Анна Шнайдер – Не проси прощения (страница 23)
– Ириш, я не думаю, что всё настолько фатально…
– А на сколько? – Она язвительно фыркнула. – Много ты счастливчиков знаешь? Я вот только твоих родителей, храни их Господь. Ты с ними так и не общаешься?
– Нет, – покачал головой Виктор, и Ира посмотрела на него с осуждением.
– Позвони отцу. Да, я в курсе, что он когда-то тебе сказал, мне это тоже было озвучено. И он давно уже жалеет о собственной категоричности, поверь. Просто не может позвонить сам – ты ведь знаешь, какой он принципиальный.
– Я много раз хотел, – грустно улыбнулся Горбовский. – Но потом представлял, как он пошлёт меня далеко и надолго ещё раз… И понимал, что второй отповеди просто не выдержу. Тем более что мама не делала никаких намёков…
– Да делала она тебе намёки! – почти воскликнула Ира, внезапно разозлившись. И это было впервые, когда Виктор увидел на её лице по-настоящему сильную, живую эмоцию. – Просто ты же тупой, как пробка, в том, что касается намёков! Тебе надо прямо в лоб, а намёки ты не понимаешь, Витя! Ох, чёрт…
Ира вдруг покраснела, а затем побледнела и, откинувшись на спинку дивана, прикрыла глаза, дыша глубоко и тяжело.
Горбовский перепугался до полусмерти. Тут же вскочил с места, сел рядом с Ирой, нащупал её ладонь – холодная, влажная… Но пульс есть, хотя ему казалось, что он какой-то неровный, хаотичный.
– Ириш, что с тобой? Скорую вызвать? Лекарства какие есть с собой? Ириш, не молчи, скажи что-нибудь!
– Всё в порядке, – ответила бывшая жена, открывая глаза. Посмотрела на Виктора – и он вздрогнул, увидев в её взгляде боль и усталость. – Это из-за атмосферного давления. Я всегда была метеозависимой, ты же помнишь.
– Ириш… – Горбовский хотел спросить, зачем она врёт, он ведь не дурак, всё прекрасно понимает. Но подумал, что Ире не стоит волноваться, и замолчал. – Хорошо, как скажешь. Мне отсесть?
– Да, будь добр, – она кивнула и, пока Виктор пересаживался, всё-таки выпила какие-то таблетки, которые достала из сумки. В этот момент принесли их заказ, и Горбовский, посмотрев на самолично заказанный обед почти с отвращением, понял, что от страха сейчас в горло ничего не полезет.
А вот Иру, казалось, ничего не смущало. Она выпила воды из бокала, взяла ложку и начала медленно есть свой суп. С такой невозмутимостью и таким спокойствием, что Виктор даже на пару мгновений успокоился и сам.
Но нет, в любом случае он не оставит эту тему. Просто правду нужно узнавать не у Иры…
44
Виктор
– Ты не ответила насчёт книг, – сказал Горбовский через несколько минут, когда Ира доела суп и приступила ко второму блюду – куриному шашлыку с овощами. – Точнее, ответила, но неполно. У тебя есть псевдоним или…?
– Думаешь, я пишу под именем «Ира Васильева»? – Бывшая жена едва заметно усмехнулась. – Хотя могла бы, конечно… Но это как-то неинтересно. Нет, я – Риша Максимова. В честь близнецов, как ты понимаешь.
– Кто? – От шока Виктор едва не задохнулся, подавившись воздухом. – Риша?..
– Ну да. А что тебя так удивляет? Нормальный псевдоним.
– Да нет, просто… – Сразу пошёл на попятную Горбовский, заливаясь краской, словно студентка-первокурсница, которую преподаватель застал за рассматриванием порнографических картинок. Но не мог же он сознаться, что читал все Ирины романы под этим псевдонимом и ему ужасно нравилось! Она же будет смеяться, наверное! Или нет? – Как-то не ожидал… И как… – Горбовский кашлянул, – успехи?..
– Да по-разному, – пожала плечами Ира, а потом, взглянув на Виктора поверх собственной тарелки, поинтересовалась, слегка нахмурившись: – А почему ты ничего не ешь? Невкусно?
– Вкусно, просто увлёкся разговором с тобой. – Виктор сразу схватился за ложку и зачерпнул ею суп. Отправил в рот, едва не захлебнувшись от подобной поспешности, но не пожалел – гороховый суп с копчёностями оказался потрясающим. – А что тебе больше нравится писать – фэнтези или современные романы?
– И то и другое – под настроение, – ответила Ира, а потом, замерев, с удивлением спросила: – А откуда ты знаешь, что я пишу и то, и то?
– Так ты сама сказала, – попытался откреститься Виктор, вновь слегка покраснев, – что всего понемножку…
– Нет, я не так сказала. Я стихи упоминала и сказки. Почему ты решил, что я пишу ещё и фэнтези, а не, допустим, фантастику?
– А ты пишешь фантастику? – попытался переключить разговор Горбовский, но Ира не повелась.
