Анна Сил – Запретная ведьма предводителя драконов (страница 10)

– Совет ждёт наследника, Кайрен.

– Я в курсе.

– Тогда не заставляй их ждать.

Она чуть улыбнулась – не теплом, а властью. И вышла не обернувшись.

Я остался один.

В комнате пахло холодом и бумагой, а в голове гудело одно слово – наследник.

Как будто жизнь сводилась к тому, чтобы доказать Советам, что я способен размножаться.

Как будто этим измерялась сила рода.

Я отошёл к камину – огонь догорал неровно, словно знал, что скоро его потушит ветер слухов.

Я хотел погасить свечи – и в этот момент дверь приоткрылась.

Вошел советник Дэрис, без стука, бледный, с пергаментом в руке.

– Милорд, – выдохнул он, – тревожные вести с запада.

– Насколько серьёзно?

– Нападение на пограничный гарнизон. По предварительным данным – отряд с гербами Рейлонского дома. Но есть слухи…

Он замялся.

– Говори.

– Ходят слухи, что с ними были ведьмы. Или кто-то, использующий их чары. Люди видели огонь, который не оставляет пепла.

Я сжал ладонь.

– Ведьмы здесь. На моей земле.

– Я знаю, милорд. Но слухи уже пошли. Совет требует собрания.

Он поклонился и вышел, оставив меня в тишине, которая теперь звенела, как натянутая струна.

Снаружи начинался день, когда от мира ждали покоя.

А я чувствовал – мир снова пахнет гарью.

К рассвету дворец уже жил шёпотом.

В коридорах замолк смех, стража стояла двойными караулами, а по залам ходило одно и то же слово – ведьмы.

Они были в замке всего день, и всё же успели стать удобной причиной для страха.

К полудню пришло распоряжение Совета: “До выяснения обстоятельств делегацию ведьм перевести под наблюдение”.

Не арест. Наблюдение. Так это называли на бумаге.

Я вышел на галерею – и увидел, как их ведут.

Пять фигур в серых плащах, руки не связаны, но шаги осторожные, как у зверей, загнанных в угол.

Селин шла последней. Лицо – закрыто, но даже под капюшоном я почувствовал, что она знала, кто отдал приказ.

Я хотел сказать, что не я. Что это Совет. Что я пытался оттянуть решение.

Но слова застряли в горле.

Их провели мимо, вниз, к гостевым покоям – тем самым, где свет не попадает даже днём.

Позже, когда Лайриса вошла в кабинет, в её улыбке не было ни удивления, ни сожаления.

– Совет считает меры оправданными, – сказала она спокойно. – И я согласна.

– Они наши гости.

– Они ведьмы, Кайрен. И пока хотя бы один слух связывает их с нападением, твой долг – не чувствовать, а действовать.

Я сжал ладонь, но не ответил.

Она подошла ближе, кончиками пальцев поправила складку на моем мундире.

– Мы перенесем церемонию, – произнесла она ровно. – Я уже уведомила Совет. Люди должны видеть, что правитель контролирует ситуацию.

– А если выяснится, что ведьмы ни при чём?

– Тогда ты отпустишь их с извинениями. Это не трудно. Гораздо труднее – потерять уважение, пытаясь доказать им, что ты всё ещё человек.

Она развернулась и вышла, оставив после себя запах льда и фраз, от которых не отмыться.

Я остался у окна. Под сводами дворца разгоралось солнце, но мне казалось, что оно светит сквозь пепел.

Я хотел мира.

Но мир всегда умирает первым.

Совет уже собирался.

А я впервые за много лет боялся, что встану не на ту сторону.

Глава 11 Цена отсрочки

Зал Совета обдал меня холодом – тяжёлым, как сталь после ковки.

Внутри гудели голоса, шепоты, обрывки фраз.

Когда я вошёл, шум стих.

Все повернулись. Все ждали.

Во главе стола стоял лорд Морвенн – отец Лайрисы, человек, умеющий делать из слов оружие.

Он поклонился, как того требовал этикет, но в его жесте не было ни почтения, ни покорности.

– Милорд, – произнес он, – Совету доставлены тревожные вести с запада.

– Я в курсе, – ответил я.

– Позвольте уточнить. Пограничный гарнизон уничтожен. Следов оружия нет. Только выжженная земля.

Он выдержал паузу, давая словам осесть.

– Солдаты говорят об огне без пепла.

Ропот прошел по рядам.

– Ведьмин огонь, – бросил кто-то.

– Только ведьмы умеют сжигать камень, – добавил другой.

Морвенн не стал их останавливать. Он знал цену слухам – иногда они делают то, что не под силу армии.