Анна Шаенская – Хрустальная невеста (страница 69)

– Настойка рубиноцвета, – пояснил Ортега, заметив, как я настороженно принюхиваюсь. – Её назначают после магических приступов, чтобы унять головную боль и тошноту. Пять капель на столовую ложку воды сразу и ещё пять через полчаса. Запомнили?

Я кивнула, мысленно повторив дозировку.

– Успокаивающая смесь, полагаю, вам знакома, её прямое использование нестабильным магам противопоказано и чревато сильными побочными эффектами. Но есть обходной вариант, – Суарес замолчал, давая мне возможность самостоятельно сообразить, что к чему.

Я бегло осмотрелась, отметив обилие склянок и мешочков на столе, чан с водой и свисающий с его края компресс. Вариант с примочками отмела сразу, в таком виде эти травы были бесполезны, разве что запах приятный. Хотя сейчас он казался слишком тяжёлым и плотным, несмотря на открытое окно.

Догадка озарила неожиданно и, переведя взгляд на тумбочку, я нашла то, что искала – крохотную курильницу.

– Вы использовали их как благовония?

– Верно, – взгляд темнейшего смягчился и на миг в нём промелькнуло одобрение, – дым от этих трав помогает стабилизировать пациента после приступа. Но главное устранить причину, вызвавшую магический срыв. В противном случае все усилия бесполезны.

Звучало просто и логично, но на практике причины совершенно не желали устраняться, а зачастую ещё и оказывали активное сопротивление.

Пока братья Нери не уничтожили кузнечика, состояние Мари ухудшалось, несмотря на все старания целителей. Аргвар уже выяснил, что начало второго приступа чётко совпало с появлением твари в особняке. Пламя принцессы почуяло богомола раньше меня и моментально вышло из берегов, перекрывая эхо спящих крыльев.

Саиф предположил, что таким образом огненный Дар защищал хозяйку от юркалов и Охотников. Я же подозревала, что проблема кроется в нарушенной связи между хрустальной и пламенной магией Мари.

К слову… а где она сама?

Растерянно осмотрелась, выискивая принцессу взглядом, и в этот же миг из ванной послышались шаги и голос Айролен:

– Осторожно, Ваше Высочество, вы…

– Я сама могу идти! – в голосе Мари звенели гневные нотки и глухая, застарелая боль.

Она ненавидела свою слабость и стыдилась, что кто-то мог увидеть её такой.

– Но…

– Лаура, отпусти её.

Верховная попыталась поддержать принцессу под локоть, но скрестив взгляды с темнейшим, отступила. Позволила девушке самой дойти до постели, хотя и следовала по пятам, готовясь подхватить её в любой момент.

Выглядела Мари ужасно. Белая как снег, с фиолетовыми кругами под глазами и пунцовыми, потрескавшимися губами. Она пошатывалась при каждом шаге, словно ивовая веточка на ветру, но больше всего поражали чернильные нити, растекающиеся по шее и рукам и с точностью повторяющие ход крупных сосудов.

За время работы в госпитале я повидала многое, но сейчас хотелось зажмуриться или отвернуться.

– Красавица, да? – скривилась Мари, заметив меня рядом с Суаресом.

– Я видела картины и пострашнее, – ответила как можно невозмутимее, – рада, что тебе немного лучше.

Принцесса одобряюще хмыкнула и поковыляла к постели, но ложиться не стала. Замерла, вцепившись руками в спинку стула, и принялась осторожно переминаться с ноги на ногу.

– После приступа суставы коченеют, – пояснила, не дожидаясь вопросов, – чувствую себя древней мумией!

– Я владею навыками лечебного массажа, – ответила, переведя взгляд на Суареса, – если позволите…

– Разумеется, – кивнул дракон, – я выдам необходимые масла и покажу несколько полезных приёмов. Но позже.

Пока Марианна разминалась, Ортега подошёл к столу и принялся сортировать зелья, порошки и притирки, попутно рассказывая мне, что, когда, в какой последовательности применяется.

Я затаив дыхание внимала каждому слову. Чтобы ничего не упустить, призвала блокнот с карандашом и принялась наспех конспектировать.

