Анна Шнайдер – Драконий инстинкт (страница 11)

— Я понял, понял, — остановил меня отец, сразу расслабившись, и фыркнул. — Что-то я палку перегнул, нашёл, о чём тебя спрашивать… Какой-то первый советник, тьфу. Ты у меня королевой будешь!

Ортрун, торжествующе вскинув кулак к небу и с гордостью посмотрев на меня, наконец вышел из моей спальни.

А я, рухнув обратно на постель, прошипела себе под нос:

— Королевой… Ну-ну, мечтай…

В течение следующих двадцати минут я умудрилась задремать. Такое со мной постоянно случалось — в моей жизни было слишком много ментальной магии, из-за почти круглосуточного сопротивления я уплывала в сон легко и быстро. Спала всегда долго и с удовольствием — и, скорее всего, проспала бы до явления Симии, но мне вновь не дали расслабиться.

Обычно Гейр приходил вечером, перед сном. Такая традиция у него появилась лет пять назад — с тех пор, как я из маленькой девочки и ребёнка стала превращаться в девушку. Отец, узнав, что Гейр ходит ко мне, первый и последний раз тогда поставил брату два ментальных запрета — и теперь тот не мог причинить мне вред, а ещё иметь со мной любой физический контакт, даже обычные поцелуи в щёку были под запретом. И это, пожалуй, единственное, за что я могла сказать королю Ортруну большое спасибо — иначе, боюсь, подобные визиты для меня закончились бы очень плохо.

Впрочем, они и так не слишком хорошо заканчивались. Но Гейру тем не менее приходилось держать себя в рамках.

Я ненавидела брата гораздо сильнее, чем отца. И, если честно, мечтала убить Гейра перед собственным побегом. Но это слишком рискованно — чем незаметнее я скроюсь, тем лучше. Впрочем, Гейру я всё равно отомщу.

— Встань! — рявкнул брат, вклиниваясь в мой сон сильнейшим ментальным приказом, из-за которого я подскочила на кровати и едва не зашипела, осознав, кто именно ко мне явился. Блокировать повиновение я не успела — впрочем, и не надо было, поскольку не встать я всё равно не могла.

Я поднялась и, оправив сбившееся платье, ругаясь про себя, что зря его не переодела, уставилась пустым и тупым взглядом на стену поверх головы Гейра. Его всегда особенно раздражало, когда я так смотрела — потому что обычно это значило, что ментальный маг переборщил с силой, а кому приятно признавать свои ошибки?

— Разоделась, — бормотал брат, обходя меня по полукругу — по кругу мешала кровать — и сверля откровенно раздражённым взглядом. — Корону Эрдерии ей… Какая из тебя королева, ничтожество?

Подойдя почти вплотную, Гейр отработанным жестом схватил меня за волосы. Перекрутил их, будто канат, намотав себе на руку, и потянул, заставив меня запрокинуть голову почти до боли. Всегда — почти, поскольку делать мне больно ему не позволял ментальный запрет. Так же, как и прикасаться Гейр мог только к волосам, но не к телу. Он был не способен даже взять меня за руку, не говоря уже о большем.

Наклонившись к моей выгнутой шее, Гейр шумно втянул носом воздух и блаженно зажмурился.

— Хорошо пахнешь, Кора… — Ненавижу это сокращение. Так меня называет только брат. — Нет, я не отдам тебя Себастьяну, пусть отец и не мечтает. Ты моя, я всегда это знал. Я даже говорил это отцу, но он дал мне оплеуху тогда. Оплеуху! Мне!

В голосе Гейра звучало искреннее возмущение, а я не понимала, что его удивляет. Все драконы знают — между кровными родственниками не может быть притяжения, драконий инстинкт в нашем случае работает совсем иначе. Но у Гейра, судя по всему, были какие-то отклонения. Предполагаю, что не связанные с инстинктом, а просто мозговые.

