Анна Снегова – Замки роз: нерассказанные истории (страница 15)
Олень прячет язык. А потом витраж словно перетекает в пространстве, меняет местами детали – совершенно не заметно глазу – и вот уже как будто наизнанку вывернулся. И смотрит теперь прямо на меня.
А потом олень бьёт копытом.
Дверь распахивается призывно.
Гордая тем, что победила, Сесиль вплывает в просторный холл, задрав нос. Где-то под потолком вспыхивает призрачно-голубой свет, рассеивает полумрак.
Следом втаскивает ее чемоданы дворецкий. Как будто случайно роняет их на пол так, что там внутри что-то жалобно звякает. Наверное, многочисленные сестрицыны зеркала, баночки духов и притираний.
- Добро пожаловать, леди! И будьте любезны – в ваших же интересах ничего тут больше руками не трогать, - посмеиваясь в бакенбарды, заявляет сестре дворецкий. А потом добавляет едва слышно, глядя мне прямо в глаза улыбчивым, слишком прямым и смелым для его статуса бледно-голубым взглядом. – Не то можно и без рук остаться.
Пёстро ряженая толпа вваливается в просторный холл вслед за сестрой, все крутят головой, раздаются восторженные возгласы – и я их понимаю, тут есть на что посмотреть. Снежно-белые, будто светящиеся изнутри стены, изящная витая каменная лестница наверх, вазы, в которых источают нежный аромат пышные розы – льдисто-белые с тёмными сердцевинками, голубые, бархатно-синие…
Меня тут же оттесняют к стене.
Машинально опираюсь ладонью, чтоб не упасть… и чувствую тепло. Оно будто до самого сердца проникает. И согревает. Словно обещанием чуда.
Это место нереально.
Такого просто не бывает.
И как раз, когда я почти уже себя уверила, что это обман чувств… мир вокруг меркнет на мгновение.
Меня уносит от шумной толпы куда-то – вдаль и ввысь.
Я прихожу в себя, сидя на узкой, удобной на вид постели. Небольшая светлая комната, в которой, кажется, давно никто не жил. Судя по ветвям деревьев за окном, – второй этаж.
И прежде, чем я успеваю прийти в себя от способа перемещения в свою новую, получается, спальню, мне на колени откуда-то прямо с потолка падает плетёная корзинка.
Осторожно отгибаю край тканой салфетки в крупную сине-белую клетку.
В ноздри проникает умопомрачительный аромат пирожков с вишней, заставляя меня чуть не трястись от ломки, как пьянице рядом с бутылкой.
Обхватываю корзинку обеими руками, как самое драгоценное сокровище. Донышко показывается очень быстро – я и правда сильно голодна. Остановиться просто невозможно, настолько это вкусно! Они ещё тёплые! Тесто мнётся под пальцами, корочка хрустит, присыпанная сахарным кружевом…
Опомнилась, только когда слизывала с пальцев последние капли вишнёвого варенья.
Боже мой. Кажется, я и правда попала в сказку.
А потом как-то очень резко сказываются тревоги минувших дней, меня накрывает невыносимая усталость.
Сытая и счастливая, решаю, что быть приличной гостьей уже поздно, раз я и так уже самым неприличным образом бросила своих соплеменников и сестру, которую вообще-то обязана сопровождать… сбрасываю башмаки, забираюсь с ногами на постель, и засыпаю прямо так. Сворачиваясь калачиком и даже во сне прижимая к себе корзинку.
Сквозь сон ощущаю, что кажется, Замок откуда-то принёс мне ещё и мягкое, как пух, одеяло. Осторожно, чтобы не разбудить, укрыл сверху.
10.2
10.2
Я, наверное, проспала целые сутки – и спала бы и дольше, если бы не жалобные просьбы моего желудка снова его покормить.
Кое-как поднялась с постели, долго сидела и моргала совой-сплюшкой, которую поднять-подняли, а разбудить забыли. Пыталась сообразить, где нахожусь, как сюда попала, и почему спала в обнимку с плетеной корзинкой.
Потом зевнула, протёрла как следует глаза… и обомлела от нежной и торжественной красоты вокруг.
Белые-белые стены. Только это была не холодность мрамора или алебастра. Это словно лепестки белой розы, живые, наполненные светом, идущим как будто изнутри. И по ним – вьющиеся плети каменных роз, с таким искусством изготовленные неведомым зодчим, что выглядели совсем как настоящие.
Я осторожно спустилась с высокой постели, подошла на цыпочках к окну с голубым и синим витражным стеклом. Коснулась стен, чтобы попытаться понять, из какого камня всё-таки сложено подобное великолепие…
И отдёрнула руку.
Он был тёплый.
Ближайший ко мне каменный стебель дёрнулся слегка – и это совершенно точно не было обманом зрения! Бутон раскрылся чуть пышнее, замерев за доли мгновения до того, как распуститься.
Я затаила дыхание и почти не дышала.