– Настойку семицвета назначают по три капли при первых симптомах срыва, после заменяем её на экстракт драконового корня… – голос Суареса звучал ровно и бесстрастно, как у голема, зато обстоятельность инструкций поражала.

Большинство целителей не спешили делиться наработками, боясь конкуренции. Но темнейшего не волновали подобные мелочи. От обилия новой информации шла кругом голова, я едва успевала записывать.

– Всё запомнили? – Ортега ещё раз осмотрел стол и, убедившись, что ничего не забыл, обернулся ко мне.

– Да.

Краткий конспект занял шесть страниц, но радость от новых знаний окрыляла. Я даже об усталости забыла.

– Хорошо, тогда идём дальше.

Суарес переставил на поднос необходимые флаконы и направился к постели Марианны.

Во время лекции принцесса сидела тише мыши, жадно ловя каждое слово. Но в её взгляде читалась злость и странная тоска, она то и дело посматривала на дверь и покусывала губы. Я чувствовала, что девушка сейчас не с нами, но понять в чём проблема не получалось.

–Действуем по алгоритму номер три. Леди Алория, приготовьте необходимое. Конспектом пока можете пользоваться.

– Благодарю! – я метнулась к столику и, открыв блокнот на нужной странице, принялась готовить новые благовония.

Состав был очень сложный, я по нескольку раз взвешивала каждый ингредиент, смешивала в строго определённой последовательности и тщательно перемешивала во избежание преждевременного загустения.

– Прекрасно. – Айролен наблюдала за моей работой, периодически подсказывая и дополняя лекцию Суареса.

Наставники с первого дня взяли меня в оборот и спуску давать не собирались, чему я была только рада.

– Теперь раздели состав на две порции, – добавила Верховная, – сейчас мы не будем использовать всё, только половину. Вторую свечу зажжём в карете.

– Как прикажете, леди Айролен, – отмерив фитильки, принялась закатывать их в смесь. Оставалось подождать, пока воск затвердеет.

Суарес в это время осматривал Марианну и проводил какие-то тесты. В подробности меня не посвящали, видимо, не хотели перегружать информацией. Для одного дня её и так слишком много.

В двери неожиданно постучали и из коридора донёсся голос Саифа:

– Ортега, Лаура, нужно поговорить, срочно.

Пресветлая… Что ещё произошло?!

– Леди Алория, заканчивайте с подготовкой, мы скоро вернёмся. – Суарес чеканным шагом направился к дверям, за ним, шурша юбками, выскользнула Айролен.

Только принцесса застыла как восковая кукла и вцепилась в покрывало с такой силой, что побелели костяшки пальцев. От неё фонило глухой яростью и… ревностью?

– Мари? – подошла ближе, осторожно коснувшись её плеча.

Принцесса никак не отреагировала, продолжая смотреть на двери.

– Это из-за Саифа? Вы поссорились?

Я наконец вспомнила, где слышала этот флёр. На императорском балу, когда адмирал помогал отбить мою маму от золотой кобры.

Мари вздрогнула и обернулась. В её глазах плескалось искреннее удивление, а белые как снег щёки украшал пунцовый румянец. В сочетании с чернильными разводами на шее смотрелось жутковато, зато мне удалось вывести её из ступора.

– Я видела его в коридоре, – продолжила, – он всю ночь дежурил у твоей двери…

– Дежурил? – принцесса нервно куснула губу и отвела взгляд.

Шок сменился смущением и радостью.

– Да, всю ночь.

Я понятия не имела, что произошло у этой парочки, но мои слова произвели на Мари чудотворный эффект. Злость моментально утихла, а чернильные полосы на шее побледнели. Совсем чуть-чуть, но учитывая её состояние, и это огромное достижение.

– Значит, он был здесь всю ночь, – прошептала принцесса, – а почему не зашёл?! Неужели так сложно?

Она ударила кулачком по кровати и выжидающе посмотрела на меня, словно я знала все адмиральские тайны.

– Боялся навредить тебе? – предположила я.

Мари тихонько зашипела. Похоже, «сага о вреде» ей уже порядком надоела.

– Послушай, Лори… – принцесса неожиданно подсела ближе и взяла меня за руку. Её голос звучал заговорщически, а в золотых глазах вспыхнули хитрые огоньки. – А ты не могла бы поговорить с ним и…

Только не это!