Анна Сейн – Пещера времени (страница 2)

Хлоя пожала плечами. Она не могла объяснить. Это было чувство — смутное, тревожное, как будто лес смотрел на них. Как будто знал, что они приедут. Как будто ждал.

—И хочу, чтобы там, на даче, был туалет, — выдохнула она. — Хоть какой-нибудь. Древний. Но чтоб стены были.

С другой стороны, от нее, глядя в запотевшее стекло, сидел Кай. Высокий, худощавый, с коротко стриженными волосами и спокойным, внимательным взглядом серых глаз. Он был молчалив, как всегда, но его поза была расслабленной. В отличие от Хлои, он, казалось, наслаждался этой оторванностью от цивилизации. Его темная футболка и простые штаны уже видели виды. А серая толстовка была такого же невыразительного цвета, как и его тихий характер.

Между Хлоей и Каем, занимая своё место с уверенностью капитана корабля, сидела София. Рыжие вьющиеся волосы были собраны в практичный хвост, высунувшийся из-под темной бейсболки. На ней были прочные походные штаны и ботинки со следами прошлых вылазок. В отличие от Хлои, она выглядела так, будто родилась не в городе, а где-то на горной тропе.

На ее коленях лежал планшет с офлайн-картами, а в руках она держала компас, периодически сверяя его показания с маршрутом.

—По данным GPS, мы уже должны были свернуть, — сказала она, не глядя на остальных. Ее голос был ровным и уверенным. — Твои «ориентиры», Оливер, отстают от реальности минут на пятнадцать.

Кай не отрывал взгляда от запотевшего стекла, но его плечи слегка напряглись при словах Софии.

Лиам, сидевший между Итаном и Оливером на переднем сиденье, обернулся с улыбкой:

—Соф, расслабься. Мы же не на спутниковую съемку выехали. Доверься местному гиду.

— Я доверяю точным приборам, — парировала София, наконец подняв на него взгляд своих зеленых глаз. — А «местные гиды» обычно заводят в болота. Кстати, — она снова посмотрела на планшет, — через километр как раз начинается заболоченный участок. Надеюсь, твой дед не вел гостей через трясину, Оливер?

Оливер смущенно пожал плечами:

—Ну, я там давно не был... Но дед говорил, что дорога проверенная, правда без асфальта.

— В его время и уровень грунтовых вод был другим, — заметила София, убирая планшет в прочный рюкзак у своих ног. В нем аккуратно лежали фонарик, аптечка и свернутый походный коврик. — Ладно, будь, по-вашему. Но если застрянем, вытаскивать будете сами. Я предупреждала.

Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза, демонстрируя, что сняла с себя ответственность. Но по напряженным уголкам ее губ было видно — она продолжала мысленно прокладывать маршрут и вычислять возможные риски.

Хлоя покатила глазами:

—Успокойся, мама-медведица. Мы всего лишь на пикник едем, а не в кругосветку.

София приоткрыла один глаз:

—Именно на пикнике люди и теряются, Хлоя. Потому что считают, что «всего лишь на пикник». Природа ошибок не прощает.

В салоне воцарилась краткая пауза. Даже Итан на секунду сбавил газ, невольно прислушиваясь к ее словам. В них не было страха — лишь холодная, трезвая практичность, которая контрастировала с общей беззаботной атмосферой.

—Ничего, София, скоро приедем, — обернулся Лиам и сказал ободряюще. — Помнишь, как мы в прошлый раз в палатках жили? Вот это был экстрим. А тут, я уверен, дворец.

Его карие глаза излучали теплое спокойствие. Он был тем, кто всегда находил правильные слова и гасил возможные конфликты еще до их начала.

Дорога виляла между холмами, то поднимаясь вверх, то ныряя в низины. Туман стелился по низинам, молочно-белый, густой, и машина ныряла в него, как в облако, а потом выныривала с другой стороны, вся мокрая, блестящая в лучах восходящего солнца.

Поля сменяли друг друга — золотые, жёлтые, зелёные, — и каждое было по-своему красиво. На одном паслись коровы, и они провожали машину задумчивыми, влажными глазами. На другом стоял одинокий, старый дуб, раскидистый, могучий, под которым, наверное, можно было спрятаться от дождя.

Туман начал рассеиваться с восходом солнца, открывая влажные, сверкающие на солнце поля и темную полосу леса вдали. Именно в этот момент микроавтобус, с грохотом преодолев последний ухабистый подъем, замер на краю поляны. Поездка подходила к концу, София была компетентной, подготовленной, но слегка надменной. Она была тем человеком, который всегда ожидает худшего. И, как оказалось позже, была не так уж неправа.

— Откуда твой дед взял этот участок? — спросил Кай, который обычно молчал в таких разговорах.

— Он вырос в этих местах, тут неподалеку есть деревня, тут жили еще его родители, — ответил Оливер. — А потом в пятидесятых, после войны, захотел тишины. И земли. Вот и купил этот домик почти за бесценок.

— И теперь он твой, — улыбнулся Итан.

— И теперь мой, — кивнул Оливер.

