Анна Романова – К Вашим услугам (страница 55)
Выслушиваю, усмехаюсь на одну сторону и тяжело вздыхаю:
— Нет, пока он не начнет ее избивать или угрожать жизни другим путем, не вмешивайтесь.
— Понял, ведем наблюдение дальше.
— Правильно, отбой, — сбрасываю вызов и отбрасываю телефон на другой край кровати.
Эмили явно проводит этот вечер лучше, чем я. Ебучая карма, все-таки нашла способ как отыграться. Но я не виню девушку за выбор, мы друг другу ничем не обязаны.
Уснуть получается не сразу, но когда в комнату заглянуло утро, а точнее, обед, мое настроение было приподнятым. Я выспался, чувствую бодрость, приятную легкость в голове, ведь там больше не вертелся рой навязчивых мыслей и планирований.
Тереза приходит только сейчас, застав меня после душа за кружкой горячего кофе. Девушка садится в кресло напротив и как-то странно поглядывает.
— Что случилось? — нехотя, но все же спрашиваю.
— Не хочу портить тебе настроение, — тихо отвечает помощница, постукивая ногтем по задней панели телефона.
— Не сейчас, так чуть позже. Какая разница? Что-то связанное с Остин или Коулсен? — уточняю устало, отставляя кружку на столик у дивана.
— С Коулсен, — быстро произносит брюнетка, поджимая губы.
— И что с ней снова не так? — от хорошего настроения не остается и следа.
— Она хочет поговорить с тобой. И, Майкл, прежде чем ты откажешься, я сама прошу тебя сделать это, потому что так будет правильно.
— Так, это уже интересно. Не помню, чтобы ты за нее хоть раз просила. Она умирает? Пожалуйста, скажи да, — внимательно смотрю на Скотт.
— Она в реабилитационном центре на окраине города, очень просит о встречи с тобой. Да и будет повод проверить беременность, так как она сдавала кровь.
— Молли была наркоманкой или алкоголичкой? — удивленно спрашиваю, наклоняясь вперед.
— Ни то, ни другое. Одевайся, я поеду с тобой, чтобы визит не стал причиной слухов. А все подробности она сама тебе расскажет, — Тереза поднимается с кресла и направляется к выходу, — буду ждать тебя внизу.
Ладно, все же мы были не чужими людьми, и Коулсен заслужила попытку объясниться, в последний раз, так сказать.
Через двадцать минут мы уже выезжаем с крытой парковки.
— Хочу завтра улететь в какие-нибудь теплые края, — устало произношу, глядя перед собой.
— Хорошо, я подберу тебе что-нибудь. На сколько дней?
— Где-то на неделю, а после полечу в Китай, прослежу за началом строительства.
— Понятно, хочешь быть где угодно, но не в Нью-Йорке.
— Ты на что намекаешь? — недовольно уточняю, поворачивая голову к брюнетке.
— Ни на что, я просто констатирую факт. Майкл, пожалуйста, я не стану тебя трогать, если не хочешь.
— Отлично. Кстати, завтра утром приедет Остин, отдай ей деньги, — отворачиваюсь и смотрю на дорогу через лобовое стекло.
— Сколько, семьдесят тысяч?
— Нет, отдашь ей сто.
— Ого, ты не станешь высчитывать украденные деньги? — удивленным голосом спрашивает брюнетка, поворачиваясь ко мне.
— Нет, пусть это будет моральная компенсация за потраченное время.
— А ты ей рассказал, что все затея была неоправданной? — теперь ее голос полон любопытства, только я не понимаю, какого именно.
— Нет, а зачем?
— Правильно, если ты захочешь ей еще раз позвонить, то у тебя будет фальшивый повод, — усмехаясь, заключает Тереза, а я смотрю на нее недовольно.
— Что за пустой треп? Я не стану ее больше беспокоить, хватит с меня отношений, даже фиктивных.
— Вот именно, Майкл. Попробуй хотя бы одни настоящие! — слишком эмоционально говорит Скотт, кладя руку мне на предплечье.
— Для начала, понизь свой голос до нормального. И я, вообще-то, уже был в настоящих отношениях с Молли, если ты забыла, — почти огрызаюсь я, глядя на собеседницу недовольно.
— Нет, ты даже не знал, что состоял в отношениях, пока она тебе не сказала. В этот раз все может быть совсем по-другому, — ее пальцы сжимаются на моей коже, и я настойчиво убираю женскую руку в сторону.
— Достаточно, я не стану обсуждать эту тему. Мне удобно жить одному, а ей точно будет лучше без меня. Закрыли тему, лучше выполняй свою работу, — говорю резко. Уже начинают напрягать попытки людей объяснить, что для меня лучше.
— Прости, я на секунду подумала, что ты обычный человек, а не бесчувственная машина. Не волнуйся, больше этого не повторится, — обиженно отвечает Тереза и достает планшет, начиная что-то активно в нем делать.
Я никак не комментирую ее выпад, потому что это вызовет новую волну жевания соплей и сочувствующих вздохов.
