце забилось сильнее. Это судьба! Я планировала обойти весь бальный зал, чтобы его найти, но он пришел сам. Наблюдая за тем, как он дружелюбно ухмыляется принцессе, я нахмурилась. Они близко знакомы? Как так вышло? Конечно, у Артура достаточно высокая должность, но он ведь человек... До сих пор я думала, что принцесса вовсе не с кем не общается.
— Папенька снова хочет загнать меня под охрану, но я не сдаюсь, — легкомысленно засмеялась принцесса Гвен. — И не смей меня поучать!
— Ваше высочество… Ваше здоровье…
— И слышать не желаю! Сегодня здесь все до последнего комиссара — а я должна сидеть взаперти? Я хочу пообщаться с мисс Элеонорой. Как вам общество после долгого перерыва?
— Я…
— Ваше высочество…
— Расскажите, что вы не поделили с мисс Делмар? — шагнула ко мне почти вплотную принцесса, опираясь на трость. — Вашего мужа?
Бывшего.
Бывшего мужа, и я могу провести хотя бы пять минут жизни, не говоря и не думая о Гидеоне?!
— О, в этом нет сомнений! — вдруг вступила в разговор леди Вилкинс. — Мисс Делмар была так расстроена, бедняжка…
— Их с лордом Ферли связывали чувства, не правда ли? — блеснула любопытными драконьими глазами принцесса.
У нее что, дел других нет?!
— Веро…
— Мисс Делмар была влюблена в него, как кошка! — с энтузиазмом ответила леди Вилкинс и оттеснила меня от принцессы, почувствовав . — Они на шаг друг от друга не отходили! Мы полагали — дело идет к свадьбе! Ну, вы знаете, впервые после того, как лорд Ферли разошелся с мисс Офелией Блеквейн…
— А почему они разошлись?
— О, это такая история! Никто не знает! Но мисс Офелия так переживала, так переживала… Однажды разрыдалась прямо на балу — после того, как они поговорили.
По рядам кумушек прошел восторженный шепот — видимо, даже спустя годы это воспоминание доставляло им радость.
— Сейчас-то она замужем и растит прекрасных сыновей, а вот тогда… — заговорщицки прошептала леди Вилкинс. — Мы все ждали свадьбы! Сами понимаете — такая пара! Она — драконица, как полагается, не в обиду будет сказано, он — наконец развелся…
Наконец?!
— Скандал, конечно, был дикий, — вступила в разговора еще одна кумушка.
— Дикий! Но все-таки, когда развод состоялся и пыль улеглась, стало ясно, что это только к лучшему. Мы тогда гадали, почему же свадьба лорда Ферли и мисс Офелии Блеквейн так и не состоялась? Неужели из-за леди Рикс?
Это еще кто? Очередная интрижка Гидеона, информацию о которой я пропустила?
— Но сейчас мы все поняли! — обернулась ко мне леди Вилкинс. — Все это время лорд Ферли хранил верность тебе, Элеонора.
Ничего себе — хранил верность! Разные у нас понятия о верности.
— Я…
— Вы так влюблены друг в друга! — воскликнула леди Вилкинс. — Это видно невооруженным взглядом! Ах, это так… необычно! Кто бы мог подумать, что такая любовь существует?
Такая — какая? Когда женщине могут изменить и предложить убираться, если ее что-то не устраивает, а потом позвать обратно, как собачонку, сказав, что все-таки любят? А она вынуждена терпеть и радоваться крохам, которые ей сбросили со стола?
Я сжала зубы. Может, я иномирянка, может, дура, но я не вижу в этом никакой любви.
— Артур, вы разрешите пригласить вас на танец?
Артур, который как раз отправлял в рот канапе из тарелки, закашлялся.
— Меня? Элли, что ты…
— Я соскучилась, мы с вами давно не виделись. Окажете мне любезность?
Не дожидаясь ответа, я протянула ему руку.
Выходя танцевать — оркестр заиграл вальс, вот ирония, — я успела заметить, как принцессу окружили еще несколько лакеев. Выглядело это... угрожающе.
— Элли! — укорил низким голосом Артур, положив ладонь мне на талию. — Если бы Гидеон не был на переговорах с его величеством, я бы подумал, что ты хочешь заставить его ревновать. Правда, выбрала зачем-то такого старикана, как я.
— Я…
— Ой, да что я говорю. Он всегда ревновал тебя! Еще до того, как ты ответила ему “да”. Покоя мне не давал! Особенно после того случая.
Я навострила уши.
Какого — “того”? Наконец-то я смогу его распросить как следует!
Гидеон
Его величество сверлил меня ожидающим взглядом. Мне следовало говорить о порталах. О прибыли, о том, насколько они полезнее и выгоднее железных дорог.
Этого дня я ждал многие, мать его, годы!
Это был самым важный момент в моей жизни. В жизни всего рода. Тот момент, который может навсегда вписать имя "Дома Ферли" в историю.
Ничего важнее быть не могло.