Анна Сешт – Берег Живых. Буря на горизонте (страница 42)
Последние слова Клийи вреза́лись в его разум, смешивая мысли, и страх – не за себя, а за то, что могло произойти, – скручивал внутренности.
Ренэф тряхнул головой, не вполне понимая смысл слов Тессадаиль.
– Остановите наступление! – рявкнул он. – Иначе эльфея умрёт!
Нового залпа стрел не последовало. Несколько мгновений царила звенящая тишина.
– Ну же, кричите, – шепнул он Тессадаиль по-эльфийски, сильнее прижимая её к себе.
Её самообладание поражало. Она только положила лёгкую узкую ладонь поверх его руки. Возвысив голос, она не крикнула даже –
– Меч царевича рассечёт нить моей жизни! Остановитесь, прошу!
Больше никто не стрелял. В следующий миг из темноты с обеих троп медленно выступили несколько фигур. Эти воины не носили знаков различия. Их доспехи и оружие были в основном лебайские и эльфийские, но встречались даже рэмейские. Ренэф не мог прикинуть, сколько их на самом деле – большинство скрывались в ночи, – но он верил на слово Нератису: перевес был на стороне врага.
В этот момент царевич вдруг отчётливо понял, что большинство верных ему воинов погибнет этой ночью в холмах. О том, чтобы сдаться, не могло быть и речи.
– Пропусти, – кивнул он ближайшему воину.
Солдаты перестроили боевой порядок, по-прежнему защищая Ренэфа, но при этом дав ему выйти вперёд. Удерживая хопеш у шеи эльфеи, царевич остановился и презрительно посмотрел на нападавших.
– Вы находитесь на территории, ныне принадлежащей Таур-Дуат, – холодно произнёс он. – Сейчас вы сложите оружие и дадите моему отряду возможность беспрепятственно пройти. Это приказ.
Никто не рассмеялся, но и исполнять приказ царевича не спешили.
– Кто ваш командир? Пусть выйдет и держит ответ перед сыном Императора!
Тишина. Да как они только смели?! Ярость начала подниматься в нём, замещая собой горькое понимание действительности. Ренэф коротко качнул головой, отдавая безмолвный приказ. Взмах клинка, приглушённый возглас. Один из его солдат выбросил вперёд труп эльфийского лучника. Смерть его была быстрой и чистой… необходимой.
Тессадаиль только судорожно вздохнула. Царевич почувствовал её дрожь, но эльфея быстро справилась с собой.
– Следующим будет её страж, – предупредил Ренэф. – Потом – она сама.
Через несколько тяжёлых тягучих мгновений воины справа убрали мечи в ножны и расступились.
– Так-то лучше, – бросил царевич. – Выдвигаемся!
Тесно сомкнув щиты, рэмеи покинули лагерь.
Тропа была слишком узкой. Двигаться приходилось по двое или по трое.
Их никто не пытался остановить. Ренэф воспрянул духом, и к нему вернулась былая уверенность. Ценой всего одной жизни – жизни остроухого чужака – он выведет своих отсюда.
Но нет, жизнь ведь прервана не одна… были ещё убитые разведчики Нератиса. И только хайту знают, сколько ещё врагов таилось в этой проклятой лебайской ночи. И что, забери их всех Охотник фейских чащоб, имела в виду Тессадаиль, говоря, что пришли
Солдаты запалили факелы. Скрываться уже не имело смысла, а вот риск в темноте переломать себе кости или свернуть шею был вполне реальным. Слева от них высился плохо просматривавшийся крутой каменистый склон, поросший колючим кустарником и деревьями, заваленный огромными валунами. Справа был не менее отвесный спуск. Открытый участок был коротким – далее тропа, петляя, уходила в небольшое ущелье, но при этом значительно расширялась. Был ещё другой путь – через кипарисовую рощу, но дорога до неё была неудобной: нужно было спуститься ниже по камням. Сейчас, когда на вести от разведчиков надежды было мало, Ренэф не знал, какой путь окажется более безопасным.
Позади ночную тишину проре́зал чей-то крик. Зазвучали возгласы и звон оружия. Наверху что-то сверкнуло. Инстинктивно Ренэф оттолкнул эльфею себе за спину и заслонил и себя, и её, принимая на щит горящую стрелу.
– Это ловушка! – отчётливо прозвенел голос Нератиса откуда-то слева и сверху, но следующие его слова потонули в общем гвалте.
Ренэф зарычал от бессильной злости и обернулся. Он не мог перестроить отряд, не добравшись до расширения тропы. Часть его солдат, замыкавшая строй, приняла первый удар, и он ничем не мог помочь им.
– К ущелью! – крикнул он. – Держать строй!
– Господин!.. – голос полуэльфа прервался.
– Нератис, где твои лучники, забери их твой Рогатый Охотник?! Прикрой нас!
