Анна Шнайдер – Двуликие (страница 117)
Я, пыхтя от натуги, подвинула книгу ближе к себе. Томик был тяжеленный, он казался сделанным из камня, а не из кожи и бумаги. И толстенный… Много же их, этих легенд.
Я аккуратно, стараясь не повредить пряжку, расстегнула её и раскрыла книгу.
С первого же листа на меня смотрел очень интересный мужчина. Портрет был выполнен искусным художником, и изображённый человек казался живым. Мне даже почудилось, что у него двигаются глаза. Присмотрелась — нет. Обычный карандашный портрет.
Прямые волосы до плеч выглядели так, будто мужчина стоял на сильном ветру. Лоб пересекали три горизонтальные морщинки, широкие брови были чуть сдвинуты, в тёмных глазах светилась тревожность. Нос был немного длиннее, чем необходимо, чтобы считаться красивым, решительно сжатые губы казались упрямыми, лёгкая щетина оттеняла резкие скулы.
Мужчина чем-то неуловимо походил на Норда. То ли глазами, то ли губами… Я так и не поняла.
Посмотрела на надпись внизу. «Интамар Альтерр. Первый император Объединённых земель Эрамира».
В первом императоре чувствовалась сила, властность, и в то же время — благородство и честь. Интересно, он и был таким? Или художник приукрасил?
— Хель, — раздался справа от меня голос Норда, — иди сюда, малышка.
Кошка спрыгнула с моих коленей, возбуждённо махнув пушистым хвостом, и подбежала к вернувшемуся хранителю. Тот ставил на пол два блюдца — в одном плескалось что-то белое, наверное, молоко, а в другом было мелко порезанное мясо.
Пока Хель чавкала поочерёдно то над одним, то над другим блюдцем, Норд подошёл ближе ко мне, поставил на пол поднос, накрытый крышкой, и начал сдвигать книги на край стола.
— Ты думаешь, разгадка тайны моего амулета — в одной из этих книг? — поинтересовалась я, проводив взглядом портрет императора Интамара. «Легенды Последней войны» хранитель тоже закрыл и отодвинул.
— Возможно. Я не уверен на сто процентов, но стоит проверить. Я вспомнил эту фразу — «долг души признаю, долг крови моей» — и подумал, что на войне и после неё отдавалось большинство долгов. Триш могла найти что-то среди этих книг.
Норд переместил поднос с пола на столик, открыл крышку, и я облизнула губы: печенье в вазочке выглядело очень аппетитно. А какой запах! Правда, он был не от печенья, а от чая. Напиток оказался светло-зелёного оттенка, а на самом дне кружились маленькие синие цветки.
— Это горный эдельвейс, — пояснил Норд, усаживаясь по обыкновению в кресло напротив меня. — Он бывает белый и синий. Синий растёт только в паре мест в Эрамире.
Я сглотнула.
— Ты его точно на императорской кухне стащил…
— Точно, — подтвердил он, усмехаясь и разливая по чашкам ароматную жидкость. — Знаешь, чем он особенно ценится?
— Чем?
— Чай из синего горного эдельвейса хорошо бодрит. Не так, как это делает чай из краснопёрого болотного папоротника…
— А! — я хлопнула себя по лбу. — Точно! Я же читала о нём. О них обоих. От болотника потом трое суток спать не хочешь, а как эффект проходит — спишь сутки. А у эдельвейса побочного действия нет. Он просто бодрит.
— Верно. Пятёрка, Шани. Но помни: спать всё же нужно. Если будешь соблюдать режим, эффект от чая продлится с неделю, а если нет, то закончится завтра. Так что спи, пожалуйста.
И я вновь смутилась. Вот для чего он принёс этот чай! Ну да, вид у меня действительно уставший.
— Я постараюсь, — сказала я тихо, опуская глаза в чашку. Сделала глоток — и охнула от изумления, настолько резко прояснилось в голове. И очертания всех предметов вокруг меня стали ярче, чётче. Как будто глаза кто-то изнутри протёр и хорошенько почистил. — Вот это да!
— Да, неплохо. Но чаще раза в месяц пить не рекомендуется. Иначе эффект пропадает.
— Чаще я и не смогу, — засмеялась я. — Такой чай в столовой академии не подают. — Я сделала ещё глоток и, чувствуя себя заново рождённой, решила задать один из терзавших меня вопросов: — Скажи… а если династия Альтерр прервётся, кто сядет на трон? Это ведь должно быть как-то задокументировано.
— Задокументировано, разумеется. А ты не помнишь из курса истории?
Кажется, он был слегка удивлён этому факту.
