Анна Рожкова – Грех (страница 7)

– И где же? – Алёна напряглась.

– Тебя украли инопланетяне, – торжественно заявил Веня. – Я однажды смотрел передачу, так вот, там одна бабка тоже ничего не помнила, а когда она пропала, люди заявляли, что видели в небе НЛО, представляешь?

– Представляю, спать пора, – твёрдо сказала Алёна, – а то завтра в школу опоздаешь.

– В школу? – Засмеялся Веня. – Скажешь тоже, я уже давно в колледже учусь, на юриста, – с гордостью заявил Веня.

– Ладно, юрист, спи давай.

– Спокойной ночи, – разочарованно сказал Веня. – Слушай, – снова попытался завести разговор он.

– Спокойной ночи, – твёрдо произнесла Алёна.

– А я никогда не верил, что ты умерла, всегда думал, что ты вернёшься. Я рад, что ты дома, – сказал Веня.

– И я рада, – Алёну переполняла благодарность. – Спасибо!

«В первую очередь нужно прикупить кое-какой одежды», – подумала Алёна, натягивая те же шмотки, в которых она пришла. Оказывается, мода за время её отсутствия существенно изменилась. Лето было холодное и все ходили в джинсах и кроссовках, каких-то необъятных кофтах. Даже, о ужас, носили с кроссовками платья. В ее время за это предали бы модной анафеме. Алёна решила посоветоваться с Веней.

– Ну ты, сестрёнка, даёшь, – засмеялся Веня. – Сейчас все носят худи, толстовки и джинсы, ну или, на худой конец, брюки, обязательно широкие. – Алёна с сомнением его оглядела. Широченные джинсы и бесформенная кофта висели на нем, как на вешалке.

– Худи? – переспросила Алёна.

– Ну да, как у меня, – он продемонстрировал капюшон. – А без капюшона – толстовка.

– А в моё время мы носили каблуки, – задумчиво произнесла Алёна.

– Женственность уже не в моде, – заявил Веня. – Ты безнадёжно отстала, сестрёнка.

– Похоже на то, – согласилась Алёна.

– Пошли, помогу, у меня пары после обеда начинаются, – предложил Веня. Алёна с радостью согласилась.

Когда по совету брата Алёна надела толстовку, джинсы и кроссовки, то стала выглядеть Вениной ровесницей.

– Класс! – Веня поднял большой палец вверх. – Теперь надо купить тебе мобилу, я как раз паспорт захватил.

– Паспорт? – переспросила Алёна.

– Ну да, сейчас паспорт с четырнадцати дают, а мне уже семнадцать, – с гордостью сообщил Веня.

– А что такое, как ты сказал, мобилка?

– Мобильный телефон, – Веня достал из кармана черную коробочку, которая удивила Алёну накануне вечером.

– А паспорт зачем? – поинтересовалась она.

– Номер купить, без паспорта не продадут.

Алёну все удивляло: обилие машин на улицах, они были такие странные, Алёна не видела таких раньше, торговые центры из стекла и бетона, подростки с какими-то странными серёжками в ушах. Веня сказал, что это наушники.

– Ой, смотри какие у неё губы, – засмеялась Алёнка, украдкой указав на девушку за соседним столиком, когда, завершив покупки, Алёна с Веней зашли в кафе перекусить. Оказывается, теперь это можно было сделать прямо в торговом центре.

– Накачала, – заявил Веня, потягивая из трубочки колу.

– Как это? – Не поняла Алёна. – Как мышцы, что ли?

– Да нет, уколы специальные, – рассмеялся Веня.

– А зачем? – удивилась Алёна. – Это разве красиво?

– Ну, – Веня не знал, что на это ответить. – Многие так делают, девчонкам нравится.

Алёна с сомнением покачала головой. Мир не просто шагнул вперёд, он словно улетел в космос, а Алёнка осталась на земле. Хотелось закричать: «Подождите, подождите, меня забыли».

Веня поехал на свои пары, а Алёна вернулась домой, прикупив по дороге продуктов. Сегодня её очередь готовить ужин. Тётя Катя работала продавцом, посменно. Когда Алёна вернулась, она была дома.

– Готовить буду, – сообщила Алёна.

– Как знаешь, – ответила тётка и вышла из кухни.

Ни прежней сердечности, ни откровенной враждебности она не выказывала. Так у них и повелось: сохранять нейтралитет, стараться друг другу не мешать и свести общение до минимума.

На следующее утро Алёна собралась ехать к маме: приготовила с вечера тряпки, маленькую кирку, решив, что купит пятилитровую воду в магазине неподалеку от кладбища.

