Анна Ситникова – Девочка, с которой случилась жизнь. Книга 1 (страница 24)

Теперь, вспоминая нашу жизнь, я понимаю, что Юджия мной просто-напросто пользовалась. Превратила меня в своего раба и жила счастливо. Она требовала от меня полного подчинения, заставляла давать ей списывать, хотя сама она ни разу не дала мне списать, требовала забирать ее куртку, пока она будет болтать с очередным парнем, и многое другое. В конце концов, дошло до того, что мне приходилось придумывать разные отговорки для того, чтобы с ней не встречаться. Когда она болела и не ходила в школу, я спокойно общалась с другими девчонками. Не со всеми, только с парочкой старых знакомых, еще с садика. Разумеется, тайно, чтобы моя подруга не узнала. Вам сейчас, наверное, кажется странным мое поведение. Но я просто физически не могла от нее уйти. Мне было страшно даже представить, как я в полном одиночестве буду ходить в школу, буду сидеть в столовой, на переменах.

– Но ты же сказала, что спокойно общалась с другими девчонками.

– Я же жалкая трусиха, Эшли. Для меня невозможно подойти к кому-нибудь и спросить, а не откажет ли он мне в дружбе. Я жутко боялась. Все девчонки уже дружили своими компаниями, и я не могла просить их принять меня к себе… Я отлично понимаю, что сама виновата в том, что Юджия стала такой. Если бы мы с ней вместе гуляли, если бы я смогла занять ее чем-нибудь, а не пряталась бы дома, то она бы не стала такой, какой стала. Не связалась бы с дурной компанией, и мы были бы хорошими подругами до сих пор.

– Нельзя во всем винить себя.

– Винить во всем нельзя, но тут я права. Понимаете, девчонки, я и правда последнее время уделяла ей мало внимания. Просто у меня в отличие от нее был огромный комплекс неполноценности и гора домашней работы. Вы не представляете, каково это жить вместе с бабушкой, повернутой на домашнем хозяйстве. Иногда мне это нравилось, но по большей части все время, проведенное с ней, меня раздражало. Самое дурацкое, что, что бы я ни делала, бабулю всегда что-то не устраивало. Все было плохо, не так, как нужно… Бабуля не забывала вставлять в каждый разговор с нашими соседями душещипательные истории о том, какая я плохая, ленивая и никудышная. А Юджию мелочи вроде уборки, готовки, и еще миллиона дел по дому вообще не трогали. Короче, в один прекрасный день она просто перестала со мной разговаривать. Уж не знаю, чем я ее снова обидела, но больше мы с ней официально подругами не числились. У меня, как и следовало ожидать, началась жуткая депрессия. Я просила маму разрешить мне больше не ходить в школу, но она, разумеется, не перешла на мою сторону. Хотя, конечно, надо отдать маме должное: она меня долго успокаивала, выслушивала все мои бесконечные разговоры, старалась давать советы.

Ну, а потом… потом нам позвонил мой отец, сказал, что парни уже взрослые, и что он им больше не нужен, что пришло время ему уже и о себе подумать. Так мы и переехали сюда. На самом деле мне было ужасно жалко расставаться с Сан-Франциско. Я прожила там всю жизнь и не планировала таких кардинальных перемен. Я ужасно скучаю по нашей улице, по паркам, в которых мы гуляли с мамой, а потом и с сестрой. Это было нечестно со стороны папаши – вырывать нас из привычной жизни. – Оглядев девчонок, я улыбнулась. – У вас такие лица, будто вы ожидали услышать историю в стиле Бритни Спирс, а получили роман Лавкрафта. Простите, если не оправдала ваших ожиданий.

– Все нормально, Энн. – Элен смотрела мне в глаза и сочувственно улыбалась.

– Поверьте, я не хотела, чтобы мой рассказ был таким удручающим. На самом деле я вовсе не считаю, что плохо жила…

– А как же Тим? – перебила Рокси. – Он не говорил, что вы теперь живете с бабушкой и…

– Нет, мы не живем с ними. Это была единственная положительная новость – в Нью-Джерси мы переезжали втроем, без бабушки с дедом. Они решили остаться. Ну, знаете, все эти старческие маразмы по поводу того, что раз они родились в том городе, значит, и умирать будут там… Вот, собственно, и вся моя жизнь на блюдечке. Получилось так, что своих братьев, уже таких взрослых, я увидела всего пару месяцев назад. А затяжную депрессию, которая была у меня все лето, я развеивала только тем, что занималась ремонтом в новом доме и гуляла с сестренкой. – На лицах четырех подруг, как мне показалась, была какая-то озабоченность. – Ну, говорите же уже что-нибудь. Чтобы я не думала, что испортила вечер своими депрессивными рассказами.

– Ничего ты не испортила. Я просто немного растерялась, – сказала Хлоя. – Но спасибо тебе огромное за откровенность.

– Всегда пожалуйста.

– Ты совсем не скучаешь по отцу?

– А как можно скучать по человеку, которого никогда не видел? У меня даже фотографии его нет.

