Анна Сешт – Берег Живых. Выбор богов. Книга вторая (страница 26)
Хатеперу тоже стало не по себе, тем более при мысли о том, что жрец Сатеха скрывался где-то рядом – настолько близко, что мог проследить за ним.
– Мы исполнили твой приказ, не подали виду, не препятствовали ему.
– Хорошо. А что внутри?
– Внутренний взор Таэху не обманешь, даже когда обманываются глаза… Столько Силы!.. – она изумлённо покачала головой. – Да, он очень силён. Не уверена, что мы с Интефом справились бы, если б пришлось принять бой. То, что мы видели в Перкау при вспышках охватившего его безумия – бледная тень. Такую Силу, как у этого колдуна, не скрыть ни под одной маской. Он умеет приглушать её сияние, но оно пробивается, как солнечный свет через растрескавшуюся корку ила.
Хатепер слышал в её спокойном голосе нотки глубокого потрясения. Встреча, пусть и краткая, произвела на Итари поистине неизгладимое впечатление. Он почти пожалел, что подверг своих дознавателя и целительницу такому риску, хоть и не сомневался в их силе. Но жрец Сатеха – «чародей с двумя лицами», носивший в тот день лицо его, Хатепера, – пришёл не сражаться, а забрать своего брата по служению. На это и рассчитывал дипломат, когда затеял свой план с объявлением казни. Жрецов у Владыки Каэмит было слишком мало, чтобы они пожертвовали кем-то из своих. На протяжении истории они вообще не жертвовали своими, если того не требовал их Бог – но тогда жертва была добровольной.
Выслушав подробный рассказ Итари о маге, о песчаной буре, которая стихла столь же внезапно, как и поднялась, Великий Управитель уже не знал, радоваться своему открытию или ужасаться.
– Где сейчас Интеф?
– В пустыне. Пошёл по следу… точнее, попробовал взять след, пока тот не остыл, – взгляд Итари потемнел. – Буря была порталом, мой господин… понимаешь?.. Порталом, для которого не требовалось святилище. Она не просто скрыла их уход – она
– Туда, где находится их храм, – кивнул Хатепер, сжав руку в кулак, всё ещё не в силах поверить. – Боги, надеюсь, твой брат будет благоразумен и не обнаружит своё присутствие, даже если найдёт то, что ищет.
– И я надеюсь, – тихо отозвалась целительница. – Мой господин, прости, если мы не оправдали твоих ожиданий. Но прежде нам не доводилось сталкиваться
– Вы оправдали их даже больше, чем я мог рассчитывать, – возразил дипломат. – А задачи
– Это возможно. Кровь бальзамировщика… и кровь моего брата, начавшего распутывать нити прежде, чем они померкли для стороннего взора окончательно. Как бы хорошо ни было скрыто это святилище в песках – мы найдём его. Но на это потребуется время… не могу предсказать, сколько времени.
– Самое главное у нас уже есть, Итари, – Хатепер ободряюще улыбнулся ей. – Подтверждённое знание. То, что действительно существует, искать гораздо проще, чем смутный кошмар.
– Удивлена, что ты хочешь видеть меня одну, госпожа моя, – проговорила вельможная дама, пригубив вина, и обхватила чашу сморщенными ладонями с почерневшими, но безупречно ухоженными когтями. – Что я могу сделать для тебя, сиятельная?
Амахисат внимательно смотрела на свою союзницу, взвешивая, раздумывая, не совершает ли прямо сейчас фатальную ошибку.
– Я знаю, что ты верна мне и нашему делу всем сердцем. И у тебя гораздо больше причин желать краха высокорождённым, чем у многих из нас.
Тёмные глаза Хекетджит блеснули, но она лишь молча с достоинством кивнула.
– Я решила передать тебе моего пленника, мать рода Мерха, – тихо проговорила царица. – Но ты должна поклясться мне, что никто не узнает о нашем уговоре, и что принц останется жив. Поклянись благополучием душ своего рода, благословенным посмертием всех, кого ты потеряла.
Старуха облизнула сухие губы.
– О смерти подчас молят как о величайшей награде… и есть много способов ответить за преступления своего народа.
– Цена может быть высока. Великий Управитель ищет его. Владыка будет искать его.
– Я умру с этим знанием, даже если Владыка Обеих Земель отринет меня. Другой награды мне не нужно, лучезарная царица… Месть за мою родную кровь…
Она соскользнула с кресла, преклонила колени перед Амахисат, сжав руки царицы с силой благодарности, для которой не было слов… а потом произнесла клятвы, запечатывая договор.
Глава 29
Облачённая не в простую короткую тунику, а в бирюзовый калазирис из тончайшего льна и ритуальные украшения, царевна вступила в привычный мистический полумрак мастерской. Сегодня она пришла сюда уже не как подмастерье, но как высокая гостья. Вернуться в Хенму предстояло спустя месяц-два, а всё же нельзя было не зайти, не попрощаться.
