Анна Шнайдер – Пёс императора (страница 47)

Тайра так удивилась, что даже открыла рот. Она почти ничего не понимала в родовой магии, но то, что ее непросто блокировать, особенно – родовую магию правящей династии, догадывалась.

– И я по ней совершенно не скучаю. – Голос Риана наполнился иронией. – Особенно по эмпатии.

– Эмпатии… – повторила она негромко. – Защитница, а я и забыла, что Альго эмпаты.

– Да, но я не очень силен в этом.

– А почему не скучаешь?

Он вздохнул.

– Потому что так я знал бы, что ты ко мне чувствуешь, и надеяться на взаимность было бы тяжелее. А мне нравится надеяться. Надежда дает мне силы. – Тайра сжалась, ощущая жуткую неловкость и не представляя, что следует ответить, но Риан продолжил прежде, чем она это придумала: – В общем, император найти меня сейчас не может. Ни обычным поиском, ни кровным, ни родовой магией почувствовать. Скорее всего, дядя думает, будто я умер. И радуется, что я не доставлю ему больше хлопот.

– Как ты плохо о нем думаешь…

– Он обо мне тоже нехорошо думает, Тай. Так, солнце встает. Рассказывать тебе, как все вокруг выглядит?

– Да, конечно.

Точку в вопросе, идти или не идти к озеру, в итоге поставил Морган, сразу после завтрака заявив, что ему нужны жабьи водоросли.

– Я вчера сорвала немного, – призналась Тайра, – но забыла у озера.

– Сходите с Рианом, заберите, – махнул рукой отец. – А я в поселок наведаюсь сегодня сам, но после обеда, сейчас в город перенесусь. Может, тебе купить чего, мальчик? Твои же артефакты продавать буду.

Риан, оживившись, написал Моргану целый список, какие еще ему нужны материалы для изготовления дальнейших артефактов, и Тайра, слушая его полный энтузиазма голос, подумала, что парень вовсе не бездельник, как ей поначалу представлялось. Он действительно любил то, чем занимался, да и талант у него имелся. Но у Тайры по-прежнему было ощущение, что она общается с подростком, – даже несмотря на то что теперь она относилась к племяннику императора гораздо лучше, чем неделю назад.

После того как Морган перенесся в ближайший город, Тайра и Риан, захватив с собой Джека, отправились к озеру. Поначалу, как только они вошли в лес, Тайра все время оглядывалась по сторонам, опасаясь, что ее дознаватель вновь решит прийти сюда, однако сегодня человека, который называл себя Джоном Эйсом, здесь не оказалось.

По дороге к озеру Риан почти ничего не говорил и не предлагал помощь, просто шел рядом, один раз только, когда Тайра споткнулась, придержал ее за локоть, но сразу убрал руку. Он поразительно быстро учился и делал выводы, хотя она не исключала, что отчасти в этой редкостной сообразительности виноват Морган. Ее отец наверняка объяснил Риану, что можно делать, а что нельзя, тот запомнил и старается соответствовать. Пытается произвести впечатление, а еще – не лишиться возможности жить у них, ведь иначе придется возвращаться в столицу, а этого он отчаянно не хочет.

Возле озера Тайра с трудом нашла выдранные накануне водоросли – точнее, нашел Риан, но только после того, как она описала их, – и, хорошенько ощупав растения, пришла к выводу, что пучок слишком маленький и хилый. Из такого пучка они с отцом много микстур не сделают, нет…

– Надо опять нырять, – вздохнула Тайра, убирая водоросли в сумку. – Мало, не хватит. – Лезть в воду после вчерашнего совсем не хотелось, ей хватило впечатлений, и вновь нырять в холод желания не было. – Отворачивайся и не подглядывай.

– Я сам достану, – сказал Риан твердо и, судя по шороху, тут же начал раздеваться. – Говоришь, они на дне растут?

– Да, – Тайра удивленно нахмурилась, – но ты же…

– Я много раз купался в холодной воде, не волнуйся, не заболею. Не обижайся, пожалуйста, но я увижу эти ваши водоросли гораздо быстрее, чем ты их нащупаешь, а значит, не проведу под водой слишком много времени.

Это было справедливо. Иногда Тайре приходилось долго возиться на дне, трогая растения, прежде чем попадалось то, что было нужно. Вчера ей просто повезло.

Риан разделся быстро, и так же быстро, как всегда делала она сама, нырнул в воду. Его не было минуты три, и все это время она сидела на берегу, слушала, как неподалеку плескается Джек, и нервничала. Кто знает, вдруг Риан ей соврал, а на деле самой холодной водой в его жизни было Коралловое море? И сейчас он там усиленно мерзнет, но признаться стесняется.

Когда Тайра уже всерьез начала думать, не стоит ли отправляться на поиски Риана, он наконец вынырнул и, отдуваясь и отфыркиваясь, как тюлень, поплыл к берегу.

– Холодно? – сочувственно спросила Тайра и засмеялась, когда он, стуча зубами, ответил:

– Н-н-нет, кон-нечно! Меч-чта, а не в-в-вод-да!

Он быстро выбрался на берег и, шипя, принялся одеваться.

– Ты себя согрей магией, легче будет.