Остальные девушки доставались ему легко и просто, и только я была под запретом. Он даже не мог меня коснуться — и это сводило его с ума, заставляло мечтать о большем и таскаться ко мне в комнату каждый вечер. Если бы отец не любил Гейра, думаю, он бы давно прекратил это — но увы, нашему королю было плевать на меня. Главное, чтобы Гейр свою игрушку не бил и не насиловал, а остальное… Пусть развлекается.

Я знала ещё один секрет, но брат, спасибо Пламени, о нём не догадывался. Он не мог касаться меня, а вот я его — могла. И если бы Гейр приказал мне… да что угодно, уж не знаю, что бы я стала делать. Но он не подозревал об этой особенности запрета отца. Хотя, возможно, дело вовсе не в запрете, а в специфике моего дара.

— Скоро всё изменится, Кора, — шептал брат, наклоняясь ещё ниже. Кажется, он рассматривал мою грудь, но я об этом могла лишь подозревать — шея по-прежнему была изогнута и всё, что я видела, — это потолок собственной спальни. — Меня многие поддерживают… Большинство советников отца недовольны его действиями по отношению к Эрдерии, они опасаются войны. Дело ведь не только в Себастьяне, он всего лишь наследник. Пока единственный, но король Кариот и королева Мелисанда могут родить и ещё… Да и у Рейгарда, поговаривают, будет ребёнок-дракон. И всех надо уничтожить, чтобы добраться до эрдерийского трона. Утопия, основанная на непомерных амбициях моего отца…

Почему же только твоего? Нашего. Впрочем, Гейр совсем не воспринимал меня сестрой. В отличие от меня — я-то чувствовала его как брата. Брата по отцу — матери у нас были разные.

И несмотря на то, что я терпеть не могла Гейра, сейчас я была склонна согласиться с его утверждениями. Попытка захватить трон Эрдерии весьма утопична. До сих пор отцу сопутствовала удача, но, вполне возможно, везение скоро закончится.

Если мне удастся сбежать, в тот же день и закончится.

— Не знаю, зачем я тебе всё это говорю, — хрипло рассмеялся Гейр, жарко дыша мне в грудь. Подозреваю, что после его ухода там будет влажное пятно. — Ты ведь ничего не понимаешь. Даже если бы не была зачарована, ты непроходимая блаженная дура, Кора.

О нет, Гейр — это ты непроходимый и блаженный.

Недооценивать противника всегда смертельно опасно, но ты же всегда не любил читать умные книжки, в отличие от меня.

— Видимо, мне просто хочется поделиться с тобой. Я ревновал тебя сегодня к Себастьяну. Не спи с ним! — рявкнул Гейр, вновь хлестнув меня ментальным приказом. — Я хочу взять тебя первым.

Мне стоило больших усилий не допустить в голос ни капли ехидства.

— Но как же так, Гейр? — пролепетала я и даже всхлипнула для эффекта. — Отец приказал…

Брат зарычал, приподнялся — и навис надо мной грозной скалой. Комплекцией он пошёл в Ортруна, поэтому выглядело это и правда угрожающе. Хрупкая девушка с запрокинутой, оттянутой назад за волосы головой и крупный светловолосый мужчина, мускулистый и широкоплечий, с полными ярости голубыми глазами — того и гляди разорвёт.

— Не спи с ним, — прошипел Гейр, пытаясь пересилить ментальный приказ короля. Я чувствовала, что он бухнул в собственный всю возможную силу — эдак он сейчас сам в обморок грохнется. Кто же так расходует магию? Полнейшее безумие!

Впрочем, Гейр сумасшедшим и был.

— Я приказываю, — цедил брат, глядя мне в глаза с упрямством барана. — Приказываю тебе, Кора. Очаровывай Себастьяна, но не спи с ним!

Я смотрела на Гейра, не моргая, словно зачарованная, пропуская его силу сквозь себя. Это был лучший способ игнорировать приказы — не сопротивляться им, а пропускать. Чем сильнее сопротивление — тем выше вероятность, что магия тебя всё-таки поработит. Я всегда расслаблялась, и сила во мне расслаблялась тоже… а потом просто растворялась, становясь частью меня и забывая о том, что должна требовать.