Мастер поднялся ей навстречу, приветствовал глубоким почтительным поклоном, подчеркнув тем самым, что перед ним не ученица, а царевна Эмхет. Анирет улыбнулась и чуть кивнула, ощутив вес диадемы, от которой уже отвыкла.
– Мы отбываем завтра с рассветом, – сказала она.
– Знаю, госпожа моя.
– Я хотела поблагодарить тебя за всё.
Взгляд мастера потеплел, но больше ничто не выдало того, как он был тронут.
– Твоё обучение, госпожа, ещё далеко от завершения, – сухо проговорил он, хотя его глаза улыбались.
– Знаю, учитель, – в тон ему отозвалась Анирет, насмешливо прищурившись. – Не успеешь насладиться празднествами Разлива, как я уже снова буду здесь.
– А я буду ждать.
– Да хранит тебя Великий Зодчий, – искренне пожелала она и собралась уже уходить, когда старший рэмеи подался вперёд.
– Постой… Есть кое-что…
Анирет вопросительно посмотрела на него. Мастер всегда был немногословен, вот и сейчас ничего толком не объяснил. Он отошёл к стоявшим друг на друге корзинам с инструментами и заготовками, извлёк из маленького плетёного ларца что-то, завёрнутое в отрез льна, и вручил ей.
– Это тебе, госпожа моя царевна. Чтоб охраняла.
Царевна развернула свёрток. В ладонь ей легла небольшая фигурка, выточенная из дорогого лазурита – тёмно-синего с золотыми прожилками. Статуэтка изображала Тамерскую львицу, воинственную ипостась Золотой. Она была похожа на ту, которую сама Анирет лепила недавно, только выполнена была со всей искусностью и освящена энергиями храма и самого мастера-жреца. Сильная вещь, настоящий амулет – царевна чувствовала вибрирующее тепло камня в ладонях. Подарок был зна́ком, хотя мастер не мог знать о её будущей роли. Львица Сахаэмит, карающая сила солнца, была, помимо прочего, и защитницей Ваэссира, защитницей трона.
– Благодарю тебя. Она прекрасна!
Мастер неловко, немного смущённо пожал плечами.
– Кое-каких успехов ты всё же добилась, – скупо похвалил он, но в его устах это дорогого стоило. – Я повторил твой замысел. Возвращайся, и я научу тебя, как приблизиться к настоящему мастерству.
На этом они распрощались. Анирет не была уверена даже, что нелюдимый рэмеи решится присоединиться к праздничному ужину в честь её отбытия. А если б она сама не пришла попрощаться, с него бы, пожалуй, сталось и просто подложить львицу в её вещи.
У входа в мастерскую её ждал Нэбмераи, обсуждавший что-то с парой воинов из стражи, которые изначально сопровождали её и дядюшку Хатепера в путешествии. Солдаты отсалютовали царевне. Таэху молча указал на столпившихся неподалёку рэмеи. Анирет узнала группу рабочих, с которыми не один день трудилась на каменоломнях. Кто-то из мужчин держал корзины с фруктами, кто-то – яркие южные цветы, собранные здесь же, на острове. Они переговаривались и переругивались, но, завидев царевну, стушевались и притихли, а потом с завидным единодушием вытолкнули вперёд Маи. Спаситель кошек, благословлённый Анирет на счастливую семейную жизнь, был не в восторге от лишнего внимания и, не поднимая взгляд, мял края корзины, думая, что же сказать. Дочь Императора в своём подобающем статусу облачении явно смущала его больше, чем та же дочь Императора, работавшая с ним бок о бок под палящим солнцем и разделявшая трапезу на каменных блоках. Царевна ободряюще улыбнулась ему.
– Мы тут, это… госпожа моя… в общем, вот так, – «красноречиво» изрёк он и поставил свою корзину с фруктами ближе к ней – насколько позволяли солдаты и Нэбмераи.
– Хотели пожелать госпоже царевне доброго пути, – пояснил начальник работ, поднося большой кувшин пива – того самого, которое щедро раздавали в пайках. – Я им и времени дал, а они тут мнутся, – рэмеи неодобрительно посмотрел на рабочих. – Да хранят тебя Боги в грядущем путешествии. Мы будем ждать твоего возвращения, сиятельная дочь Императора.
Рабочие воодушевлённо загалдели, подтверждая, что будут ждать. Царевна растроганно улыбнулась, глядя на своих товарищей.
– Благословят Боги вас и ваши семьи. Благодарю вас за ваши дары! Распоряжусь, чтобы их отнесли в мою ладью.
– Да мы это… и сами ведь могём, да? – Маи обернулся к остальным.
Мужчины согласно загалдели и, получив одобрительный кивок от начальника работ, выжидающе посмотрели на царевну и солдат. Анирет подала знак воинам, чтобы проводили рабочих к пристани, где ждала «Серебряная».
– Тебя и правда любят здесь, – тихо проговорил Нэбмераи. – Не удивлюсь, если однажды воздвигнут маленький алтарь, как покровительнице.
– Погоди, я пока что жива, – весело возразила царевна, удержавшись от того, чтобы не стукнуть его шутливо по плечу.