– Уже. – Риан прыгал на одной ноге, пытаясь скорее надеть штаны, и Тайре было смешно даже просто от звуков. – Но такое ощущение, что холод добрался до костного мозга, а его магией согреть не получилось. Это просто кошмар, Тай. Надеюсь, Моргану больше такие водоросли не понадобятся!

– Не надейся, – хмыкнула она и вновь засмеялась, когда Риан страдальчески застонал.

В доносах Зака Иниго оказалось много интересного. Что ж, если это все правда, то Морган Рид действительно чихать хотел на законы Альганны, используя в своих микстурах вещества, за распространение которых положено сажать хотя бы ненадолго. Ну или штрафовать – на первый раз. Однако здесь этих разов было много, и Гектор с любопытством изучал собранное, одновременно дивясь и наглости Рида, и уровню неприязни Иниго к соседу. Собрал бутылочки, провел анализ и записал все, что нашел, не поленился. Хотя казалось бы – чем ему Морган так мешает? И пациенты не все к Риду перешли, кое-кто и Зака предпочитал, и зарплату ему хозяйственный комитет платил исправно. Небольшую, но вполне достаточную для того, чтобы неплохо жить в поселке.

И что теперь с этим делать? Гектор потер лоб. Он привык курить, думая и рассуждая, но сейчас это было невозможно, и от такого ограничения думалось тяжело, со скрипом.

Вариант первый – арестовать Моргана сейчас же и в комитете дожать его по вопросам, касающимся Аарона. Но делать этого категорически не хотелось. И не только из-за Тайры, которая в таком случае останется одна, ведь Риана-то тоже придется эвакуировать в столицу. И не из-за приказа императора никого не арестовывать – все же Арен отдавал его, не зная подробностей доносов Иниго. Просто ничего Гектор этим арестом не добьется. Доказательств «дружбы» Моргана с его высочеством по-прежнему не было, и на выбивание информации из заключенного потребуется много сил и времени. Рид, скорее всего, в эмоциональном плане крепче Арвена Асириуса и наговаривать на себя, понимая, что это навредит дочери, не станет. А после ареста назад дороги уже не будет.

Вариант второй – сделать вид, что никаких доносов не было, вправить мозги Заку, а бумаги закопать поглубже. Но это бессмысленно – хлопот много, а выгоды никакой.

Вариант третий – использовать информацию по назначению. Хотя Заку все равно нужно будет вправить мозги, чтобы больше нигде не рылся. В конце концов, если слишком много где-то рыться, можно и могилу себе вырыть.

А Морган… пусть ответит на вопросы. Пока ненавязчивые, почти ничего не значащие, чтобы не спугнуть добычу. Кто знает, на что еще способен этот шаман, кроме блокировки родовой магии? Даже проверять не хочется. Ив сказала, что шаманская магия с классической не сочетается, но родовая – не классическая, и что-то подсказывало Гектору: дело именно в этом. И в случае с блокировкой Риана не обошлось и без той, и без другой.

Дайд хотел поговорить с Морганом сразу, но ни его, ни Тайры, ни «Фабиана Стиу» на месте не оказалось. Не было их и в поселке, и дознаватель подумал, что девушка могла пойти к озеру в компании этого ложного альтакца. Поморщился, досадуя на себя: ревность была обжигающей, почти невыносимой, хотелось срочно догнать обоих и…

И что дальше? Защитник, да хватит уже! Никогда эта девушка не будет принадлежать ему, потому что не простит. И у него есть Кэти. Милая маленькая Кэти, которую нельзя обижать подобным образом. А он о ней почти не думает! Хотя чего там думать? Еще в пятницу Дайд узнал, что сразу после работы его невеста перенеслась с Урсулой в Риаму – сестра пригласила девушку провести вместе выходные. И он прекрасно понимал, что они отлично проводят время. Урсула и мама наставляют молодое поколение, папа и Майк умиляются, а сама Кэт слушает все внимательно, открыв рот и распахнув наивные глаза. И если она может передумать и отменить их помолвку, то у Гектора такого права нет, он не должен оскорблять свою невесту и добавлять ей комплексов, которых и так достаточно. Надо выкинуть Тайру из сердца и головы, прекратить встречаться с ней и… да, сделать так, чтобы она сняла привязку.

Легко сказать. Для того чтобы Тайра сняла привязку, нужно либо поговорить с ней откровенно, объяснив про невесту, либо… сильно обидеть. Ни того, ни другого делать не хотелось.

А может, плюнуть и оставить все как есть? Пусть будет его слабостью. Должны же у него быть слабости, в конце концов?..

Несмотря на то что Тиль был небольшим поселком и, казалось бы, проблем по части дознавателей должно быть мало, каждый день что-нибудь набиралось хотя бы на половину рабочего дня, а то и дольше. Это и Томаш рассказывал, и сам Дайд на своей шкуре испытал. Местные звали дознавателя по любому поводу, особенно часто прибегали жены с просьбой утихомирить или просто вразумить выпивших мужчин. Некоторые умудрялись по пути еще и глазки построить, будучи явно не против развлечься в свободное время, и Гектор давно потерял счет заинтересованным в нем женщинам. Он старался быть любезным, но не давать вешаться себе на шею, и вскоре услышал, как одна из «отвергнутых» женщин жаловалась подруге, что новый дознаватель – тот еще сухарь и, по-видимому, неравнодушен к Тайре. И наверняка ведь это все дойдет до Моргана в ближайшее время…