Анна Шнайдер – Три рецепта для Зоюшки (страница 30)
— Давайте я вам помогу, — сказала я, тоже наклоняясь и подхватывая пустую бутылку из-под сока. — Или можно позвать кого-то из девочек…
— Не надо их дёргать, мы тут не настолько насвинячили, я сам уберу, — решительно отрезал Глеб, вытащил откуда-то пакет и начал складывать туда мусор. Я положила бутылку туда же и зачем-то сказала, оглядываясь:
— Красивая комната, уютная такая. Ещё и камин…
Наверное, мне в этот момент просто было немного неловко. Как-то странно, когда твой работодатель вместо тебя мусор собирает. Конечно, меня не для этого нанимали, но всё же.
— Если честно, это единственная комната, которая нравится мне в доме брата, — хмыкнул Глеб. — Она без лишней вычурности сделана и действительно уютная. Остальное… Но Олегу хотелось вот так, чтобы с помпой. Мы выросли практически в нищете. Видимо, поэтому брата и клинило на роскоши. Он и в работе такой был — дорогостоящие и пафосные проекты вызывали у него больший интерес, чем менее дорогостоящие, зато более денежные.
— Это как? — Я слегка запуталась. Хотя в целом понимала, о чём он говорит, но скорее интуитивно, чем умом.
— Думаю, у вас тоже такое бывает, Зоя. Допустим, вы покупаете кусок мяса за триста рублей, жарите его, продаёте за пятьсот. Прибыль — двести рублей. Или вы покупаете кучу ингредиентов, скажем, для оливье, все вместе они стоят пятьдесят рублей, вы смешиваете и продаёте за триста. Прибыль — двести пятьдесят, и с учётом того, что оливье заказывают чаще…
Я засмеялась. Да, был такой момент и в моей профессии. Как говорил Семён Павлович: «Клиенту проще купить три разных блюда за тысячу рублей, чем одно за ту же цену». Но вот ценообразование в рассуждениях Глеба оставляло желать лучшего. Хотя он, конечно, привёл эти примеры просто так и с реальной жизнью они не связаны. И тем не менее… Мне было немного смешно слышать про кусок мяса, то бишь, стейк, за пятьсот рублей. Тем более, что к нему ещё гарнир и соус полагаются…
— Я поняла, Глеб. Более дорогостоящие проекты приносили вам меньше прибыли, и наоборот.
— Так бывает не всегда, но очень часто, — кивнул он, завязывая пакет с мусором, а потом, поколебавшись и посмотрев на меня словно со смущением, внезапно предложил: — Не хотите прогуляться перед сном? Я бы подышал свежим воздухом. Да и погода прекрасная.
И кто бы мне объяснил, отчего после этих слов у меня все внутренние органы совершили радостное сальто-мортале, а?
Зоя-Зоя… тебе не стыдно?
— Да, давайте прогуляемся, — согласилась я, стараясь не показать, насколько рада этому предложению. Но, кажется, всё равно покраснела.
53
— Карантин потихоньку отменяют, — сказал Глеб негромко, как только мы вышли из дома на улицу. — Слышали, наверное?
Я кивнула, глядя на небо — вокруг было просто невообразимо прекрасно, я едва дышала от восторга. Давно я не видела настолько ярких закатов… Оранжевое небо, переходящее в ярко-алое ближе к горизонту и синее в вышине, свет, слепящий глаза и превративший листву деревьев из зелёной в розовую, да и не только листву — в эту секунду розовым было абсолютно всё, даже сам дом и мои руки.
— Я будто розовые очки надела, — улыбнулась я, заметив, что Глеб тоже с восхищением разглядывает окружающий мир. — Всё такое красивое, как в кино.
— За городом вообще всё ярче, в городе иначе смотрится. Даже если небо необычное, высокие дома мешают его разглядеть.
— И всё равно большинство людей предпочитают жить в городе. Вы же и сами жили, пока…
Я запнулась, не желая говорить: «Пока не умер ваш брат». Но Глеб понял и сам.
Мы в этот момент дошли до фонтана и, остановившись возле него, как в прошлый раз, принялись смотреть на воду, стоя рядом друг с другом.
И так странно… Я разглядывала воду и скульптуру, венчающую фонтан, а не Глеба, и тем не менее мне отчего-то чудилось, будто я вижу его лицо. И знаю, с каким выражением этот мужчина говорит каждое слово.
— Жил. Потому что удобнее и проще, Зоя. До работы быстрее добираться, развлечения все рядом. Отсюда же пока доедешь — уже устанешь. Поэтому я не собираюсь возвращаться в офис полноценно, посижу на удалёнке. Слишком уж мне неохота тратить по два с лишним часа в день на дорогу.
— А остальные сотрудники?
— Кто как. Есть те, которые физически не могут работать дома — у них разъездная работа. Или секретари — толку с неё, если она дома будет сидеть, ещё и с ребёнком? Так что по каждому сотруднику будет приниматься решение индивидуально. Но не мной, а начальниками отделов.
— А Алису будете отпускать в город? — Меня это интересовало больше, чем работа строительной компании Глеба. Я всё равно в этом ничего не понимаю.
