Анна Рыжак – Вороная (страница 22)
***
— Новая прическа тебе не идёт, — заключила утром мать за завтраком. — Правда, Ефим?
— Исталина, пусть ходит с каре, раз захотела. Отрастут потом, — он невозмутимо наливал кипяток в кружку из электрического самовара.
Зоя не хотела даже смотреть на нее. Она гоняла ложкой кусочек сахара в граненом стакане и молчала. Затолкав в себя насильно несколько кусочков хлеба с вареньем, Зоя поднялась в комнату, чтобы надеть школьное платье. Сегодня она собралась быстрее, время на плетение кос было свободным. Она достала несколько вязаных крючком белых воротничков и выбирала один, чтобы повязать на темное платье. На уроках труда им показали, как делать самостоятельно такие вещицы. Ей нравилось создавать что-то красивое. На воротничок сверху она накинула красный пионерский галстук. Взяла тяжелый коричневый портфель и направилась к выходу из комнаты. Спускаясь по лестнице на первый этаж, она заметила, что мать все еще пьет чай и читает газету. Зоя торопилась надеть пальто и завязать шарф, чтобы не разговаривать с ней. Однако Исталина успела бросить ей вслед несколько слов, не отрываясь от чтения:
— Я, кстати, вчера отдала твои красивые заколки и банты соседской девочке, у тебя же все равно теперь нет длинных волос.
***
Зоя плелась в школу по раскисшей от грязи и снега дороге. Ночью потеплело, и дороги развязло. Шлепая по лужам, ее догнала Таня.
— Зойка, подожди! — крикнула она. — Брр! От быстрого шага крупинки снега попали мне в сапоги! Ох! Как ты? Успокоилась?
— На душе пустота. Хочется поскорее стать взрослой и жить своей жизнью, стать свободным ястребом и улететь куда глаза глядят.
— Приходи к нам в гости почаще, мы всегда тебе рады. Ты такая добрая и отзывчивая! Только вот характер слишком мягкий, нужно учиться защищаться, когда это нужно. Иногда ты так терпелива, многое прощаешь. Например, одноклассники этим пользуются, когда списывают у тебя или просят за них что-то сделать. Так никаких сил не хватит, если распыляться.
— Не могу по-другому, жалко всех.
— Когда ты ушла домой, я все думала о случившемся. Извини, но я поделилась с мамой этой историей. Она сказала, что нехорошие люди воспринимают душевную мягкость за слабость и начинают издеваться. Мне кажется, что твоя мать из этого числа, если честно. Она видит твою доброту, природную красоту, молодость, талант создавать что-то красивое и безупречное. И просто-напросто завидует этому!
— Разве можно ненавидеть человека и издеваться над ним только потому, что он добросердечный?
— Ты судишь по себе. Вот тебе и кажется, что это невозможно. Моя бабушка тоже постоянно оскорбляет маму и дает непрошенные советы. Мама у меня — светлая, а бабушка — темная.
— Как это — темная? — не поняла Зоя.
Они шли, взявшись за руки.
— Не знаю, я так чувствую, — задумалась Таня. — Просто темная и все. Без любви и света в душе, неприятная. На дух не выношу, потому что она обижает маму и заставляет ее плакать. Однажды я даже накричала на нее, чтобы она не говорила ей грубых слов.
— Ты такая смелая! — восхитилась Зоя.
Они быстро вскочили на школьное крыльцо и вошли в холл. Зоя боялась снять шапку, но Таня стояла рядом и морально поддерживала ее, сжав губы. Они разделись в гардеробе и пошли в класс. Многие девчонки, встретив их в коридоре, ахали и охали, не узнавая Зою. И Мишка прошел мимо, не дернул ее за косу, как обычно бывало. Теперь на переменах он сидел на парте Наташи и болтал с ней.
***
Зоя вернулась домой. В столовой ароматно пахло выпечкой. Дома никого не было. Это шанс отправиться на чердак, чтобы проверить свои догадки! Зоя сняла школьную форму и переоделась в домашнее. Прошмыгнув в комнату родителей, достала тяжелую связку ключей из расписной шкатулки и отправилась на чердак.
«Поищу старый сейф. Если он существует, тогда и найденный код подойдет! Наверное… Надо все переворошить! Вдруг драгоценности до сих пор где-то в особняке? Или в каком-нибудь старом сундуке, или в сарае?».
Она поднялась по лестнице и открыла люк наверх. Здесь было все так же пыльно и холодно. Только весеннее солнце тускло сочилось через щели крыши, немного освещая обстановку вокруг.
Зоя еще раз заглянула в деревянный ящик. Ее заинтересовали запылившиеся тетради. Она открыла первую попавшуюся, пролистала несколько страниц.
«Ну, это не новость», — подумала Зоя, закрыла тетрадь и вернула обратно, поняв, что это личный дневник бабушки Валентины.
Она прошла дальше. Сейфа не было. А вот сундуки стояли. Два. Оба были набиты разным барахлом. Старыми сарафанами, кальсонами и стертыми ботинками. Все не то.
