Анна Рудианова – Фанатею по злодею (страница 24)
«Так же ужасен внутри, как и снаружи», — сказала о нём Цяо. Но я-то знаю, что он настоящий красавчик и прекрасный человек.
— Почему ты не боишься меня? — удивился Янхэй, его голос стал низким и угрожающим.
Эта невольная его хрипотца заставила мурашки на моей коже подняться и проскандировать: «Хотим злодея! Сейчас же!»
Что надо сделать, чтобы злодей поцеловал меня? Где тут подвал для растления невинных учениц Академии стихий?
И я выложила заготовленный текст, который проговаривала про себя каждую серию, где Янхэй злодействовал:
— Потому что я вижу, кто вы на самом деле. Вы не монстр. Вы просто человек, которому больно. Которому нужна капелька любви.
— Я не просто человек! Я «Огненный демон» и не пощажу врагов! — Тай Янхэй надавил сильнее, для этого ему пришлось встать одним коленом на кровать возле моих ног. — Что ты на самом деле затеяла? Это ловушка?
— Я не это имела в виду! Отпустите же меня!
Неуловимое движение, и меня приподняли в воздух силой ци. Я зависла над кроватью, смотря в алые глаза Тай Янхэя. Дышать стало тяжело. Сила заклубилась и обвилась вокруг шеи, щекоча кожу. Меня душили потоками ци.
— Я не позволю над собой насмехаться. — Тай Янхэй отошёл на шаг от кровати. — Даже договор не помеха.
— Да над чем я насмехаюсь? Мне нравится ваше лицо. И в гриме, и без! У вас красивые скулы, нос прямой и такие глаза! Особенно когда вы вот так красным сверкаете! — захрипела я, закопошилась и гребками поплыла к Янхэю.
Но замедлилась, почувствовав его взбешённое дыхание, и зависла у края кровати, схватившись за резную арку. Хватала воздух ртом и не могла надышаться. Волосы и ханьфу мои свесились вниз, как поникшие лепестки увядающего цветка.
— Я знал, что Ляоши странный старик. Но подсунуть мне сумасшедшую девчонку… Зачем? — процедил Тай Янхэй сквозь зубы. — Я буду следить за тобой, пока не раскрою твой план. Признайся, тебя послал император?
Я закатила глаза:
— Реально думаете, что император придумывал бы такие-то уловки? Знай он о вас в Академии, просто стёр бы её в порошок. Вы его методы лучше меня знаете.
Да, правитель двенадцати царств сентиментальностью не отличался. Резал сразу и по живому.
Тай Янхэй сжал кулак. В глазах у меня потемнело. Не так я представляла ночные ласки. Ему к психологу надо. С таким отрицанием симпатии со стороны девушек!
— Я не потерплю шпиона возле себя, — прошипел Янхэй, явно наслаждаясь моей болью.
— Тогда зачем спасли меня? — прохрипела я, тщетно разрывая магию руками.
Алые нити ци крепко врезались в кожу, они жалили и стягивали горло. И не реагировали на материальное вмешательство. А ци моя отказывалась формироваться во что-то более тяжёлое, нежели слёзы. Я забила ногами.
— Ответная благодарность, — выгнул бровь Тай Янхэй. И выглядело это настолько красноречиво, особенно с его большим лбом, что я натурально задохнулась от восхищения. — Мне давно никто не помогал просто так.
— Это было не просто так!
— Конечно, ничего не бывает без причины. Седина съела твою внутреннюю энергию и духовную силу. — Он резко схватил меня за волосы, подтянул к себе вниз. — Что ещё тебе известно?
— Всё известно! Абсолютно! — прохрипела я. Голова закружилась, я почти потеряла сознание. — Я знаю, как вы умрёте!!!
Тут Го решил спасти меня. Он бросился под ноги Тай Янхэю. Злодей выругался и пнул верещащего кролика. Одновременно он развеял силу, и я плюхнулась на кровать.
— А мне будет полезно узнать о моей смерти? — насмешливо ответил злодей.
Я вытерла слёзы, потёрла шею и тихо спросила:
— А сами как считаете?
— Проклятье всех предсказаний: знать будущее и подсознательно стремиться к нему, — медленно и неохотно проговорил Янхэй. В его глазах клубился алый огонь. — Зачем мне это?
— Чтобы вы не сдохли раньше времени, стали императором и жили долго и счастливо. И не лезли к небожителям! — выпалила с горечью. Ну до чего невозможный мужчина. — Просто слушайтесь меня, и получите всё, чего желаете!
Последовала пауза.
Я посмотрела на своего злодея, тот молча чесал щёку. Брови нахмурены, глаза прищурены.
Он мне не верил.
