Анна Шнайдер – Драконий инстинкт (страница 12)
И чем больше приказов давали мне Гейр и Ортрун, тем сильнее как маг я становилась.
— Я не могу, — вздохнула я, беззащитно улыбнувшись брату. — Отец приказал.
Гейр взревел раненым драконом, а затем, побледнев до зеленцы, отпустил мои волосы, закатил глаза и упал в обморок, кулем свалившись у моих ног.
Я покосилась на брата с неприязнью, от души пнула его в бок, а после легла обратно в кровать, решив не сообщать о случившемся слугам. Симия придёт примерно через час, найдёт Гейра и скажет отцу. Пусть все думают: я была настолько одурманена, что рухнула в постель без чувств.
А с Гейром король разберётся и без меня. Я лучше посплю. Иначе во время ужина могу и уснуть, упав носом в тарелку. Раньше такого не случалось, но раньше на меня и не влияли в таком количестве. А тут и отец, и Гейр, и всем что-то надо…
Сквозь сон я слышала, как в мою спальню явилась Симия — и, заохав, пыталась привести Гейра в чувство, но у неё это ожидаемо не получилось. Тогда она позвала гвардейцев, а те уже вызвали отца, и тот при помощи ментальной магии всё-таки поднял своего сына и вывел его прочь, приказав Симии:
— Корнелия чтобы была готова к ужину через два часа! Платье нужно, цветы — нет.
— Может, не филиции, а…
— Любые другие цветы — пожалуйста, втыкайте, — отмахнулся от вопроса камеристки отец. Сразу как он ушёл, меня нещадно разбудили и погнали в ванную — умываться.
Затем последовали процедуры, напоминающие утренние, — мне высушили голову, помазали кожу кремом, чтобы усилить эффект сияния, одели… Платье было не менее открытым, чем утреннее, — тоже голая спина и низкое декольте, — но, в отличие от утреннего, где вокруг шеи всё-таки обвивалась тонкая бретелька, здесь никаких бретелек не имелось, и из-за этого возникало ощущение, будто я вот-вот потеряю наряд при ходьбе. Я понимала, что не потеряю, так как к коже платье крепилось специальными портновскими чарами, — но всё равно чувствовала себя не в своей тарелке. Постоянно появлялось желание взяться за лиф и подтянуть его повыше. Хотя не только из-за отсутствия бретелек — вырез заканчивался безумно низко, ещё буквально на сантиметр ниже — и стали бы видны соски.
Кроме того, платье было бордовым, что прямо-таки намекало на чувственность. Хотя какие уж тут намёки — платье буквально кричало: сними его поскорее! Юбка, кстати, тоже была с разрезами, но не с двумя, как в утреннем наряде, а со множеством разрезов — она состояла из маленьких кусочков ткани, сшитых друг с другом ближе к талии, и казалась очень объёмной и закрытой — пока я не начинала ходить. Ноги выглядывали то тут, то там… Причём до самой попы.
А какое на меня нацепили бельё! Я такого в жизни не видела и, надеюсь, больше не увижу. Алое, всё кружевное, само собой — но утром трусики тоже были кружевными, и не в кружевах дело, а…
— Это чтобы его высочество, если что, мог просто задрать юбку, — захихикала Симия, видимо уловив выражение моего лица, которое я старательно пыталась спрятать. — Не волнуйтесь, принцесса… Обычное дело.
Обычное дело? Между ног вместо ткани была дырка. А ведь этот наряд разрабатывала моя мачеха… Она, получается, тоже такое носит?..
Меня резко затошнило, и я решила, что подумаю об этом потом. А лучше вообще не буду думать. Подумаешь — трусы с дыркой! За то время, что я живу в Логове драконов Арнарии, чего я только ни повидала. И отец, и Гейр были очень изобретательны. Особенно Гейр.
И тем не менее — трусов с дыркой я раньше не видела…
— Вот! — возвестила Симия, заканчивая причёску. — Смотрите, ваше высочество. Мне кажется, сейчас вы ещё красивее, чем утром!
