Анна Сешт – Берег Живых. Буря на горизонте (страница 39)
После чинного обмена приветствиями командир отряда, эльф – один из стражи Высокого Лорда Сильри, как пояснила Тессадаиль, – повелел вывести вперёд пленников. Из трёх человек, скованных между собой цепью, лишь один побледнел и едва не лишился чувств при виде имперских солдат, но его мольбы о пощаде были жёстко пресечены эльфийскими воинами. Вельможа, возглавлявший шеренгу, смотрел на рэмеи бесстрашно и прямо. Третий пытался сохранять достоинство, но во взгляде его всё же угадывался страх. Что до лорда Ассаи, тоже в цепях, но не прикованного к остальным, он выглядел абсолютно безучастным к своей судьбе. Простую тунику он носил так, точно она была выткана из лучшего льна или эльфийского паучьего шёлка, а цепи – словно они были золотыми украшениями с самоцветами. Он смотрел на рэмеи без презрения, но с явным осознанием своего превосходства над ними.
После того как имперские и эльфийские воины ещё раз тщательно вместе проверили надёжность оков и обыскали пленников, леди Нидаэ церемонно поклонилась Нэбвену:
– Здесь мы прощаемся, господин военачальник Нэбвен из вельможного рода Меннту. Да будут дни твои долгими, и да пребудешь ты и твоя семья в добром здравии.
– Ясных звёзд, леди Нидаэ, и пусть мать земля будет щедрой к Вам и Вашему роду, – столь же учтиво ответил рэмеи по-эльфийски.
Тессадаиль тепло улыбнулась ему и прошла к своему отряду, ведя под уздцы легконогую белую кобылицу. Эльфийские, рэмейские и людские воины отсалютовали друг другу в знак мирных намерений. Имперские солдаты помогли пленным разместиться в повозке. Посланники тем временем начали собирать шатры. И даже при всей подозрительности обеих сторон друг к другу никто не заметил потенциальных враждебных действий. Отряды разошлись мирно, как и было оговорено условиями.
Нэбвену хотелось бы вздохнуть с облегчением, но тревога всё никак не отпускала его.
– Что с нами будет теперь, военачальник? – с достоинством спросил лорд Ассаи, и взгляды людей тоже обратились к старшему рэмеи. – Нас ждёт справедливый суд?
– Никто из нас не нарушит слово, – ответил Нэбвен. – Вас ждёт суд Владыки Таур-Дуат.
– До столицы Империи путь неблизкий, – вздохнул кто-то из людей. – Не случилось бы беды.
– Прежде вас доставят в Леддну, во временную резиденцию господина нашего царевича.
Лорд Ассаи равнодушно пожал плечами и замолчал, устремив взгляд вперёд. Люди зашептались между собой, но разговоры быстро прекратились, когда один из солдат, охранявших повозку, ненавязчиво тронул старшего вельможу за плечо тупым концом копья. Разумеется, в каких именно преступлениях обвинялись эти люди и эльф, объявлено не было, иначе среди воинов их ждал бы куда как более жестокий приём. Семья Императора была неприкосновенна, и сама возможность преступления против рода Эмхет вызывала в рэмеи суеверный страх.
Несколько часов пути прошли спокойно. Солдаты привычно шутили и переговаривались. Внезапно кто-то из них заметил далеко впереди движение.
– Военачальник, там всадник!
По жесту старшего рэмеи два конника из отряда выехали вперёд, чтобы перехватить всадника. Им оказался один из солдат Нэбвена, оставленных в городе в помощь Ренэфу. Более того, именно с этим солдатом военачальник велел Никесу передать весть, если что-то случится.
Быстро спешившись, гонец отсалютовал. Его конь пошатывался от усталости, всхрапывая и хрипло дыша, да и сам солдат явно не тратил лишнего времени на отдых.
– Докладывай, – велел военачальник.
Воин склонил голову и, понизив голос, сообщил:
– Военачальник, царевич покинул город, отправился в дозор в холмы немногим после твоего отбытия. Никес просил не гневаться на него за подозрительность, но счёл, что двадцать воинов – слишком много для дозора. Он опасается, что господин наш решил направиться в область Митракиса. Царевич взял с собой полуэльфа Нератиса как проводника.
– Никто не пытался остановить его? – нахмурился Нэбвен.
– Кто посмеет указывать нашему господину? – тихо возразил гонец и поклонился. – И речь ведь шла о простом дозоре.
Военачальник тяжело вздохнул, едва удержавшись от того, чтобы не схватиться за голову. Слава Богам, Никес оказался предусмотрителен.
– Может быть, царевич уже вернулся? – с надеждой добавил солдат.
– Сомневаюсь, – процедил Нэбвен.
Лошадей в распоряжении отряда Нэбвена было немного – поход предполагался пеший. Гонца и его уставшего коня разумнее было оставить с теми, кто продолжил конвоировать пленников.
Разум подбрасывал Нэбвену самые мрачные варианты развития событий, но самообладание военачальника не подводило. Бесполезно было проклинать обстоятельства и сетовать на судьбу. Он отдал необходимые приказы и взял одного из конников себе в сопровождение. Вскоре оба всадника уже во весь опор мчались к Леддне.
