Анна Шнайдер – Тьма императора. После (СИ) (страница 65)

— Попробую, — пробормотала Ив Иша, вытаскивая из сумки карты, долго мешала их, а затем разложила на столе на этот раз девять карт — по три в ряд. Рассматривала с минуту, водила над ними руками, а после произнесла: — Мужчина вашего брата учил. Вы его видели однажды, несколько лет назад, он во дворец приходил. Давно ваш брат с ним познакомился, еще когда принц мальчишкой был. Мужчина этот — не как я, не обычный человек, а маг, и силы неплохой. Но он далеко, не здесь, не в столице. Очень похоже, что на севере — огонь показывает.

— На севере, значит, — задумчиво протянул Арен и изумился, когда шаманка вдруг указала на Гектора.

— Ты его найдешь. — Голос был твердым, уверенным. — Скоро.

— Прекрасно. — Гектор сощурился, как довольный кот, греющийся на солнышке. — Уважаемая, а имя его ты подсказать не сможешь? В воду травку бросить, например, чтобы она в буквы сложилась.

— Нет, — Ив Иша усмехнулась. — Не получится так. Много имен может быть, много букв, как понять истинное? Иначе сделаем. — Она убрала карты и достала из сумки небольшой хрустальный шар с кулак величиной на деревянной подставке, какую-то коробочку и алый тканевый платок. — Держи, — протянула платок Гектору. — Глаза завязывай.

— Это зачем? — спросил дознаватель весело, тем не менее слушаясь. — Если надо, чтобы не смотрел, так я и закрыть их могу.

— Если закрыть, то случайно и открыть можно. А так не откроешь. Нельзя до поры до времени, чтобы свет проникал, необходимо, чтобы зрачки твои от него отвыкли. Чтобы стали способны скрытое рассмотреть.

— Любопытно, — хмыкнул Гектор, а Ив Иша уже подсовывала ему под нос открытую коробочку.

— Ну-ка, сделай глубокий вдох, а потом еще один, и еще.

Дайд послушно вздохнул — раз, другой, третий, — и после третьего его явно повело: дознаватель закачался, схватился руками за голову и провыл:

— Ой-е-о-о… Это что ж за дурман-то такой, Ив?! О-о-о-у-у-у…

Стонущий и раскачивающийся из стороны в сторону, словно маятник, Гектор выглядел так забавно, что император фыркнул, интересуясь у шаманки:

— Надеюсь, он хоть в обморок не упадет?

— Если будет так раскачиваться, то может, — она схватила Дайда за плечи, останавливая, и сказала: — Погоди ты, пройдет через минуту. Смотри перед собой, понял? Я сейчас повязку твою сниму, прямо к носу шар поднесу, в него смотри. И думай об этом человеке, которого ты найти должен. Все, что про него знаешь, думай. И в шар смотри. Понял? — повторила шаманка, и Гектор просипел:

— Да.

Казалось, что он изо всех сил сжимает зубы — скулы оформились, кожа на щеках под платком была бледно-зеленой, а по линии роста волос возле лба Арен заметил мелкие капли пота.

Ив Иша сдернула повязку, перед этим приподняв одной рукой хрустальный шар и практически прижав его к носу Дайда.

Ошалевший Гектор таращился в шар несколько секунд, и глаза его медленно съезжались к переносице.

— Тиль… — прохрипел он наконец и, зажмурившись, поднял руки и прижал ладони к вискам, как будто у него была невыносимая головная боль.

— На, попей, — Ив Иша поставила перед ним свою фляжку с водой. — Родниковая. Легче станет, вот увидишь.

Долго уговаривать Гектора не пришлось — он быстро схватил флягу, вытащил пробку и присосался к горлышку, проигнорировав стакан, который к нему придвинул Арен.

— Ф-ф-фу-у-ух, — выдохнул он через полминуты. Лицо его перестало быть бледно-зеленым, но оставалось бледным, как обычно. — Так что это за дрянь была, Ив?

— Толченый чешуйчатый гриб, — пояснила шаманка, и у Гектора чуть округлились глаза.

— Так он же…

— Все надо уметь готовить, — она пожала плечами. — Любой яд при правильной дозировке и правильном приготовлении становится лекарством. Из чешуйчатого гриба, правда, лекарство не приготовишь, но вот порошочек, благодаря которому незрячие зрячими становятся на несколько секунд — вполне можно.

— Надеюсь, мне больше прозревать не придется… — Поморщился Гектор и посмотрел на императора. — Я деревню в шаре увидел. Явно северная — Геенна там тоже была где-то с краю. И указатель был перекрестный, простой, деревянный. Два названия не разглядеть, а третье на стрелочке — Тиль.

— Есть такой поселок на севере, — кивнул Арен, встал из-за стола и, подойдя к шаманке, наклонился и пожал ей руку в знак благодарности. — Спасибо. Ты очень помогла.

— Я рада, ваше величество.

После того как Ив Иша и Дайд ушли, на аудиенцию к императору попросился Силван Нест. Арен, мимолетно глянув на браслет связи — время уже подходило к обеденному, — попросил Адну впустить психотерапевта.