Он не сказал, что домик был ветхим, почти разваливающимся, что крыша текла, а печь дымила. Он не сказал, что дед последние годы почти не выходил из дома, а бабушка умерла за десять лет до этого. Он не сказал, что это место было для него не просто дачей, а памятью. Самым дорогим, что у него осталось от детства.

Дорога совсем стала разбитой. Машину трясло так, что зубы стучали, а посуда в багажнике звенела, как колокольчики.

— Ну и дорога! — простонал Итан. — Как тут можно ездить?

— А никак, — ответил Оливер. — Поэтому дед ездил редко. В основном ходил пешком. Говорил, что дорога — это лишнее. Что настоящая жизнь начинается там, где заканчивается асфальт.

— Философ был твой дед, — заметил Кай.

— Был, — согласился Оливер.

Он замолчал, глядя на дорогу. На выбоины, лужи, камни. На берёзы, которые росли так близко к дороге, что ветки хлестали по стёклам.

Дорога в последний раз вильнула, поднялась в гору, и они увидели дачу.

Старый микроавтобус, натужно урча, преодолел последний подъём и замер на небольшой, заросшей травой поляне. Двигатель чихнул напоследок и заглох, и в наступившей тишине стало слышно, как где-то далеко, в лесу, кукует кукушка.

— Приехали! — с триумфом объявил Итан.

Глава 2

Перед ними, на фоне проясняющегося неба, стояла она. Дача. Серая, обшитая вагонкой, с покосившейся крышей и заколоченными ставнями. Она не выглядела заброшенной — скорее уставшей, присевшей от времени на корточки, как старая лошадь, которая уже не может бежать, но ещё помнит, как это делается.

Крыша, крытая когда-то красным железом, теперь была ржавой, кое-где проржавевшей насквозь. В одном месте зияла дыра, заколоченная куском фанеры, в другом — росла молодая берёзка, чудом пробившаяся сквозь шифер. Водосточные трубы давно отвалились, и дождевая вода стекала прямо на фундамент, вымывая из-под него землю.

Фасад когда-то красили в светло-жёлтый цвет, но краска облупилась, обнажив тёмную, прогнившую древесину. Местами вагонка отошла, и сквозь щели было видно пожелтевшую вату утеплителя. Ставни, выкрашенные в зелёный, висели криво, петли проржавели, и одна из них вообще держалась на честном слове и одном гвозде.

Хлоя брезгливо морщилась, оглядывая строение, но в ее глазах читалось любопытство и облегчение от того, что тряска закончилась.

Кай молча вышел, потянулся и, прислонившись к капоту, устремил взгляд куда-то дальше дачи, на открывавшийся за ней простор — бескрайнюю долину, утопающую в зелени, с извилистой лентой реки внизу.

Лиам принялся выгружать рюкзаки, в одном из которых болтались угли и мясо. Он на мгновение остановился, прислушиваясь к тишине. Она была не городской, не уютной. Она была гулкой и бездонной. И где-то на краю сознания, сквозь щебет птиц, ему почудился другой звук — тихий, влажный вздох, доносящийся со стороны темного леса за полем.

— Ну и халупа! — выдохнул Итан, с размаху ставя на скрипучую веранду ящик с водой.

Да иначе и не назовешь. Не дом, а ветхое строение, которое, казалось, держалось только по привычке. Серая обшивка местами отходила, обнажая гнилую вату утеплителя, а крыша над верандой просела, словно уставшая спина.

— Зато своя! — парировал хозяин сего великолепия, Оливер, широко улыбаясь.

Он оглядел дом, пытаясь увидеть его не своими глазами, который помнил это место с детства, а глазами друзей, которые видели его впервые. И понял, что картина, мягко говоря, не впечатляла.

— И людей нет! Ни души! Чистый воздух!

Оливер обнял за плечи свою девушку, Хлою. Та брезгливо морщилась, оглядываясь по сторонам, но в ее глазах читалось любопытство.

— Воздух и правда огонь, — согласился Кай, высокий и спокойный, прислонившись к косяку. Его взгляд был устремлен куда-то дальше дачи, в простор, открывавшийся за ней.

Итан хлопнул в ладоши, его громкий голос разнесся по тихому полю, заставив Хлою вздрогнуть.

—Ладно, архитекторы! Не в дворцах же сокровища прячут! Разгружаемся, мужики! Девушки пусть ищут, где тут у нас царские покои, — он многозначительно подмигнул Оливеру.

Последний лишь смущенно ухмыльнулся и, достав из кармана ржавый ключ, направился к крыльцу дома. Крыльцо было самым печальным зрелищем. Ступеньки, когда-то деревянные, теперь прогнили и провалились. Вместо них лежали две старые, грязные доски, перекинутые через пролом. Перила отсутствовали вовсе — только два торчащих столбика напоминали о том, что они когда-то были.

— Мы точно не упадём? — с сомнением спросила Хлоя, смотря на это сооружение.

— Точно, — соврал Оливер. — Я тут сто раз ходил.

Он первым ступил на доски. Те жалобно скрипнули, прогнулись, но выдержали.