Я посмотрела в зеркало и радостно улыбнулась, изображая энтузиазм, которого совсем не чувствовала. Я выглядела очень взросло, и очень порочно. Особенно тёмно-алая помада на губах…
Хорошо хоть без филиций обошлись, и в моих волосах красовались обычные мелкие розы. Красные, в цвет платья.
— Утром вы были феей, — продолжала восхищаться Симия. — А сейчас стали земной женщиной, которую не страшно коснуться.
— Завтра наряды будут такими же? — не выдержала и всё-таки поинтересовалась я.
— Ну что вы! — искренне возмутилась камеристка. — Совершенно другими. Но завтра будет завтра. А сейчас пойдёмте скорее! Его величество распорядился подавать ужин в малой столовой.
Неужели? А я-то думала: мы так и будем есть в приёмном зале, чтобы восхитить Себастьяна широтой и размахом души арнарийцев. Но, видимо, отцу всё-таки надоело ходить на первый этаж — малая столовая находится гораздо ближе, недалеко от королевских покоев, — и король решил временно забыть про помпезность.
Впрочем, для меня это не слишком важно. На покой я точно могу не рассчитывать.
Глава четвёртая. Рюдзин
План с провокацией зануда Дарел ожидаемо не одобрил, и в отместку Себастьян заявил, что друг обязан сопровождать его на ужине. В конце концов, Ортрун трапезничает в компании первого советника — так чем его гость хуже? Себастьян вообще по наущению родителей должен везде с охраной ходить, но пренебрегает этим. А всё почему? Как наверняка сказал бы аль Кастилио — чересчур самоуверен.
Ужин король Ортрун решил проводить в другом месте, и Себастьян, осознав, что сопровождающий слуга ведёт их с Дарелом к обычной столовой на королевском этаже, а вовсе не вниз, к приёмному залу, обрадовался. Подобные залы хороши именно для приёмов со множеством гостей-драконов. Какое удовольствие сидеть за огромным длинным столом? Выглядит это странно и пугающе, но было у Себастьяна подозрение, что Ортрун просто любит размах и простор, даже если они беспричинные.
В столовой оказались только король, королева и Кайд аль Ламио, а наследного принца и принцессы Корнелии ещё не было — но первого, как выяснилось, и не будет.
— Гейр отбыл по делам, — сказал Ортрун, познакомившись с Дарелом и благосклонно приняв его почтительный поклон. — Сегодня ужинаем без него.
Вид у короля при этом был крайне недовольный, и Себастьян немедленно заподозрил, что дело нечисто — с чего вдруг принцу срываться по каким-либо делам? До завтра не подождут эти дела, которые вполне можно поручить кому угодно другому, вон хоть Кайду? Нет, точно что-то случилось, и Гейр по какой-то причине то ли не может спуститься, то ли наказан собственным отцом. Впрочем, есть и ещё одно объяснение — пока Себастьян и его безопасник тут ужинают, арнарийский принц там готовит какую-нибудь провокацию. Что ж, если это так — вскоре всё выяснится.
— А вот и Корнелия, — расплылся в улыбке король, сразу же став радостно-благодушным. С явным удовлетворением оглядел дочь и, погладив бороду, крякнул: — Хороша девчонка!
Себастьян в целом был согласен с Ортруном, хотя слово «хороша» всё-таки не слишком подходило Лии, которая и в этом, и в прошлом образе казалась ожившей феей из сказок — чересчур уж красива и идеальна. Если не считать выражения лица — сейчас оно было максимально безоблачным. Про таких людей обычно говорят — юродивые.
Себастьян невольно посмотрел на Дарела — стало интересно, как отреагирует на появление принцессы его друг, — и чуть слышно хмыкнул, заметив, как аль Кастилио приоткрыл рот и слегка вытаращил глаза, глядя на принцессу. Создавалось впечатление, что с его губ сейчас закапает слюна.