– Ну, здравствуй, мамочка.

Сначала мыла, чистила, совсем могилка за шесть лет пришла в запустение. «Оградку бы подлатать», – подумала Алёна. Умаялась, села отдохнуть и рассказать матери, что с ней за эти шесть лет приключилось. Рассказ, перемежаемый Алёниными рыданиями, вышел длинный и сумбурный. К тому времени, как иссякли и слезы, и слова, Алёна и сама стала сомневаться в правдивости своего рассказа и в своём душевном здоровье. Все-таки шесть лет.

А вдруг не было никакого деда Луки, никакого волшебного леса и домика на опушке? Вдруг её держали в сумасшедшем доме или, того хуже, где-то в подвале, поили чем-то, вот она ничего и не помнит? Вернее, помнит, но не то, что было? Стало по-настоящему страшно. Когда солнце начало клониться к горизонту, Алёна засобиралась домой. Дома её встретил радостный Веня, за обе щеки уплетающий Алёнкину вчерашнюю стряпню.

– Уж не знаю, где ты так готовить выучилась, – заговорил он с набитым ртом, – но это просто отвал башки.

– Ты прожуй сначала, – заулыбалась от похвалы Алёнка. «Всё-таки в подвале и дурдоме готовить не учат», – подумала она, с благодарностью вспоминая деда Луку.

– Слушай, у меня для тебя новость есть, – воодушевился Веня. – Я тут насчёт тебя кое с кем переговорил…

– Веня, – укорила брата Алёна. – Зачем ты без моего ведома…

– Да ты послушай, – перебил Веня, – он классный мужик, только старый. В общем, неважно, главное, он крутой, адвокатом работает, ну и поколение молодое растит, хобби у него такое. Денег у него куры не клюют, видела бы ты его тачку.

– Так о чем ты с ним поговорил, со стариком этим? – прервала Алёна «поток сознания».

– Ну, как стариком, лет сорок ему, ну, да, стариком, – Веня засмеялся, притворяясь, что уворачивается от шуточного замаха Алёны. – В общем, он очень заинтересовался твоим делом и обещал помочь.

– Веня, где же я столько денег-то возьму, ему бензин, наверное, обходится дороже, чем я могу заплатить.

– В том-то и дело, что обещал помочь бесплатно, чтобы нам, балбесам, практику предоставить, – победно закончил Веня, ожидая реакции сестры.

– То есть я буду подопытным кроликом, ну уж нет, – надулась Алёнка.

– А у тебя есть варианты? – Веня поднял бровь.

Он был прав, вариантов у Алёны не было, деньги, которые дал ей дед Лука, почти закончились, а сидеть на шее у тети Кати и вовсе никуда не годится.

Утром Алёна, волнуясь, набрала записанный Веней номер.

– Алло, здравствуйте, Александр Сергеевич? Меня зовут Алёна, Алёна Дружинина, – она то и дело запиналась, голос дрожал. – А, Веня вам про меня говорил? Да, конечно, буду, спасибо, – Алёна с облегчением нажала на сброс и вошла в кухню.

– Ну, что он сказал? – с интересом спросил брат, жуя бутерброд.

– Назначил встречу в кафе возле твоего колледжа, как я поняла.

– Во сколько?

– В обед.

– Отлично, поедем вместе.

Когда Алёна в назначенное время вошла в кафе, Александр Сергеевич её уже ждал. Почему-то Алёна сразу поняла, что это он. Шикарный, судя по посадке, явно шитый на заказ, костюм, белоснежная рубашка, стрижка, как будто только что из парикмахерской, аккуратная бородка. Сердце пропустило удар. «Ну, Веня, черт бы его побрал, старик, старик, – подумала Алёна, чувствуя неловкость за свой „прикид“. – Знала бы» «И что бы ты сделала? – с насмешкой спросило подсознание. Другой-то одежды у тебя и нет». Алёна вздохнула и направилась к столику.

– Алёна? – Александр Сергеевич поднялся. Она кивнула. Он встал, чтобы помочь ей сесть, улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз, в них была вселенская печаль. «Как хотелось бы стереть эту неведомую печаль, словно ластиком» – подумала Алёна и тут же себя одернула. – Я сразу подумал, что это вы, – продолжил Александр Сергеевич. – Такой вас и представлял.

– Правда? – Про старика Алёна решила умолчать.

– Что вы будете? – Александр Сергеевич протянул Алёне меню.

– Только кофе, – стесняясь, произнесла Алёна, подсчитывая остатки денег в кошельке.