— Буду, но пока без фанатизма. Да, ограничения начали отменять, но сама-то болезнь пока что-то не спешит уходить. Говорят, на больницы стала меньше нагрузка, плюс прививать скоро начнут, вот и решили ослабить режим. Не зря ли, вот в чём вопрос…
— Надеюсь, не зря, — вздохнула я, вспомнив дядю Сеню. Пусть уж скорее возвращается в строй. Рестораны-то открыли уже, но легче от этого не стало — клиентов повсюду было мало. Во-первых, все ещё боялись заболеть, а во-вторых — за время карантина кошельки у народа изрядно похудели. И затевать что-то новое пока ещё было рано. — Кстати, хотела вас спросить… А фильм, точнее, мультфильм для просмотра вы сами выбирали? Или психолог посоветовал?
Я не видела, но почувствовала улыбку Глеба в его голосе — тёплом и приятном, как густая карамель.
— Сам. Но с одобрения психолога, без её веского слова не решился бы показывать. Но она сказала, что Алисе будут полезны такие ненавязчивые напоминания о смерти. О том, что это случится со всеми, и порой когда ничего подобного не ждёшь. И о том, что наши близкие остаются жить в нашей памяти.
Я молчала, не зная, что ответить.
Мне с самого начала нравилось, как Глеб относится к племяннице. Он проявлял к ней внимание и заботу, искренне интересовался всем, что она делала или говорила — не каждый дядя так сможет. И удивительно, но только здесь, глядя на отношения Алисы и Глеба, я неожиданно осознала, отчего Эллочка ужасно себя вела всё наше детство — капризничала, привлекая внимание, скандалила и вредничала.
Я вынуждена была признаться в этом самой себе — да, я любила отца, но он не смог стать по-настоящему родным для Эллочки. Он заботился о ней по мере сил, но в глубине души родными для него были только мы с Гелей. Лариса так же относилась ко мне, но меня это не волновало, в отличие от Аллы. Она хотела быть как я или даже лучше… но ничего не получалось. Сначала ей мешала я, потом ещё и Геля.
И мне впервые в жизни стало жаль Эллочку. Родной отец её бил, а для приёмного она всегда была на втором, а после и на третьем месте. По сути, мою младшую сестру никто и никогда не любил так, как меня любили бабушка, отец и Геля. Лариса на подобное чувство просто не способна по природе. Вот Эллочка и страдала. А ведь она не такая уж и плохая… Вредная, конечно, немного. И истеричная. Но до сестёр Золушки из сказки ей далеко.
— О чём думаете, Зоя? — Глеб неожиданно легко коснулся моей руки, и я вздрогнула.
Прикосновение было настолько приятным, что его сразу захотелось повторить. И Глеб, к моему удивлению, будто прочитал эти мысли — взял меня под руку и повёл прочь от фонтана вдоль одной из аллей сада, уходящей вглубь, за дом.
— О своей семье, — ответила я и, чтобы отвлечься от волнительного жара в области сердца, стала рассказывать, о чём рассуждала минуту назад.
Это было… комфортно. Настолько комфортно и уютно, будто я не с работодателем разговаривала, а с другом. Глеб отлично всё понимал, слушал с интересом, задавал вопросы. А в конце неожиданно поинтересовался:
— Что будете делать завтра, в ваш законный выходной?
И чёрт меня дёрнул ответить абсолютную правду:
— Сначала высплюсь хорошенько. А потом Ник пригласил вместе погулять и какое-нибудь кино посмотреть…
Рука Глеба под моей ладонью напряглась, словно он внезапно сжал кулаки. Эм… что это с ним?
— Вам он нравится, Зоя?
Я не понимала странную реакцию Глеба, поэтому не знала, что ответить. И вновь ответила правду:
— Да, Ник хороший человек.
Секунда молчания, а потом…
— Пойдёмте, наверное, в дом, — пробурчал Глеб как-то сварливо, будто был чем-то недоволен. — А то становится холодно.
Мне не было холодно, но желание Хозяина закон, поэтому я послушно позволила развернуть себя в сторону особняка.
И, шагая обратно в полной тишине, рассуждала об абсурдном.
Глеб отреагировал так на мой отзыв о Николае, потому что я ему симпатична? Или я всё-таки ошибаюсь? Вполне могу, я же девочка, а девочкам свойственно видеть влюблённости там, где их в помине нет и не было. Со мной, правда, такого не случалось, но с другими, говорят, бывает.
И всё же: чего мне хочется больше? Чтобы я ошибалась или нет?
Сердце с мозгом по отношению к этому вопросу серьёзно не сходились во мнениях…
54
Она сидела на скамейке в глубине сада, любовалась на яркое закатное небо и дышала свежим воздухом, когда рядом, по соседней аллее, не замечая её, прошли Глеб и новая повариха. Под ручку, увлечённо разговаривающие друг с другом. Разговаривали они негромко, поэтому слов Альбина разобрать не могла, но настолько обалдела, что несколько мгновений сидела, не шевелясь и хлопая глазами, и кажется, даже не дыша.