Анна Шнайдер – Три рецепта для Зоюшки (страница 9)
Геля печально разглядывала свои голые пятки — она сидела на моей кровати, скрестив ноги — и слушала. Я понимала: что-то до неё определённо дойдёт, но… не всё и не сразу. Однако, если своими словами я смогу загасить в зародыше хотя бы часть конфликтов между сёстрами, и то хлеб.
— Когда я вырасту, тоже буду жить отдельно, — заявила в конце концов Геля. — И перестану общаться с Эллочкой!
— Сначала вырасти, а потом уж будешь думать.
Сестра в силу возраста пока не могла осознать, что «жить отдельно» с учётом стоимости квартир вполне может оказаться для неё непреодолимым квестом. Как для меня. Сколько лет уже коплю — а на первый взнос всё не хватает. Потому что то одно, то другое: то купить нужно что-то внеочередное вроде новой куртки, то в отпуск хочется… Поэтому я всегда была категорически против животных в доме — наша кошка Марфа умерла через несколько месяцев после папы, Лариса хотела завести другую, но я костьми легла и отговорила её. Прекрасно знала, сколько стоит лечить животных, и плакала бы моя отдельная квартира, вздумай наш домашний питомец заболеть…
Геля ушла спать, а я, посмотрев на часы, решила всё-таки быстренько сделать ещё одно дело, а именно: посмотреть в интернете какую-нибудь информацию про Глеба Викторовича и его брата. Николай кое-что рассказал, но мало, и совсем ничего — про то, чем они оба занимаются. Точнее, что касается Олега Викторовича — занимался, в прошедшем времени.
Эх, вот и на фига ему понадобились эти вертолёты? Никогда не понимала экстрим. Пять минут удовольствия, но, если что-то случится, от земли тебя потом не отскребёшь. Молодые мужчина и женщина оставили дочку сиротой — и ради чего? Понимаю ещё, спасателями бы работали, но вот так — просто кататься… Нет, не моё. Интересно, а Глеб Викторович тоже такой экстремал?
Николай сегодня сообщил фамилию моего почти работодателя, поэтому загуглить не составило труда. Фамилия, кстати, у Хозяина была забавная — Безухов. Жаль, что не Пьер, хотя это всё-таки было бы слишком банально.
Глеб Викторович нашёлся быстро, как и его брат. Даже фотографии в интернете были, хотя и немного — парочка с официальных мероприятий по открытию построенных зданий. Да, у них с Олегом Викторовичем была совместная строительная фирма, и довольно крупная, если судить по количеству и качеству проектов. Строили и частные небольшие дома, и многоквартирные жилые комплексы, и гостиницы, и торговые центры, и офисные здания. Раньше старший брат был президентом, а младший — вице-президентом, но теперь все бразды правления перешли Глебу Викторовичу. Интересно, он по этому поводу счастлив или не очень? Петрович сказал, что отношения у братьев были отличные, но это ведь не значит, что младший не хотел подвинуть старшего.
Я полистала немного сайт, но в строительстве я не разбиралась, поэтому быстро заскучала и легла спать.
Неужели ещё неделя — и я буду засыпать не в чулане, а… не знаю где, но там точно будут окна.
Окна… Какое счастье!
Кажется, я уснула со слезами на глазах.
12
В современном мире безумно сложно найти нормального свободного мужчину. Ещё сложнее его удержать. Эту неоспоримую истину Альбина усвоила чуть ли не с детства — потому что каждого её мальчика, которого она выбирала по совокупности положительных качеств, пытались увести. И делали это зачастую ближайшие подруги — им было проще подбираться к жертве.
По этой причине подруг у Альбины давно не водилось, по крайней мере, хороших. Только приятельницы, с которыми она проводила время на маникюре и ходила по магазинам, но никогда не знакомила их со своими мужчинами. Ещё чего! Обойдутся фотографиями.
Отношения с Глебом Альбина считала своей самой большой удачей в жизни. До него если ей и попадались такие мужчины, то они были давно и крепко женаты, но Глеб оказался свободным, почти как ветер. Ей на тот момент было уже двадцать четыре — не самая юная прелестница, — ему двадцать восемь. Обеспеченный, щедрый, спокойный, верный — положительные качества Глеба Альбина могла бы перечислять бесконечно. Не зря же ей казалось, что она на самом деле в него влюблена, как школьница. Отрицательное было только одно, но существенное.
Он не звал её замуж. Пять лет прошло с тех пор, как они начали встречаться, четыре года жили вместе, и всё было отлично. Но замужество Глеб почему-то не предлагал, и Альбину это раздражало. Она никак не могла понять, что должна сделать, чтобы наконец стать Безуховой. Дурацкая фамилия, лучше бы оставить свою — Альбина-то была благородной Соболевой! Но, чтобы думать на эту тему, надо было получить кольцо. Или хотя бы озвученное вслух предложение руки и сердца. Однако ничего этого не было.