Путь до ущелья показался вечностью. Они бежали, оступаясь, едва не срываясь. Люди Нератиса, скрывавшиеся среди валунов над тропой – сколько бы их там ни оставалось, – и без приказа Ренэфа отстреливали нападавших. Но, насколько мог судить царевич, вычленяя отдельные звуки из общей какофонии, бой завязался и наверху. Чей-то труп упал прямо в строй, сбив с ног его телохранителя. Рывком царевич помог солдату подняться. Из тела погибшего торчала пара эльфийских стрел. Ренэф выругался и тут же потерял равновесие, когда ему под ноги упал кто-то ещё – враг или друг, уже было не разобрать. По возможности прижимаясь к склону, ремэи продолжали бег. Свет факелов делал их уязвимыми, но бежать в темноте было и вовсе глупо.
За спиной один из рэмейских солдат, оступившись, с криком покатился по склону. Помочь ему никто не успел. Далеко позади воины, замыкавшие шеренгу, ожесточённо бились, прикрывая отход. Изредка ночь прореза́ли вопли, когда кого-то сбрасывали вниз.
Войдя в ущелье, рэмеи наконец сумели перегруппироваться и отбросить противника. Отряд заметно поредел, но и у нападавших, как отметил про себя царевич, исчезло преимущество: им пришлось отступить, поскольку узкая тропа выводила их прямиком к рэмейскому отряду. Кому-то не суждено было закончить этот путь – уцелевшие лучники Нератиса не щадили никого.
Ренэф послал одного из солдат разведать путь. Меж тем к отряду присоединился полуэльф, который отвёл оставшихся своих людей в ущелье. Царевич надеялся, что глаза подводили его, но ему показалось, что в распоряжении Нератиса остался неполный десяток воинов. Его собственный отряд с двадцати солдат уменьшился до тринадцати.
Тессадаиль была здесь, как и её страж. Удивительно, что никто из эльфов не попытался сбежать вниз по склону в рощу – в общей суматохе по крайней мере у бывшего командира отряда шансы были. За эльфеей же следил сам Ренэф.
Полуэльф приблизился к царевичу и тихо проговорил:
– Какое-то время мы сможем здесь продержаться. Но я боюсь, господин мой, что твой солдат не вернётся. Я бы предложил пойти на прорыв, а потом спуститься в рощу.
– На склоне мы будем как на ладони.
Нератис поморщился.
– Мой царевич, я уверен, что там нас ждут. Попытать счастья мы можем только внизу.
Продолжать спор было неуместно. Нападавшие, прикрываясь щитами, уже спешили по тропе. Лучники Нератиса, пристроившись между солдатами, пускали стрелу за стрелой в темноту – судя по доносившимся оттуда крикам, многие достигли цели. Но запас стрел был почти истрачен ещё на подходе. Вскоре бой завязался снова. Оборона рэмеи была надёжна, как крепостная стена, но и их силы не были бесконечны. Ренэф не знал, сколько они продержатся. Рано или поздно им придётся либо идти на прорыв вперёд, либо отступать дальше в ущелье. Нератис послал кого-то из своих за подкреплением, как велел ему царевич, но доберутся ли они в срок? Да и доберутся ли вообще? До патрулей, охранявших окрестности города, по прикидкам Ренэфа, было не так далеко… если только речь не шла о немедленном бое. К тому же нельзя исключать, что ночное нападение было совершено лишь с целью вымотать рэмеи, а основные силы врага ещё только на подходе. Нет, они не могли ждать.
Солдат всё не возвращался.
– Помоги мне разведать, что позади. Будем отходить в ущелье, – велел Ренэф Нератису.
Полуэльф хотел было возразить, но потом лишь сдержанно поклонился, подозвал к себе двоих и скрылся.
Ожидание было для царевича невыносимо. Под ликующие крики своих воинов Ренэф сменил одного из них на передовой, выплёскивая на врага всю свою бессильную ярость. Его щит тараном теснил нападавших. Он почти физически чувствовал, как отряд сплотился вокруг него, как одно его присутствие насыщало солдат новой силой.
Мощный удар его щита отбросил кого-то из людей вниз, в голодную ночь. Короткое мгновение он видел ужас во взгляде ближайшего противника, но не ощутил удовлетворения. В следующий момент его хопеш уже рассёк податливую плоть, жадно вгрызаясь в кость. Он толкал и рубил, отвоёвывая у противника пядь за пядью. А потом его враги бежали обратно во тьму, из которой появились. Окружившая отряд тишина была так внезапна, точно он вдруг оглох. Ренэф опустил хопеш, вглядываясь вперёд, и затем отдал приказ перегруппироваться. Им была дарована передышка, но вряд ли долгая.
Закинув щит за спину, Ренэф зашагал к своим пленникам. Солдаты коротко доложили, что из ущелья пока никто не возвращался. Тропа всё так же казалась пустой.
Тессадаиль с тревогой вглядывалась в темноту, в которой недавно исчезли Нератис и пара разведчиков. Хайту знают, о чём она там думала. Рядом с ней сидел её страж, связанный. Сбежать никто не пытался. Эльфея даже не сделала попытки развязать своего спутника – благоразумно не стала испытывать судьбу.