Примерно через час езды мы подъезжаем к месту назначения. Реабилитационная клиника для состоятельных пациентов на вид как загородный коттедж, окруженный небольшим садом с маленьким прудом, в котором плавают утки. Мы регистрируемся в книге посетителей и поднимаемся в комнату Молли. Тереза остается ждать за дверью, внутрь вхожу только я.
Увидев меня, девушка подскакивает со стула и бежит навстречу. Я не позволяю себя обнять. Воспоминания о нашей последней встрече слишком свежие. Ее комната не выглядит как клетка психически больной, скорее, как люксовый номер в отеле.
— Я слушаю, — говорю холодно, глядя блондинке в глаза, демонстрируя, что это не наша «минута нежности».
— Я должна извиниться перед тобой, Майкл. Я не рассказывала тебе, но я долгое время сидела на антидепрессантах. Поэтому, когда узнала о беременности, перестала принимать таблетки. Мой организм отреагировал очень странным образом. Эти перепады настроения, истерики, склонность к суициду. Просто, мне нужен был ты, я буквально помешалась на этой мысли и не могла себя контролировать.
Из всех ее слов я слышу только «беременность», поэтому перебиваю душераздирающую речь для уточнения:
— Так ты, правда, беременна? — в комнате повисает тишина, Молли обхватывает себя руками и отходит к окну. Сколько драмы-то.
— Я думала, что да, — с грустью отвечает блондинка, трагично глядя вдаль.
— В каком смысле? — подхожу к ней, замечаю печальное выражение лица.
— Я сделала тест, он был положительным. Я, думая о ребенке, перестала пить антидепрессанты и поехала к тебе, хотела обрадовать, но ты приехал с Эмили. Дальше ты все и сам знаешь… — замолкает, переводит дыхание. — Потом в больнице, после сдачи крови, выяснилось, что тест был ложноположительным. Но на тот момент я не пила таблетки более четырех дней, да и ты был с новой пассией… В общем, меня накрыло, я испугалась и решила продолжить притворяться беременной, пока ты вновь не вернешься ко мне. Я хотела верить, что у тебя есть хоть какие-то чувства, и они проявят себя, но, — она повернулась, заглядывая в глаза, — я ошибалась.
— А почему ты не начала пить таблетки сразу после получения результатов анализа?
— Твои люди ходили за мной по пятам, я не хотела проколоться на такой мелочи. Решила не рисковать. Я не понимала, насколько далеко могу зайти. Прости меня, Майкл, — виноватым голосом произносит Молли, застывая в ожидании ответной реакции.
— Да уж, не знаю, что тебе на это сказать. Мне жаль, что ты довела себя до такого. Нужно было просто поговорить со мной, — спокойно говорю я, замечая, как в женских глазах появляются слезы.
Мне несложно простить ее (им вроде нужно такое для программ реабилитации), поэтому притягиваю девушку к себе и заключаю в объятия, успокаивающе приглаживая волосы.
— Хорошо, я прощаю тебя, — слова даются легко, потому что мне действительно хочется оставить эту историю позади, а не возвращаться к ней снова и снова, пока Коулсен будет отчаянно пытаться заслуживать мое прощение.
— Майкл, но я, правда, люблю тебя, — шепчет она, а после отстраняется, заглядывая в глаза с надеждой на взаимность. — Может, попробуем все сначала?
— Конечно же, нет. — Убираю руки от девушки и направляюсь к двери, застывая на пороге. — Не звони мне больше, не ищи встреч, я не дам тебе желаемого. Прости, — впервые извинялся за то, что не могу ответить на чувства взаимностью.
Выйдя из комнаты мы молча спускаемся вниз, садимся в машину и возвращаемся в отель. Тереза более не разговаривает со мной на личные темы, разочарованная моей неспособности любить, правда, не Коулсен.
— Я хочу вылететь рано утром, — говорю, выходя на парковке.
— Я спрошу последний раз: ты уверен, что не хочешь передать деньги Эмили лично? — с опаской спрашивает помощница, подходя ближе.
— Более чем, она сама попросила об этом.
— Может за этой просьбой скрывался другой намек? — не успокаивается брюнетка.
— Может быть, но, как показывает практика, я не делаю женщин счастливыми. Так что, ей будет лучше без меня. — На этих словах я захожу в лифт и поднимаюсь в номер.
Перед поездкой в аэропорт утром следующего дня, я оставляю распоряжение для Пола, чтобы один из наших людей продолжал приглядывать за домом Эмили здесь, а второй — отправился за ней к новому месту жительства, следить, чтобы никто не навредил семье Остин, пока «темная лошадка» не будет поймана. Поиском того самого парня, стоящего за шантажом, занимается Джек — частный детектив. Эмили ни о чем из этого не знает. Не уверен, что она примет мою помощь, но мне хочется обеспечить ей безопасность, раз теперь меня не будет рядом.
Заходя в самолет, я остановливаюсь на входе, предоставляя себе последнюю попытку передумать, но образ «типичного мудака» все еще кажется более безопасным и надежным выбором.