И Альбина уже собиралась сама поставить вопрос ребром — в конце концов, сколько можно ждать, свадебные платья только дорожают! — когда у Глеба погиб брат. И ладно бы ещё он один погиб! Или со всей семьёй! Нет, он оставил «наследство». И если бы это была всего лишь фирма, то Альбина только от души порадовалась бы подобному несчастному случаю. Но Олег оставил Глебу свою девятилетнюю дочь…
Альбина не любила детей. Нет, будущему мужу она собиралась родить — что она, дура, озвучивать свою принципиальную позицию нормальному мужчине, ориентированному на семью? Родила бы, как миленькая. И пусть радуется, что у него есть наследники. Альбина не собиралась выходить замуж за малообеспеченного, поэтому не грузилась — сервис сейчас такой, что найти хорошую няню не составит труда. Или даже двух. Кормить можно смесью, чтобы не портить грудь, гулять и видеть ребёнка — по мере необходимости. Чтобы поцеловать на ночь, например. Или сделать селфи. Ничего обременительного, по крайней мере, пока ребёнок маленький. А потом будет детский сад, школа, и ребёнку станет уже не до родителей. Во всяком случае, именно так произошло с Альбиной. Её родители, вечно занятые карьеристы, вспоминали о дочери только когда она подавала голос. В детстве Альбина была молчаливой, поэтому её присутствие или отсутствие в доме не замечалось.
Но эта мелкая наглость, племянница Глеба… Она спутала Альбине все карты и безумно усложнила жизнь. Теперь девушка даже и не представляла — а нужна ли ей свадьба с Глебом? Он классный и богатый, этого не отнять. Но если эта козявка будет торчать поблизости следующие лет эдак восемь… И ведь Глеб отчего-то не сдал её на руки каким-нибудь няням и не отправил в частную школу — сам возился. Разрешал ей всё, даже рисовать на стенах. Уму непостижимо! Сколько раз у Альбины чесались руки хорошенько дать по жопе этой девчонке, но она сдерживалась, понимая, что Глебу это не понравится. Пока Альбина была не готова от него отказываться. Пять лет комфортных отношений, перспективы выйти замуж — всё швырнуть к ногам мелочи? Нет уж, обойдётся. Альбина решила: нужно сделать так, чтобы Глеб сам разочаровался в племяннице и перестал её опекать. В конце концов, она же ему не дочь! На свете полно хороших специалистов — пусть они и занимаются с козявкой, вытирают ей сопли и водят по психологам. А Глебу надо думать о себе. И об Альбине.
Всё это она пока проговаривала только про себя, не вслух, опасаясь реакции своего мужчины. При всей вспыльчивости характера, Альбина умела держать себя в руках, когда ей это было нужно. Иначе Глеб просто не выдержал бы жизни с ней, а потерять его расположение Альбина не хотела. Ей скоро будет тридцать! Где она в таком возрасте найдёт перспективного мужа? Не в Ленинской же библиотеке.
Поэтому Алису приходилось терпеть. Альбина утешала себя, говоря: это пока. Вот станет законной женой, придётся малявке подвинуться. Ну а если не получится, в крайнем случае можно и развестись, в процессе оттяпав что-нибудь «совместно нажитое». Но не хотелось бы: всё-таки найти такого, как Глеб, ещё и после тридцати — это нужно очень постараться.
Думая так, Альбина плавала в бассейне. Она очень любила делать это поздним вечером, когда по бортам зажигалась разноцветная подсветка, и вокруг тоже горели фонари. Было в окружающей обстановке что-то умиротворяющее.
Сделав несколько заплывов, Альбина вылезла на берег и, подняв голову, увидела, что на её шезлонге рядом с оставленным полотенцем сидит Глеб. Купаться он, по-видимому, не собирался. Хоть деловой костюм сменил на домашний — обычные спортивные штаны и футболку.
— Не хочешь поплавать? — спросила Альбина с милой улыбкой, подходя ближе. Несмотря на то что купальник на ней был очень открытый и шла она как можно соблазнительнее виляя бёдрами, во взгляде Глеба вожделения не намечалось. Это был ещё один минус появления Алисы — секс с тех пор случался гораздо реже. Альбина была темпераментной, и это её очень огорчало. — Освежись перед сном. Здорово помогает справляться с бессонницей.
— У меня нет никакой бессонницы, ты же знаешь. — Глеб усмехнулся, скользнув равнодушным взглядом по длинным ногам девушки. — Жаль, что ты не присоединилась к нам с Алисой. Было весело. Мы смотрели «Корпорацию монстров». И слопали целое ведро попкорна.
— Я не люблю мультики, — скривилась Альбина. — И попкорн.
— Я помню.
Она медленно и как можно эротичнее вытерлась полотенцем, пристально следя за выражением лица Глеба и точно зная, что раньше его глаза обязательно вспыхнули бы желанием. Да, раньше — до появления нахальной мелочи.