Банки, ведра, коромысла. Прялка, чугунок, корыто. Сейф так и не встретился. Зоя вздохнула и поспешила вниз, чтобы вернуть ключи в шкатулку до возвращения матери. Она тщательно протерла ступени лестницы, ведущей на чердак, от принесенной на носках пыли. Связка ключей скрылась в ларце. Зоя спустилась на первый этаж.
«Стоит еще раз проверить библиотеку!».
Она вошла в домашнюю читальню и отсчитала третий стеллаж, восьмую полку, вторую книгу. Взяла в руки «Землю Санникова», пролистала. Ничего. Никаких намеков на клад. Она звучно захлопнула ее, и в солнечный луч, что заглядывал в окно, взвилось пыльное облако.
Отсчитала стеллаж и полку с противоположной стороны, но снова не нашла каких-то указаний на тайник. Зоя стояла посреди библиотеки, приложив одну руку ко рту, а другую — поставила на бок. Она думала.
«Проверю еще одну догадку».
Оглядела обе печи в доме, но никакие кирпичи в них не двигались, откуда бы она их не отсчитывала.
Услышав лай собаки, Зоя поспешила взяться за веник. Когда родители вошли в дом, она уже подметала пол в столовой. Мать по привычке потрогала заднюю стенку телевизора, чтобы убедиться, что во время ее отсутствия дочь не протирала дырку в диване перед экраном, а занималась учебой и делами по дому. Довольно фыркнув, прошествовала мимо, не сказав ни слова.
«Опять молчит!» — вздохнула Зоя и посмотрела, как мать вошла в свою комнату наверху.
«… Зря я это затеяла. Наверное, никакого тайника нет. А если и был когда-то, то ценности непременно забрал кто-то другой. Я — неказистая девочка с плохим характером, глупая и жадная, недостойная драгоценностей фрейлины. Почему я могла думать иначе? Все это ерунда!», — она поставила веник возле печи и поплелась в детскую заниматься уроками.
Глава 15. Спасение утопающих
— Я тебе не нравлюсь с новой прической? — спросила Зоя.
Апрельским вечером они с отцом шли к причалу, чтобы выгулять Бурана. На горизонте разливались розовые и желтые волны облаков.
— Что ты! — усмехнулся Ефим Петрович. — Разве мы с мамой тебя из-за внешности любим? У тебя золотое сердце и добрая душа. А волосы… Они были, конечно, красивыми. Но обязательно отрастут снова. Не переживай, дочка. Будут еще длиннее и гуще! Твоя бабушка — известная в деревне травница, она тебе летом поможет подобрать отвары для роста и блеска волос.
Зоя хотела улыбнуться в ответ на его слова, но не смогла. Отец просто хотел ее приободрить, но Зоя знала, что на самом деле она некрасивая и никчемная, ничем не может порадовать родителей, особенно маму.
Они вышли на берег Иртыша, ботинки вязли в песчаной почве. Зоя прислушивалась к плеску накатывающих на берег волн из-за прошедшей мимо баржи. В воде кое-где еще виднелись белые снежные вкрапления после недавнего ледохода. Буран был счастлив! Он то бросался вскачь, будто хотел найти свою стаю, то снова дружелюбно бежал рядом с ними.
«3.0.8.2 — да что же это может быть? Может, это номер телефона?» — Зоя все-таки решила снова заняться поисками. — «Нет, глупости!».
Из мыслей ее выдернул пес, он жалобно заскулил и напрягся. Переступая с лапы на лапу, он смотрел на кусты возле берега.
— В чем дело, Буран? — спросил отец и направился вперед, чтобы проверить. — Ждите меня здесь!
Но пес все равно побежал вслед за ним. Зое стало не по себе одной на пустынном берегу, поэтому и она устремилась к ивовым зарослям.
***
Недалеко от них на волнах качался плот из небрежно сколоченных досок, рядом с которым виднелись два очага всплывающих пузырей. Вдруг из-под воды показалась рука ребенка.
— Господи! Под водой дети! Но как же мне с хромой ногой…
Он не успел закончить, как Буран все понял и бросился в воду. Он схватил зубами за рукав какого-то мальчишку и потащил к берегу. Течение Иртыша было сильным, непросто с ним было справиться, но пес смог. Ефим Петрович зашел вслед за ним в воду по пояс и ждал, когда пес подплывет ближе.
Еще мгновение, и отец Зои перехватил рукав и вытащил паренька. Да это же лучший друг Мишки Трубачевского — Никита Апраксин! Зоя всплеснула руками — неужели они с Мишкой решили опробовать плот на большой реке?
Кофейный хаски поплыл за вторым мальчиком, которого уже начало уносить течение.
— Буран! Тащи его сюда! — кричал Ефим Петрович.
Пес тянул в зубах черную куртку, из-под которой виднелась синяя школьная форма с серыми пуговицами. Вот и рыжие волосы замаячили над серыми волнами. Это был Мишка!
Ефим Петрович вытащил и второго школьника на берег. Все произошло так быстро, что Зоя стояла в оцепенении, приложив руки ко рту.