За перевалом лежала область Митракиса. Холмы же не принадлежали никому, и произойти здесь могло всё что угодно. Но добраться до перевала посольский отряд так и не успел.
Эльфийские лучники первыми заметили приближение рэмеи со стороны холмов и в мгновение ока наложили стрелы на тетивы. Тессадаиль предупреждающе вскинула руку. Расстановка сил была не в их пользу, да и в целом развязывать бой было неуместно. Они ждали.
Рэмеи во главе с царевичем преградили отряду путь. Имперские солдаты держали оружие наготове, но не нападали.
Эльфея спешилась, выступила вперёд и поклонилась царевичу.
– Приветствую тебя, сиятельный сын великого Императора, – доброжелательно проговорила она на рэмейском. – Всё произошло согласно нашему договору несколько часов назад.
– Бесспорно, это хорошая новость, леди Нидаэ, – кивнул Ренэф, используя эльфийское обращение.
Его щит всё ещё висел на спине, а хопеш – в петле на поясе. Как только он сделал несколько шагов вперёд, телохранители ступили за ним единым движением, точно тени. Остальные солдаты не двигались.
Всё замерло в напряжённом ожидании. Царевич окинул взглядом посольский отряд.
– Я позволю всем пересечь границу и вернуться в Митракис. Но я хочу, чтобы вы передали ещё одну весть от меня градоправителю Арфену, сыну Иория, и Высокому Лорду Сильри.
Тессадаиль склонила голову:
– Как тебе будет угодно, господин царевич. Я передам твою весть слово в слово.
– Нет, леди Нидаэ, – Ренэф спокойно покачал головой, переходя на эльфийский. –
Эльфея пристально посмотрела ему в глаза, а потом бросила взгляд за его плечо, на имперских воинов.
– Вряд ли у меня есть выбор, Ваше Высочество, – она грустно улыбнулась. – Но Вы ведь осознаёте последствия?
– Осознаю́, да.
– Ну что ж, тогда я принимаю Ваше приглашение.
– Леди Нидаэ, нет! – воскликнул командир отряда. – Мы готовы сражаться за Вас.
Тессадаиль обернулась и что-то тихо сказала своим эльфийским спутникам. Бросив на Ренэфа откровенно враждебные взгляды, они резко опустили луки и убрали стрелы в колчаны. Командир медленно, с явным усилием спрятал меч в ножны.
– Мы пойдём тоже, – заявил он. – Не будь я, Дэарн, стражем Высокого Лорда Сильри.
– Воля ваша, но мне нужна только леди Нидаэ, – спокойно ответил царевич. – Передайте своё оружие моим солдатам. Пойдут двое. Один из уроженцев Данваэннона пусть отправляется вместе с людьми к Высокому Лорду Сильри, чтобы подтвердить мои слова.
Воздух сгустился от сдерживаемой ненависти и тревоги. Люди негромко переговаривались между собой, но подчинились приказам Дэарна и здравому смыслу и не стали нападать. Трое эльфийских воинов тихо, но на удивление для этой расы эмоционально, спорили, кто именно пойдёт, пока Тессадаиль не удалось убедить одного из них остаться. В сопровождении Дэарна и второго лучника она приблизилась к Ренэфу. По его жесту солдаты окружили их и забрали оружие.
– Могу я узнать, с чем связана перемена Вашего решения, Ваше Высочество? – с достоинством спросила Тессадаиль. – Мы передали пленников, как и обещали. Разве более нет веры слову императорской семьи?
– На Вашем месте я бы поостерёгся оскорблять нас, – царевич чуть оскалился.
– Вам известны законы, оберегающие неприкосновенность послов.
– А Вам известны законы мирного договора, – он посмотрел в глаза эльфеи, стараясь удерживать свой гнев, – хотя её спокойствие раздражало – и перешёл на рэмейский: – Твои люди, госпожа, укрывают женщину, в этих местах известную под именем Мисра.
– Это имя мне неизвестно, господин царевич, – возразила Тессадаиль. – В каких преступлениях ты обвиняешь её, сиятельный сын Владыки?
Ренэф резко подался вперёд. Эльфы дёрнулись было, чтобы защитить свою госпожу, но рэмейские клинки удерживали их на почтительном расстоянии.
– Покушение на меня с помощью «Пьянящего вздоха», – прошипел он. – Мы не глупы, леди Нидаэ. Люди не получают такое оружие просто так. А создавать его умеют только чародеи Данваэннона.
Тессадаиль побледнела, но справилась с собой и ничем более не выдала своего сильнейшего потрясения.
– Как страшно в это поверить, – прошептала она. – Но господин царевич, это оружие было запрещено приказом Пресветлой королевы.
Ренэф скептически усмехнулся, давая понять, что́ думал об этом, а потом жёстко проговорил:
– Сообщи своим людям, госпожа Нидаэ, что ты останешься со мной, пока градоправитель не передаст мне женщину человеческой крови, писавшую письмо вместе с ним. Таково условие сына Владыки Таур-Дуат.