Анна Сешт – Сердце демона (страница 70)
Аштирра упрямо вскинула голову, хотела возразить, но подходящих слов не нашлось. Можно было просто выйти, хлопнув дверью, не видеть его и не слышать. А можно было всё-таки выслушать и узнать… Тяжело вздохнув, жрица села за стол. Брэмстон бережно спрятал амулет, поставил между ними кувшин вина из тех, что они привезли с собой для Раштау, и сел напротив.
– Твой отец не приходил в Сияющий – он послал Тианеру. А вот она в свою очередь встретилась с Эймер и Фельдаром – и со мной. Раштау нашёл могущественного союзника, так передала нам Нера. Ещё сказала, что большой отряд там будет совершенно бесполезен. В этот раз они и хиннан не звали. Насколько мне известно, Эймер пригласила только трёх своих доверенных учеников, а Фельдар ушёл с парой боевых товарищей.
«…в грядущей битве я далеко не беззащитен».
– Кто их могущественный союзник?
Брэмстон покачал головой.
– Об этом мне ничего неизвестно. Ещё Эймер предполагала, что Раштау нашёл способ вернуть себе дар, но то было лишь предположение.
– Как же смешно тебе было наблюдать за всеми моими поисками в свитках, когда ты уже всё знал, – Аштирра поморщилась.
– Нет, – серьёзно ответил рэмеи, накрывая её ладонь своей. – Смешно мне не было. Я восхищался тобой.
Жрица отвела взгляд, но руку не отняла.
– И куда они отправились? Где искать Предвестника?
– Их целью было сорвать некий ритуал. К этому готовился твой отец, и он точно знал, что делает. Больше я ничего не могу рассказать, Аши… Они вернутся, обязательно. А прежде мы получим знак в подтверждение.
– Толку с тебя немного, прямо сказать, – обиженно фыркнула девушка.
Рэмеи пожал плечами, откупорил кувшин.
– Зато я умею выбирать вино. Да и другие мои таланты тебе нравятся.
Аштирра вздохнула.
– Ты дал слово моему отцу, но и мне сейчас пообещай, Брэмстон. Если что-то случится – мы отправимся за ними. Ты всё расскажешь мне без утайки. И… ты же пойдёшь со мной?
– Не обещаю, что отправимся за ними, – серьёзно ответил менестрель. – Но, если придётся – конечно же, я не буду просто дежурить у котла, дожидаясь вашего возвращения.
Аштирра с благодарностью кивнула и наконец пригубила вино – пряное, с гранатовым привкусом, как ей нравилось. Удивительно, что она вообще сейчас различала вкус. Собственная беспомощность вызывала в ней даже больше злости, чем замалчивания Брэмстона. И хотя разумная её часть понимала, что ей не сравниться с верховной чародейкой и искуснейшим целителем, могучим дворфийским воином и охотницей, исследовавшей десятки опасных троп, – осознавать, что её просто спрятали, задвинули, всё же было обидно. Даже демон-хранитель, похоже, был на стороне Раштау… И некстати вспомнилось то яркое ощущение стеклянной чаши и огонька светильника.
Но как бы она ни сердилась на отца и остальных, она беспокоилась, безумно переживала за них. И, хоть и не желая в этом сознаваться, понимала, почему Брэмстон поступил так, как поступил.
Менестрель отпил вина, наклонился потрепать притихшего Чесема за ушами. Некоторое время Аштирра смотрела на них, борясь с собой, потом всё же проговорила чуть слышно:
– Я тебя тоже люблю.
– Я знаю, – улыбнулся Брэмстон.
Серебряный браслет тускло поблёскивал в золотистом сиянии светильников на алтаре. Аштирра помнила каждый элемент узора, каждый оттенок камней и эмалей на инкрустации и, конечно, каждый иероглиф надписи.
«Умиротворение сердца Владыки, надежда рэмейской земли. Она оберегала воинов, сплачивала сомневающихся, и мятежные сердца прозревали, заслышав её слова».
Когда-то отец подарил этот браслет ей, но спрятал после ритуала открытия памяти, когда Аштирра едва вынырнула из омута чужой жизни… Чужой ли? И почему-то именно сейчас Раштау счёл необходимым вернуть его. «Как о многом нам нужно поговорить, – говорилось в его письме, и упоминалось также: –
Сейчас Аштирра не хотела никакой памяти – желала лишь убедиться, что с отцом всё хорошо, и потому молила Аусетаар, чтобы Всплеск наступил как можно скорее. Раз за разом она перечитывала письмо Раштау, надеясь обнаружить там скрытые смыслы, намёки на то, что произошло и где его искать. Но ведь он никогда даже толком не рассказывал ей ни о культе, ни о Предвестнике. Брэмстон упоминал ритуал – но какой и где он должен случиться? Скорее всего, в одном из древних Мест Силы, вроде некрополя Шаидет. Тогда, на подступах к гробнице Кадмейры, Раштау ведь уже сорвал масштабный ритуал Предвестника. Может быть, они снова отправились в Шаидет? И почему отец называл этот бой решающим – что задумал его враг? Расспрашивать об этом Брэмстона было бесполезно – он твёрдо держал данное её отцу слово. Аштирру это и восхищало, и возмущало одновременно. С одной стороны – преданность их семье, бесконечное уважение к Раштау и его воле. А с другой – ведь ей-то Брэмстон мог и должен был рассказать! В итоге она предпочла сбежать к священному озеру – очистить тело и мысли, – а потом просто уединиться в святилище, чтобы как-то привести свои разум и чувства в порядок.