— Даже жаль тебя, полубосую[30]. Я смогу получить всё и без твоих сомнительных советов. Постарайся вести себя незаметно. Мои генералы готовятся к важному делу. — Тай Янхэй развернулся, собираясь уйти. — Ты, кажется, не поняла, куда попала, девочка, — зловеще добавил он, повернув ко мне профиль, так что его идеальный нос выделился в лучах света, падающего из окна. Шёлк занавесей над кроватью качнулся в его сторону. — У тебя нет права требовать. То, что ты ещё жива, объясняется моим интересом. И он стремительно развеивается. Ты ценна как заложница и ничего более.
Он ушёл, оставив меня наедине с моим возмущением.
Бесит, когда ты пытаешься соблазнить злодея, а у него только мировое господство на уме.
Я прищурилась на Го, замершего с выпученными глазами и поднятыми вверх ушами. Мой белохвостый засранец оправдал кличку: обделался, изгадив пол.
Ну дорамный бог, что происходит-то?! Тай Янхэй совсем бесчувственный? Ему не положено по дорамным нормам плотское желание? Ответная благодарность? Я не в его вкусе? Так и знала! Я неудачница! А вдруг он предпочитает рыжих? Или у него полон замок подобных предложений?
— Ой, прошу прощения, — раздалось от двери.
И я с подозрением посмотрела на просунувшуюся в двери Киалиан.
— Ужин принесла, — пояснила женщина и быстрым шагом подбежала ко мне.
Го кинулся наперерез управляющей. Но я отбила атаку тонкой струёй воды, плеснувшей, однако, и на Киалиан тоже. И даже ци меня не слушается! От обиды захотелось разрыдаться.
— Вам нужна помощь? — спросила Киалиан, заметив красную шею.
Я покачала головой, украдкой надавив на веки.
Нет, не может мой Тай Янхэй предпочитать женщин постарше. Управляющая, конечно, выглядит хорошо, но не настолько.
— Господин бывает вспыльчив. Я испугалась, что он сожжёт вас. — Киалиан деловито и быстро расставила тарелки с едой на низком столике.
— Да, спасибо, что не мешала, — съязвила я потрясённо. Заложница, сжечь… бр-р-р.
Но стоит быть осторожнее.
Я мысленно одёрнула себя. Хватит лезть на рожон. Я в замке кумира, теперь задача не вылететь отсюда и не сдохнуть до становления императрицей.
Жаль, что в присутствии Янхэя у меня напрочь соображалка отключается, слюни капать начинают и мысли совсем в дурную сторону лезут.
Киалиан перевела взгляд на мою шею и покачала головой.
— Не упоминайте лицо, огонь, мать, весь клан Лун и особенно императора в разговоре с господином. И лучше не шутите с ним, — перечисляла Киалиан, деловито подбивая мне подушки. Вложила палочки в руки, будто я совсем не могла поесть. — И зайца вашего, может, в конюшни снести? Чтоб не гадил? Только это вы сами снизойдите до милости.
Я кивнула, хотя не собиралась своего зверя никому отдавать. Ну и пусть воняет, зато свой, родной.
Обед прошёл в гордой тоске. Мой злодей не вернулся, не допросил меня и даже не домогался. Чёрт знает что, а не злодей! Хоть сама иди его ищи.
Только Го и Джия сидели рядом. Кролику я скормила зелень и морковку, а Джию заставила причесать меня и намазать спасительной мазью. И разрешила-таки забрать все мои вещи, если меня ненароком прибьют. Мало ли, а девочка обрадовалась.
Перебрав в голове грандиозные планы, я первым делом решила восстановить сюжет дорамы, сожранный Го. Села за столик, Джия растёрла чернила.
Работала до самой ночи и не заметила, как уснула.
Из главного: я поняла, что писать иероглифы кисточкой так и не научилась, чернила растекались и пачкали руки.
А зелёный чай пить нельзя слишком много, заколебёшься вниз спускаться.
Да, я игнорировала фарфоровый горшок, который мне презентовала Джия. Негигиенично это. Носи его потом по коридорам.
15. Жемчужина
Го надёжно заперли в клетке из сосны, которую принесла Киалиан и очень просила использовать. Белохвостый ругался и капал на меня слюной. Синие брызги просачивались сквозь прутья, но вреда не причиняли. Только пачкали. Амулет работал, но Киалиан настаивала.
Поскольку из комнаты меня не выпускали, я зашивала свой несчастный плащ, гипнотизировала высокие горы, перечёркнутые тонкими облаками, и предавалась думам. Рядом валялись исписанные историей этого мира бумаги.
Но сколько бы я ни размышляла, сколько бы ни рылась в чертогах памяти, никакой информации о умирающих девушках не вспомнила.