– Нет. Поэтому я и удивилась, что ты так уверенно спросил именно про фэнтези и современные романы. Я бы подумала, что читал, но…
– Почему «но»? – вздохнул Виктор, поняв, что поменять тему не получится. И лгать откровенно не хотелось. Его единственная Ире ложь обернулась настоящей катастрофой. Пусть лучше знает правду, тем более что не такая уж она и страшная. Скорее, забавная. – Действительно читал. Ты будешь смеяться, но я… после всего случившегося увлёкся любовными романами. Своеобразная терапия, наверное. Мне хотелось читать только что-то позитивное, можно весёлое, с хорошим концом. Чтобы без трупов и треша, без войн и катаклизмов. Любовные романы подходили лучше всего.
– Почему я должна смеяться? – Ира смотрела на него с удивлением, но без насмешки. И так, будто увидела бывшего мужа впервые. – Это, конечно, раньше тебе не было свойственно, ты даже мелодрамы сроду не смотрел. А я… Ты, наверное, не помнишь, но одна из моих любимых книг называется «Старик, который читал любовные романы». Отличная, между прочим, история, и герой прекрасный. Если мужчина читает любовные романы, это не делает его женщиной. Книги – способ уйти от реальности. Кому-то нравится читать детективы, а кому-то про любовь.
– Я знаю. – Виктор приободрился. Ему бы не хотелось, чтобы Ира смеялась над ним. – А книжку эту я помню, зря ты думаешь, что нет.
Бывшая жена удивлённо подняла брови.
– А раньше ты вообще отказывался её читать, хотя я и советовала. Надо же…
– Старею, видимо, – хмыкнул Горбовский с лёгкой неловкостью. – А ты согласна с этой цитатой, кстати?
– С какой? – Ира мгновенно отвела глаза.
– Про небо.
– Конечно.
– А я нет. Не согласен. Небо, может, и остаётся на месте, но смотреть на него уже не хочется. И вообще ничего не хочется.
– Ладно тебе, – пробормотала бывшая жена, старательно отворачиваясь, и полезла в сумку. Виктор покосился на Ирины ладони – и заметил, что они слегка дрожат, как от волнения. – Давай без этого пафоса…
– Это не пафос, просто факт. – Горбовский, опасаясь, что Ира вновь разнервничается, решил поменять тему. – Ты доела? Попросить счёт, может?
– Я – да, – кивнула она, не поднимая головы. Достала из сумки телефон и начала нарочито вертеть его в руках. – Но ты ведь толком и не поел…
– Я не хочу. Дома поем.
– Тебе кто-то готовит? – Ира спросила это спокойно, без ноток ревности, и Виктору стало досадно. Он ведь ревновал её, думать не мог о том, что кто-то может целовать Иру, спать с ней в одной постели, готовить для неё кофе по утрам. Хотя ей, наверное, нельзя кофе теперь.
– Нет, я сам справляюсь.
– Сам? Ты же не умеешь.
– Ир, – он вздохнул, перегнулся через столик и взял бывшую жену за руку, пытаясь всё-таки поймать её взгляд. И получилось – Ира посмотрела на него, смятенно и будто бы расстроенно. – Прошло двенадцать лет. Ты сказала, что ничего не изменилось, при первой встрече, и была не права. Изменилось очень многое. Я, например, изменился. Я живу один, у меня никого нет. Раз в неделю приходит женщина из клининга, убирается и гладит бельё. Готовлю я себе сам, либо заказываю доставку еды. А ещё я сам чищу себе обувь, при необходимости глажу рубашки и даже, представляешь, мою унитаз!
Горбовский сказал это с нарочитой торжественностью, и Ира рассмеялась, не отнимая ладонь.
– Да, последнее прям удивительно. А как же женщина из клининга? Она не моет унитаз?
– Наверное, моет. Но его надо мыть чаще, чем раз в неделю.
– Витя, это похвально, – серьёзно ответила Ира, по-прежнему не отбирая у него своей руки. – Но к чему ты? Что ты хотел этим сказать?
Виктор вздохнул, набираясь смелости. Ему было сложно это произносить, но… он должен попытаться.
– Давай попробуем ещё раз. Заново.
Она покачала головой – ожидаемо, – но глаз не отвела.
– Не стоит.
– Ты не хочешь… по какой причине? Не любишь меня больше?
А теперь её взгляд вздрогнул, заволновавшись. И сердце Виктора забилось сильнее, едва не выпрыгивая из груди.
Значит, всё-таки не разлюбила?..
– Витя, не в этом дело, – ответила Ира чуть дрожащим голосом. – И пожалуйста, давай не будем. Тяжёлый разговор, а мне и так нелегко.
Давить на Иру Горбовский ни в коем случае не планировал, поэтому кивнул и, отпустив её руку, отодвинулся, откинувшись на спинку дивана.
Ира всё ещё смотрела на Виктора настороженно, с опаской – будто не верила, что он действительно не будет продолжать разговор.
– Я попрошу счёт, – произнёс Горбовский, невесело улыбнувшись, и позвал ближайшего официанта.
45
Виктор
Проводить себя до дома Марины Ира не позволила, но Виктор и не настаивал – понимал, что, если дочь вдруг случайно увидит его даже из окна, скандал будет колоссальный. Поэтому они просто попрощались, и Горбовский пошёл к своей машине. Сел за руль, достал из кармана пальто телефон и задумчиво повертел его в руках.