– Даже свадебных фотографий твоей мамы?

– Они все остались у отца. Когда они расстались, мама все фотки выбросила, а он подобрал. Это мне недавно Кевин рассказал.

– Офигеть. Мои родители тоже не живут вместе, но папа к нам часто приезжает, покупает подарки мне и моей сестре, – сказала Рокси как раз перед тем, как с ее сэндвича на пол упал кусок курицы. – Ой, прости, Хлоя.

– Видимо, мой папаша пошел по пути меньшего сопротивления, – я улыбнулась. – Девчонки, я ценю, что вы так интересуетесь моим прошлым, но, может быть, хватит уже обо мне? Я не хочу испортить традиционные посиделки. К тому же мне ведь тоже интересно узнать что-то о вас. Как вы провели лето, кстати? Повеселее, чем я?

– У нас вся ночь впереди и мы успеем поговорить про наше лето. А пока нам нужно обсудить твои проблемы, чтобы разобраться с ними. – Рокси выглядела очень сосредоточенной и даже немного испугала меня этим.

– Согласна, – кивнула Хлоя. – Девочки, кто готов поддержать меня и треснуть Энн по голове, чтобы она не считала себя некрасивой?

Под общий гул голосов мне влепили четыре символических щелчка по макушке. Рассмеявшись, я замахала руками, защищаясь от ударов.

– Эй, так нечестно, вас больше.

– Энн, ты не должна считать себя некрасивой. С чего ты вообще придумала такую глупость?

– Возможно, эту глупость мне подсказало зеркало, – парировала я. – Или весы.

– Слушай, проблемы с лишним весом – это пустяки. К тому же я бы не сказала, что ты какая-то толстуха. Пара месяцев упорной работы, диета и все – ты сможешь привести себя в ту форму, о какой мечтаешь. Не стоит из-за этого прятаться в своей комнате.

– Я слишком долго старалась похудеть, чтобы согласиться с тобой, Эшли, что похудение – это ничего сложного.

– Значит, плохо старалась. Вот что я тебе скажу…

Девичьи разговоры – это что-то с чем-то. Мне накидали миллион советов, как взять себя в руки. Миллионом дело бы не ограничилось, если бы я не воззвала к справедливости: мне тоже было интересно узнать что-нибудь об остальных. К тому же спустя пару часов быть предметом всеобщего обсуждения стало уже как-то неловко.

Оказалось, что большую часть лета Эшли провела в Венгрии в специальном танцевальном лагере, куда давно мечтала попасть. Она в красках описала их веселую лагерную жизнь в Европе, насыщенную мероприятиями, спортом и знакомствами с новыми людьми. Под лагерь было отведено несколько трехэтажных зданий, и парни с нижнего этажа почти каждую ночь пробирались в женскую спальню через балкон, чтобы поиграть в карты или просто пообщаться. Для меня же Европа была чем-то вроде чужой планеты. Наша семья (та часть семьи, в которой жила я) никогда не отличалась избытком финансов, поэтому маме так и не удалось организовать нам поездку туда. Даже наш перелет из Сан-Франциско спонсировал отец. Разумеется, маму я за это не винила. Даже наоборот, была ей очень благодарна за то, что я никогда не голодала (совсем-совсем никогда) и имела все, что необходимо для жизни (кроме разве что нормальной одежды). Но сейчас, когда Эшли так непринужденно описывала красоты Венгрии, я жутко ей завидовала. Почему мы с мамой никогда не путешествовали? Это же так интересно… А все эти парнишечьи побеги по ночам… Опять эта дурацкая зависть.

Улыбаемся и машем…

Хлоя, Рокси и Элен этим летом не уезжали далеко от города, но они и здесь не скучали и не сидели без дела. Аквапарк, пляжные вечеринки, шопинг, тренировки – их график я могла бы повесить на стену напротив стола, чтобы постоянно иметь перед глазами подсказку, как должен жить подросток. Сейчас над столом у меня висит заметка из газеты «причины появления остеохондроза». Пенсионер во мне негодует.

– Ладно, про лето поговорили, – подвела итог Рокси, когда на часах было уже почти три часа ночи. – Теперь давай поговорим про этот учебный год. Меня очень волнует наша команда поддержки.

– Как думаете, как в этом году нам общаться с Мелиссой? – спросила Эшли.

– А зачем вам вообще с ней общаться? – аккуратно поинтересовалась я.

– Как это ни прискорбно, но она капитан школьной группы поддержки, – ответила мне Рокси. – Не общаться с ней можно будет, только если мы покинем группу.

– Уж чего-чего, а этого она не дождется.

– Насколько я знаю, в середине октября должны проходить выборы капитана, как в футбольную команду, так и в группу поддержки. Или у вас в школе не так?

– Так-то оно так, но вот…

– Никаких но, – перебила ее Эшли. – В этом году мы должны сделать все, чтобы кто-то из нас занял это место. Больше не будем сидеть как раньше и надеяться на удачу. Если бы в прошлый раз мы проявили нужную активность, Мелисса ни за что не заняла бы это место.