Поздоровавшись с вошедшим и разрешив ему сесть, император сразу приступил к делу и поинтересовался, рассказала ли жена о проклятье.

— Да, — кивнул врач, — ее величество все мне передала. И насчет беременности сообщила, я поэтому скорректировал назначения.

— Хорошо. Я хотел узнать у вас, айл Нест… Насколько опасно то, что Виктория восемь лет жила под таким проклятьем, для ее психики? Чем это вообще может ей грозить?

— Я говорил вашей жене, что впервые сталкиваюсь с подобным в своей практике, — произнес психотерапевт извиняющимся тоном. — И я бы рекомендовал вам проконсультироваться также с другими специалистами. Мое мнение таково: если продолжать намеченную нами схему лечения с регулярными сеансами, все будет нормально. Но ее величеству для реабилитации, возможно, понадобится не один год…

Силван говорил еще минут пять о дальнейших планах по психотерапии, а когда услышал от Арена про премию, слегка покраснел, но отказываться не стал, только наклонил голову и поблагодарил. И как только психотерапевт ушел, император сделал то, о чем посоветовал Нест — связался с главврачом Императорского госпиталя и попросил его подобрать нескольких специалистов для консультаций.

Такой ошибки, как с шаманом, император решил больше не допускать.

С утра Агата занималась со своим учителем, а к Александру пришел преподаватель по плаванию, и пару часов София и наследник провели в бассейне. Не успели отдохнуть, как вернулась Агата, но одновременно с ней пришел учитель танцев, и до обеда наследники махали руками и ногами, делая гимнастику и разучивая разные движения. София в который раз поразилась, с каким недетским упорством и спокойствием ее воспитанники занимаются тем, что им не особенно нравилось — ни Агата, ни Александр к танцам расположены не были, но делали то, что от них хотел папа. Так оба и говорили: «Папа просит — значит, надо». Точнее, говорила Агата, а Алекс повторял.

А во время обеда София с трудом удерживала себя от желания обнять Арена, ощущая от него такую же тоску, какая царила в ее сердце при мысли о том, что сегодня вечером они вновь не увидятся. Да и завтра, и послезавтра… Если только он сможет прийти к ней ночью…

Подумав так, София едва не поморщилась — Арену бы хорошенько выспаться, а не прыгать из постели в постель. Да, увидеть его хочется, но еще сильнее хочется, чтобы он отдохнул.

После обеда к ним с Агатой и Александром присоединилась Виктория, которой император, как оказалось, запретил работать во второй половине дня, и София предложила отправиться всем вместе гулять в сад, пока погода не испортилась — ближе к ночи обещали дождь.

Светило яркое солнце, дети бежали чуть впереди, взявшись за руки — они были совершенно счастливы оттого, что мама с ними, — а София с Викторией шли по дорожке, сопровождаемые охранниками, и разговаривали.

Поначалу, когда София по привычке назвала императрицу ее величеством, услышавшая это Агата обернулась и сказала важно-торжественным голосом:

— Софи, мы же договорились!

Она уже хотела спросить, о чем, как вдруг вспомнила — и щекам сразу стало жарко.

— Не надо, если тебе неловко, — произнесла Виктория мягко, и у Софии появилось странное чувство, что императрица пытается с ней подружиться. Интересно, зачем? — Это же не главное все-таки. Мне нужен… твой совет. — Она на секунду замешкалась, а потом продолжила: — Я хотела бы как-то порадовать Арена, но не знаю, что можно сделать. Помоги мне, пожалуйста.

София от удивления чуть не остановилась, как будто ее в землю вкопали, но в последний момент пересилила себя и зашагала дальше, пытаясь справиться с выражением лица.

Порадовать Арена… Что ж, это объяснимо — Виктория желает наладить отношения с мужем. И сразу становится понятным стремление императрицы снискать ее расположение — он ведь всегда хотел, чтобы Виктория не ссорилась с аньян собственных детей, да и наследникам их дружба только в радость будет.

Подавив в себе желание ответить «понятия не имею», София медленно сказала:

— Я думаю, вам… тебе можно попробовать организовать какую-нибудь поездку вечером, после того, как император освободится. Он ведь толком никуда не выезжает, не успевает просто. Устройте ему небольшой отдых. Только посоветуйтесь… посоветуйся с Вано Вагариусом, чтобы он обеспечил нормальную охрану.

София покосилась на Викторию — императрица слушала очень внимательно, задумавшись, и лицо ее было воодушевленным.

— Мне нравится эта идея, — она кивнула и улыбнулась. — И знаешь, что еще мне приходило в голову… Правда, я не уверена… Что, если нам придумать и разыграть всем вместе небольшой спектакль? В главных ролях будут Агата и Александр, конечно. Можно еще Тасси пригласить. Что думаешь?

— Я думаю, это отличная идея, — ответила София честно. — Если хотите, я подберу что-нибудь интересное и для нас, и для детей.