— Нет, — ответила я извиняющимся тоном. — У меня вообще с историей не очень. Так… кто?
— Тёмные эльфы, разумеется, — ответил Норд спокойно, и я поперхнулась чаем. — Не Повелитель, а первый или второй наследник трона.
— Это что же… Коул, получается?!
— Возможно, — хранитель дёрнул губой. — Но там есть тонкости. Наследник — или наследница — должен будет жениться или выйти замуж за человека из Старших лордов. Фамилия этого человека станет фамилией новой династии.
— То есть править, по сути, будут полуэльфы, — протянула я в некотором ужасе от возможных перспектив. — Типа меня. Кошмар. Мы все ненормальные.
Норд рассмеялся.
— Шани, во втором поколении полуэльфийские особенности исчезают, это будут обычные люди. Просто новая династия. Но я очень надеюсь, что до этого не дойдёт.
Я закусила губу. Кхаррт, как же жаль, что я узнала про Мирру… А если ещё кто-нибудь узнает? Вдруг залезет ко мне в голову?! Мамин амулет спасает только от магии Разума профессора Аррано.
— А ты знаешь, где прячется наследник? — спросила я хранителя, и он кивнул, мгновение помешкав. — А если я… тоже знаю?
Глаза Норда стали очень удивлёнными.
— Знаешь?! Откуда, Шани?!
И я рассказала.
«О Дарида… Опять!» — подумала она сквозь сон, ощущая себя самой несчастной женщиной на свете. Ну что на этот раз случилось?
Ректор, привстав с постели, покосилась на спящего Дрейка. Его дыхание стало чуть более беспокойным, и Эмирин, прикрыв глаза, вмешалась в сознание своего друга.
Пусть спит до утра. Спокойно, без всяких снов. И не волнуется за неё.
Она быстро оделась, посмотрела на себя в зеркало — и перенеслась к тому, кто так настойчиво её звал. К императору.
Оказавшись в библиотеке, Эмирин приподняла брови. Увидеть здесь Шайну она не ожидала.
Теперь главное — не оговориться, назвав Велдона по имени. Это будет… неприятно.
— Добрый… то есть добрая ночь, — усмехнулась она, подходя ближе. Император встал из-за стола, вслед за ним поднялась и Шайна.
— Добрая, Эм, — Велдон кивнул, уступая ей место. — Садись. Дело есть.
— Здравствуйте, профессор, — поздоровалась Шайна, порозовев. И чего, спрашивается, смущается? Как будто Эмирин их голыми застала.
«Стареешь, Ро, — ректор мысленно пожурила себя. — Становишься циничной брюзгой».
— Зачем ты вызвал меня… Норд? — спросила она, садясь в предложенное кресло. Шайна опустилась напротив и нервно поёрзала в своём. — Что-то случилось?
— Случилось, — на губах императора появилась лёгкая улыбка: он благодарил Эмирин за поддержание игры. — Шайне стало известно, где находится наш общий знакомый.
— Есть ли какой-то способ сделать так, чтобы я не могла об этом рассказать? — поинтересовалась девушка обеспокоенно и вновь поёрзала в кресле. — Мне не хотелось бы вас подвести.
— Способ есть. Но нужно звать Нарро, иначе никак. Мою магию амулет блокирует.
— Зови, — сказал Велдон твёрдо. — Только… предупреди обо всём заранее.
— Разумеется, — ответила Эмирин иронично, повела плечами… и сделала то, чего не делала уже очень давно.
С того дня, как она ушла из Арронтара вместе с Дрейком, Эмирин практически не обращалась к мужу. И ни разу не видела его… наяву. Иногда он приходил во сне, но не так часто, как им обоим хотелось. Они приняли это решение вместе, не желая травить душу друг другу.
«Нарро!»
Эмирин едва сдержала нервную дрожь, услышав глубокий и спокойный голос мужа внутри себя.
«Да».
«Мне нужна твоя помощь. Но, прежде чем ты придёшь, запомни: мужчину, которого ты здесь увидишь, зовут Нордом».
Через секунду молчания Нарро еле слышно вздохнул:
«Я прекрасно помню, кого Риш называла Нордом. Я помогу».
Эмирин, в волнении закусив губу, посмотрела на Велдона.
— Он согласен. Разреши перенос. — Ректор заметила любопытный взгляд Шайны и пояснила: — Система защиты здесь похожа на ту, что существует в академии. И чтобы Нарро мог переместиться ко мне, разрешение должен дать… — она запнулась, едва не оговорившись, — …тот, кто наделён полномочиями.