Анна Сил – Запретная ведьма предводителя драконов (страница 8)

Шорох ткани, еле различимый всплеск воды в купальне.

Я поднял голову.

Если это она…

Я не знал, что скажу.

Глава 9 Между дыханием

Селин Таль

Ночь была слишком тиха.

Так тихо не бывает даже на болотах.

Воздух будто застыл, вслушиваясь в наши дыхания, и от этого тишина казалась живой – настороженной, как зверь в засаде.

Ведьмы давно спали. Даже Найра. Её дыхание было ровным, спокойным, будто она спит без снов.

Я – нет.

Я лежала на жёстком ложе и смотрела в потолок, где колыхались тени пламени.

Не могла вычеркнуть из памяти зал, музыку, слова. Его голос. Его взгляд.

Огонь под кожей не угас.

Он жил. И тянул.

Я встала тихо, босыми ступнями на холодный пол.

Камень был влажным, будто дышал сквозь трещины. Я знала, что не должна уходить. Найра велела отдыхать, рассвет обещал новый приказ. Но что-то в груди не давало остаться.

Не зов – память.

Не приказ – потребность убедиться, что он настоящий, а не сон, сотканный Матерью, чтобы проверить мою верность.

Я вышла из комнаты, прикрыв дверь.

Коридор был темен, лишь редкие факелы мерцали у поворотов. Я шла медленно, повторяя в голове путь, что вчера показала служанка.

Повернуть за нишу. Спуститься по трем ступеням. Узкий проход между стен. Камень там влажный, скользкий, пахнет мхом.

Так шли слуги с водой.

Так и я теперь – с огнём под сердцем вместо кувшина.

Пар медленно оседал на камне, и в нём дрожал свет факелов.

Я стояла у стены, не решаясь сделать больше ни шага.

Всё было таким, каким оставалось в памяти: запах смолы, гладкий блеск камня, отражение воды на потолке. Только теперь – без голоса, без тепла, без него.

Мне нужно было уйти.

Я знала. Каждый вдох здесь – клятва, которую я нарушаю.

Но ноги не слушались. Сердце билось так, будто искало подтверждения, что он жив. Что я не сошла с ума.

Я шагнула ближе к двери, отделяющей купальню от покоев.

За ней – тишина.

Ни шагов. Ни дыхания.

Только слабый треск огня и гул крови в моих висках.

Хотелось просто увидеть – хоть краем глаза, тенью.

Сказать себе, что всё это зря, что он другой, чужой, не тот, кого я любила.

Но пальцы уже касались кольца на двери.

Металл был теплым. Как его кожа когда-то.

Я зажмурилась. Сделай вдох, отступи, уйди.

Но прежде чем успела – дверь качнулась сама.

Он стоял на пороге.

Без плаща, в расстегнутой рубашке, волосы влажные, на коже – отблески пара и огня.

Он не удивился. Не вздрогнул.

Просто смотрел.

Между нами – пар. Дышать им было невозможно.

– Ты, – выдохнул он, будто всё ещё не верил.

Я не знала, что сказать. Ни оправданий, ни лжи не хватало, чтобы спрятать тот факт, что я стояла здесь, среди тьмы, где не должна быть.

– Не думай, что я пришла к тебе, – слова сорвались слишком резко. Неуверенность хотелось прикрыть злостью.

Он чуть склонил голову, и во взгляде мелькнуло то, чего я боялась больше всего – узнавание.

– Тогда почему ты здесь?

Я не ответила.

Молчание повисло между нами, и пар будто стал плотнее.

Он сделал шаг вперёд. Не угрожающе. Осторожно.

Я отступила.

Стену спиной почувствовала раньше, чем осознала: путь назад кончился.

Он не тянулся ко мне, не приближался дальше, но этого и не требовалось. Сам воздух между нами горел.

Я чувствовала его силу, пульсирующую, как жар под кожей.

Он чувствовал мой страх.

Мы оба знали, что сейчас всё висит на одном вдохе.

– Ты… – начал он, но не договорил.

Моё имя не прозвучало, но я его услышала.

И, может быть, именно это было хуже любых слов.

Я отвела взгляд.

Если бы посмотрела ещё мгновение – не выдержала бы.

Горло сжалось, дыхание стало коротким, будто кто-то сдавил грудь изнутри.