Анна Рыжак – Вороная (страница 23)
Буран отряхивался от студеной воды.
— Зойка! Делай со вторым мальцом вот так, — отец показывал, как делать искусственное дыхание.
Зоя нагнулась над Мишкой, зажала ему нос и начала вдувать воздух в рот. Несколько минут спустя оба мальчика начали выплевывать воду и откашливаться, задыхаясь от воздуха. Для надежности бывший солдат похлопал по их щекам — то ли чтобы взбодрить, то ли в качестве наказания за чрезмерную беспечность.
— Ай, мальцы! Иртыш — река могучая, утянет в свою пучину и унесет с течением на несколько километров. Хорошо, что Буран вас заметил! И вода еще ледяная. Скорее всего, из-за нее вы не смогли сами выплыть — тело сковал холод. Так или нет? О матерях своих подумали? — вразумлял он едва приходивших в себя мальчишек.
Зоя сидела над Мишкой и качала головой в недоумении. А он, увидев ее строгое, но в то же время взволнованное лицо, едва улыбнулся.
***
Ефим Петрович остался с мальчишками, Буран лег у его ног на холодную землю. А Зоя побежала к дороге, чтобы остановить первый попавшийся транспорт, чтобы быстро доставить мальчиков в мокрой одежде в тепло. Ей повезло, по дороге ехал мотороллер «Муравей» с пустым багажником. Парень остановился на ее сигналы.
— Чего тебе? — спросил молодой человек, заглушив мотор.
— Помогите! Там два мальчика чуть не утонули, мы с папой едва успели их вытащить! Отвезите их, пожалуйста, домой! Они совсем продрогли в мокрой одежде! — сбивчиво кричала Зоя, указывая на кусты возле набережной.
Юноша взволнованно побежал к берегу на подмогу. К этому моменту мальчики уже пришли в себя и рассказывали Ефиму Петровичу, что хотели испробовать новый плот, как в романах Жуля Верна, на что тот качал головой. Подоспевший парень помог им приподняться, по очереди он отвел каждого к мотороллеру и помог забраться в багажник. Благо, ехать было недалеко.
Зоя, Ефим Петрович и Буран смотрели им вслед.
— Молодец, Буран! — Зоя потрепала собаку за ухом.
— И ты тоже! Не растерялась, правильно сделала искусственное дыхание и не дала погибнуть человеку.
Только сейчас Зоя опомнилась, что практически поцеловала нравившегося ей Мишку Трубачевского, отчего краска залила ее лицо. «Надеюсь, он этого не вспомнит», — думала она, опустив взгляд на перепачканные песком ботинки.
— Идем домой, ты совсем промок, папа.
— И Буран тоже…
Кремлёвы подошли к старинному каменному особняку.
Зоя случайно взглянула на номер дома. В водовороте неожиданного события, ворвавшегося в ее жизнь, она уже и забыла, что в порту раздумывала над числовым кодом. На доме висела табличка с номером 3!
«Первая цифра — это номер дома! А ноль? Это то, что находится под единицей! Под первым этажом! Получается, ноль — это подвал?» — осенила ее мысль. — «А что такое восемь и два? Надо будет выяснить завтра!»
Глава 16. Это все-таки правда!
Солнечным апрельским утром семья Кремлёвых сидела за завтраком в гостиной. Посреди стола стоял самовар и пыхтел густыми клубами пара. На большом блюде возвышалась большая горка румяных лепешек, в стеклянных тарелочках светилось рубиновым светом варенье.
— Наш архив в Шведской палате сейчас набирает специалистов по рванью бумаги, — рассказывала Исталина мужу, размешивая сахар в чашке.
— И что требуется делать? — поинтересовался Ефим Петрович, обмакивая лепешку в малиновый джем.
— Вырывать из дел чистые листы. Бумагу будут отправлять в учреждения города. Там сейчас такой беспорядок! Не представляешь! Бумаги — по колено. Рабочие ходят в сапогах по документам. Заведующий сказал, что архив в этом здании скоро ликвидируют и откроют там музей. В верхнем помещении уже разместилась мастерская реставраторов и фонд археологических экспонатов.
— О! У вас большая уборка!.. — Ефим Петрович одобрительно покачал головой, после чего спросил. — Ваш коллектив не сократят?
— Думаю, что просто переведут в другое помещение… Чем займемся сегодня?
— Ты дала хорошую идею, Исталина. Мы можем начать чистить подвал и чердак особняка. Слишком много мусора и старых вещей там накопилось. Когда выбрасываешь ненужные вещи — сразу дышать становится легче. Попрошу у соседа небольшой прицеп, чтобы вывезти хлам.
— Объявляется весенний субботник! — Исталина кивнула в сторону дочери, — Зоя, ты будешь грести граблями вокруг дома, счищать старую траву и мусор.
Отец заметил, что она разволновалась от слов матери, заерзала на стуле и начала крутить в руках пустую кружку в синий горошек.
«Всегда переживает, когда Исталина к ней обращается», — подумал он.
