Анна Сил – Попаданка в тело черной вдовы. Замуж не предлагать! (страница 3)
Я проводила его взглядом и подумала:
“Кажется, у этого мужчины отличное чувство такта. Просто его кто-то похоронил вместе с братом.”
Факелы мерцали на ветру, освещая двор, где еще недавно собирались смотреть казнь.
Теперь всё стихло. Только шорох шагов, приглушённые приказы и запах мокрого камня.
– Посадите госпожу Мортис в карету, – произнёс Алрик ровно. – Сопровождение – одна служанка.
Посланец кивнул, не глядя на меня.
Двое стражников подхватили меня под локти – аккуратно, будто опасались, что я рассыплюсь, если приложить силу.
Карета стояла у ворот – черная, лакированная, с гербом рода на дверце.
Она распахнулась, и на свет выглянула молодая женщина в сером платье – простое лицо, испуганные глаза. Служанка.
Я споткнулась о подол, но она быстро подхватила меня за руку и помогла забраться внутрь.
В карете пахло кожей, воском и чем-то пряным – может, лавандой, может, страхом.
– Осторожнее, миледи, – шепнула она.
Снаружи раздалось короткое:
– Трогаем.
Колеса заскрипели по гравию.
Я опустилась на мягкое сиденье, чувствуя, как мир за окном медленно отступает.
Только теперь я поняла: жива.
И, кажется, это не облегчение.
Дорога быстро стала мягким, ритмичным гулом под колёсами.
Снаружи слышались редкие окрики, но внутри кареты было тихо, будто звук туда просто не доходил.
Служанка сидела напротив, не поднимая глаз. Пальцы нервно теребили подол, и от этого в тишине слышалось только легкое шуршание ткани.
Потом она осторожно заговорила:
– Миледи… может, хотите привести себя в порядок?
Я машинально взглянула на неё – и она поспешно протянула небольшое овальное зеркальце в серебряной оправе.
Я взяла его, больше чтобы отвлечься, чем из интереса.
Но когда подняла – всё внутри похолодело.
На меня смотрела чужая женщина.
Не просто незнакомка – отражение, в котором не было меня.
Высокие скулы, бледная кожа, глаза слишком темные, будто под слоем стекла, и губы, тонкие, но правильные, без привычной асимметрии.
Совершенство, вылепленное холодом.
Я уставилась на отражение и не моргала.
“Вот теперь я понимаю выражение «замёрзла от ужаса».”
Зеркальце дрогнуло в руках, и я быстро отвела взгляд.
Но из-за дрожи оно поймало отблеск света – кольцо на пальце вспыхнуло, будто под стеклом промелькнул огонь.
Я машинально коснулась перстня.
Холод от металла прошёл по пальцам, будто крохотный разряд.
Камень чуть дрогнул, сверкнул изнутри слабым, почти живым светом.
В висках защемило – как от воспоминания, которое давно пытаешься не вспоминать.
Карета качнулась, и мне показалось, что мир вокруг сдвинулся.
Ткань сиденья под ладонью исчезла. Вместо неё гладкая поверхность, запах кофе, свет…
– Нет, – прошептала я, – этого не может быть…
Сначала был гул – знакомый, монотонный, городской.
Шум машин, голоса, чей-то смех за окном.
Я стояла у зеркала. Не этого – другого, нормального, с отпечатками пальцев на стекле.
Волосы собраны в небрежный пучок, рубашка мятая, кружка кофе остывает на подоконнике.
И всё бы ничего, если бы не…
Глава 3
…если бы не ворон.
Он сидел на моём подоконнике и смотрел прямо на меня. Огромный, чернее ночи, с блеском крыльев, похожих на мокрый шёлк. Не по-птичьи. Слишком долго. Слишком осознанно. Как человек, который ждет, когда ты, наконец, поймёшь.
Клюв ударил по стеклу.
Тук.
Пауза.
Тук.
Будто проверял, на месте ли я.
Рядом стоял кофе – горячий, ароматный, единственное, ради чего вообще стоило вставать по утрам.
Я потянулась рукой, чтобы отмахнуться от ворона – движение на автомате.
Локоть задел кружку.
Кофе выплеснулся на кожу – резко, больно, очень по-настоящему.
Я отпрянула, пятка соскользнула по мокрой плитке.
Мир перевернулся.
Удар – глухой, короткий, будто звук выключили.
И в ту долю секунды, когда сознание проваливалось, я честно подумала:
«Ну супер. Умереть от кофе. Даже здесь я не блистаю».
Темнота приняла меня бережно. Почти по-родному.
Карета дернулась.