Но больше ничего не произошло.
Как будто чудо ждало внутри – но ждало не меня. Этот Замок был как преданный пёс, который хранит верность только для своих хозяев.
Я вздохнула украдкой и улыбнулась - как это, наверное, чудесно, когда у тебя есть такой верный друг…
…какой-то шум с улицы привлёк моё внимание. Красивые витражи не давали достаточно обзора, я поискала защёлку, и мне удалось распахнуть окно.
И хорошо, что это был только второй этаж. Потому что я чуть было не свалилась от неожиданности. Хотя пора бы уже понять, что в таком месте удивляться нельзя ничему и ожидать следует чего угодно.
Например, того, что посреди подъездной аллеи Замка будет гарцевать здоровенный олень! Снежно-белого, чуть голубоватого цвета – с раскидистыми мощными рогами, острыми копытами, и совершенно точно светящейся шерстью.
И тому, что на спине его безо всякого седла будет держаться всадник, я тоже не должна была бы удивляться, как и его персоне. Но удивилась снова.
- Доброе утро, мадемуазель де Тремон! – сдержанно приветствовал меня граф Винтерстоун. – Как вам спалось у нас в гостях?
Было видно, что это простая любезность с его стороны. Хмурая складка меж бровей, нетерпеливо перебирает копытами олень, готовясь тронуться с места… оба, и всадник, и чудесный скакун, торопятся ринуться в путь.
- Вы уже нас покидаете? – спросила я огорчённо.
Рональд кивнул.
- Я собирался дождаться Его величества здесь… он извещён о нашем прибытии и должен явиться со дня на день. Но… простите, у меня есть неотложные дела. Чувствуйте себя как дома, Николь! Если что-то понадобится, спросите у Торнвуда, он поможет.
Серебристая молния пересекает окоём и очень быстро теряется из виду.
Неотложные дела… что у него может быть ещё более неотложного, чем встречать короля, который едет в его собственный замок?
Кажется, я догадывалась, что могла быть только одна причина.
В который раз где-то внутри меня колет осознанием, что я завидую этой девушке. И мне очень стыдно за это чувство. Я не должна его испытывать. И не должна с грустью смотреть, как уносится куда-то за горизонт быстрыми скачками – не моя сказка.
Я прислонилась плечом к оконной раме и задумалась.
Хорошо, окна Сесиль выходят на другую сторону. Я даже не подозревала, что северное Королевство настолько пропитано магией! Почему у нас на Материке об этом никто не знает? Или знают… но молчат? Или… готовятся к чему-то?
Все-таки, уроки Одетт не прошли даром. И чтения старых книг в покоях Всеблагой Девы тоже. Красной нитью по страницам старых летописей – как коварны бывают люди. Особенно, если захотят чего-то, чем обладают другие. Но когда читаешь такие книги, привыкаешь воспринимать эти истории как что-то, что осталось далеко в прошлом, сказку, миф, легенду.
Но ведь люди не меняются.
А история… для живших в ту эпоху людей творилась на их глазах, как нити, из которых ткётся ткань повседневности. Иногда крайне причудливым и пугающим узором.
Что за узор ждёт меня, когда персты слепой Судьбы закончат прясть мою нить? По крайней мере, этот клубок…
Я обхватила себя за плечи.
Какой холодный дует ветер.
Пора закрыть окно.
***
Потянулись дни ожидания.
Первой в Замок ледяной розы явилась неожиданная гостья. Странная юная леди – ужасно красивая утончённая блондинка, но очень тихая и печальная. Она прискакала верхом вскоре после отбытия графа Винтерстоуна, очень огорчилась, что они разминулись, тут же удалилась в гостевые покои и почти оттуда не выходила.
Из сплетен, которых уже успела нахвататься непонятно откуда Сесиль, узнаю, что это бывшая невеста графа Винтерстоуна. Первое время не могу поверить ушам, когда до меня доходит, что у Рональда, оказывается, уже была когда-то невеста. Да еще такая невероятная красавица! Сесиль говорит, поджав губы, что отец леди Эмбер Сильверстоун – сам маршал Королевства Ледяных Островов, чуть ли не второе лицо в государстве! И что ей ужасно интересно, на какую же в таком случае красотку променял её этот ловелас граф. И что это должна быть в таком случае принцесса, не меньше. И что она о нём была лучшего мнения.
Но мне не верится, что там всё так просто. Грустные глаза этой леди… Волнение Рональда, когда говорил о том, что не знает, как сделать предложение руки и сердца любимой девушке… то есть, раньше он, выходит, не делал?!
Ничего не понимаю, но расспросить ни за что в жизни никогда не решусь. Не моё дело лезть в эту запутанную историю. Хотя любопытно – жуть. И мне тоже ужасно хотелось бы узнать, что ж это за девушка такая, что он дал от ворот поворот такой шикарной невесте, как эта леди Эмбер. А ведь она до сих пор по нему грустит…