***
«Я так и не улучила момент попасть в подвал!» — на самом деле думала Зоя. — «Мама была в отпуске дома и почти не отлучалась надолго. Как бы мне поступить?».
Завтрак был окончен. Она надевала старую курточку и резиновые сапоги в прихожей. С улицы было слышно, что отец уже завел «Москвич» и въехал во двор дома с прицепом.
Зоя распахнула дверь из сеней и вышла. Лучи припекали кожу через черные штанишки. Она увидела, что отец открыл вход в подвал и спустился внутрь, потому поспешила юркнуть за ним.
Здесь пахло сыростью и землей. В тех местах, где стояли печи в доме, были укреплены кирпичные своды, тонущие в полумраке. Отец достал из кармана пыльной робы лампочку и вкрутил в висящий на одном шнуре патрон. Щелк! Желтоватый свет озарил все вокруг. Зоя увидела восемь выемок под бочки и сразу вспомнила свой сон про девушку с чемоданом.
«Баронесса показывала мне это место, а я не поняла! Значит, ко мне приходила во сне Софья?.. Она хочет, чтобы я нашла ее драгоценности?» — Зоя осматривала обстановку. — «Выемки под бочки! Их восемь! Вот что значила третья цифра!».
— Папа, что это? — на всякий случай спросила она.
— Здесь раньше хранили бочки с вином, с солеными грибами, огурцами и квашеной капустой. В подвале всегда холодно, поэтому продукты оставались свежими долго. Нам сейчас такие объемы не нужны, нас же всего трое. А раньше запасы предназначались для большой семьи: хозяева дома жили вместе со старенькими родителями и с детьми.
Пока отец выносил строительный мусор, Зоя осматривала полукруглые сооружения. Где-то над головой мать громко топала в столовой, гремела тазом, мыла посуду. Зоя присела к одной из выемок, отсчитала второй ряд сверху и снизу, второй кирпич справа и слева. Проделала этот трюк с пятью выемками, и только в шестой один из кирпичей поддался! Он не был закреплен цементом, и его можно было свободно вытащить. Зоя схватила его двумя пальцами и потянула на себя. Просунула маленькую ручку внутрь кладки и нащупала холодную, как лед, коробочку!
«Это все-таки правда!» — мелькнула мысль в ее голове.
— Я просила почистить двор от старой травы! — прогремел недалеко голос матери.
Зоя подняла глаза и увидела ее в дверях подвала. Свет с улицы освещал ее со спины. Мгновение Исталина постояла на месте, а потом начала спускаться вниз по небольшой лестнице, приближаясь к ней. Пришлось отдернуть руку от коробки и встать из-за укрытия. Зоя не успела даже задвинуть кирпич обратно.
— Я помогаю папе здесь, — она начала оправдываться. — Собираю мелкий мусор.
Мать практически дошла до нее.
В этот момент в дверях появился отец.
— Пусть собирает, Исталина. Мусор на дворе успеем сгрести.
Зоя снова присела и сделала вид, что закручивает ржавую проволоку в один комок. Мать, подошедшая к ней вплотную, посмотрела на нее сверху вниз.
— О! А это что такое? — заинтересованно спросила Исталина.
Сердце Зои упало в пятки.
Мать протянула руку к лежащему рядом с ней зеркальцу в резной деревянной раме.
— Какая интересная вещица! Дома пригодится! — она протерла находку краем фартука, развернулась и пошла к отцу, положив старинную вещицу в карман куртки.
Зоя не стала медлить. Она улучила момент, когда родители взяли длинный деревянный ящик для хранения овощей и потащили наверх: схватила коробку и прижала ее к спине резинкой брюк, прикрыв сверху курткой. Хотелось верещать от обжигающего прикосновения металла к коже. Но она взяла спокойно тот самый комок проволоки, ржавый утюг и понесла старье наружу. После темноты подвала солнечный свет ослеплял.
— Я зайду в дом выпить воды, — крикнула Зоя родителям, выбросив мусор в прицеп.
Мать закатила глаза и недовольно цокнула.
— Как только дело касается работы, нужно попить или поесть. Только из-за стола вышли! — ругалась она. — Минута!
Зоя зашла быстрым шагом в дом и направилась в свою комнату. Она взглянула в окно через тюль — родители продолжали вытаскивать мусор из подвала и загружать в прицеп.
Тяжелая металлическая коробка зычно ударилась о столешницу. На ней не было замков и скважин, но из-за сырости в подвале крышка проржавела и намертво срослась с основанием. Зое пришлось приложить немало усилий, чтобы открыть ее. Она тянула ее вверх до белизны пальцев.
Но вот раздался глухой шлепок…
Крышка поддалась.
Зоя открыла коробку, изнутри оббитую фиолетовым бархатом, и ахнула. Никогда прежде она не видела такой роскоши.
***
Мать трясла Зою за локоть.
— Сколько раз можно повторять? Веди смычок параллельно подставке, не заползай на гриф! У тебя что, руки-крюки?
Утро выходного дня началось с урока музыки. Зоя сделала очередную попытку сыграть произведение по нотам, правильно вести смычок и крепко зажать струны. Пальцы тряслись от напряжения.