Всё казалось каким-то неправильным мучительным сном, от которого очень хотелось проснуться. Хорошо, что в этом сне она по крайней мере была не одна и, как бы ни сердилась на Брэмстона – была благодарна ему за всё тепло его поддержки.
Тихо жрица пропела воззвание Богине. Шелестящий перезвон систра в собственной руке напомнил ей о бережно подготовленном отцом Посвящении. Она почти слышала речитатив молитв Раштау в эхе собственного голоса. Всё здесь напоминало о нём – шлейф его присутствия витал в этом храме, как ароматы ритуальных благовоний, впитываясь в каждый камень.
– Пожалуйста, только возвращайся скорее, – прошептала Аштирра, садясь у алтаря, зная, что Богиня не обидится за непочтительность.
Почему-то ей вспомнилась одна из бесед с демоном-хранителем – та, где он поведал, что тоже чтит Аусетаар. А потом они вместе пели гимн Владычице Таинств в Обители Таэху, не тронутой временем. Отстроив своё сознание, Аштирра коснулась их связи… снова ощутила ясный отклик, но не было ни слов, ни образов.
– А ты знаешь, где он? Сможешь найти его? – прошептала девушка, обращаясь к демону. – Он говорил, что нашёл Сердце, а тебе ведь что-то об этом известно… Смотри, я вернулась домой, только Обитель теперь совсем иная, чем в твоих видениях. И здесь нет нашего Верховного Жреца… Помоги мне найти его, очень прошу.
В какой-то миг показалось, что связь между ними дрогнула, натянулась, словно он вот-вот готов был ответить… Но потом его присутствие снова стало отдалённым – в храме были только Аштирра и её Богиня.
Девушка осталась ночевать в святилище, разложив походное одеяло недалеко от наоса. Она надеялась получить ответ через сны, но в ту ночь ей не приходило никаких даже самых смутных видений.
И всё же Аусетаар, должно быть, услышала свою жрицу, потому что Всплеск случился уже спустя полтора дня. Но проснулась Аштирра не от Всплеска, а от звучания знакомого голоса у самого уха, словно кто-то склонился над ней и явственно произнёс:
«Ты нужна своему отцу, Аштирра Таэху».
Глава тридцать седьмая
Секкаир
Аштирра вскинулась, не сразу поняв, спит или бодрствует, огляделась. В храме, кроме неё, никого не было, и всё же она была уверена, что голос звучал совсем рядом.
Девушка привыкла слышать его только во снах. Сколько раз жрица, когда нить их связи окрепла, просила его отозваться и наяву, но лишь сейчас демон обратился к ней так.
– Что с ним? Где он, тебе известно? – шёпотом спросила Аштирра, боясь что-то нарушить. Ведь это во снах можно не задаваться вопросами, как такое вообще возможно, – но слышать голоса призраков наяву не входило в спектр её талантов.
«Раштау одержал великую победу, но сейчас ты нужна ему. Я смогу провести тебя к нему, но ты должна спешить…»
– Как я вообще могу тебе верить? – уже увереннее уточнила жрица. – Одно дело – созерцать прекрасные видения, и совсем другое – следовать за голосом из снов хайту знают куда. Может, ты отведёшь меня совсем не к отцу.
Ей показалось, что в тот момент он улыбнулся – будь у него облик.
«Раштау оставил тебе письмо в тайнике у наоса Аусетаар, в котором просил не следовать за ним. Таково и было его изначальное намерение».
Откуда демон мог знать про тайник? Отец никогда бы никому не рассказал!
«У западной статуи стража из чёрного камня остался обломок колонны, – добавил голос. – В детстве ты пробовала забраться на него, упала и сильно повредила ногу. Твой отец отнёс тебя на руках в святилище и впервые показал, как сращивать кости. На ступне, ближе к среднему пальцу, остался едва заметный шрам».
Аштирра похолодела, а демон продолжал перечислять малозначительные детали из их с отцом жизни, которые ему неоткуда было знать. Её любимые истории, вопросы, которыми она маленькой пытала Раштау, забавные воспоминания из обучения… Каким-то образом он словно открыл ларец её памяти, вытряхнув оттуда все сокровища, слишком личные, чтобы кому-то о них рассказывать.
– Возможно… возможно, ты и правда просто часть меня! Вот почему столько обо мне знаешь, – потрясённо проговорила девушка наконец.
Его ответ был похож на вздох, порыв лёгкого бриза, в котором угадывались слова:
«Не больше, чем ты – часть меня…»