Анна Пронина – Будет страшно. Дом с привидениями (страница 36)

– Алена!..

Федя услышал, как Леша шепчет имя погибшей любимой. И его поглотила боль оттого, что Катя тоже стала жертвой чертова Камня. Она застряла где-то между мирами и уже никогда не вернется к нему.

– Катя, прости!

Все вокруг снова погрузилось в черноту, и вдруг в этой бездне тьмы раздался звонкий девичий голос:

– Я здесь! Я жива! Федя, это ты?

– Катя?

Федя стал оглядываться по сторонам, не понимая до конца, на каком свете он находится: все еще в подвале или уже умер? И вдруг увидел силуэт девушки.

– Федя, не поддавайся! Тьма – это всего лишь отсутствие света! Не поддавайся тьме! Дракон хочет сломить тебя! Но что он может? Он – лишь пустота, тьма! Отсутствие света! Слышишь?

Федя с трудом понимал смысл слов, которые она говорила. «Тьма – это лишь отсутствие света», – повторил он про себя сказанные Катей слова. Как так? Как же это?

– Прости меня, Катя!

– Ты не виноват! Вспомни все, что с тобой было хорошего. Наполни свою тьму светом! Я рядом!

Наконец что-то загорелось у Феди внутри – маленькое и теплое, как пламя свечки. Воспоминание…

Федя идет по родному городу. Он свободен. Полон сил, надежд и планов. Солнечные лучи отражаются в его глазах, ветер треплет кудри. Незнакомые девочки хихикают, проходя мимо и оборачиваются.

Он первый раз берет Катю за руку. Ее ладонь мягкая и нежная, тонкие пальцы слегка дрожат. Тепло внутри усиливается. Теперь Катя стоит совсем близко, а рядом с ними в неглубоких ямах гробы без крышек. Это подвал дома из красного кирпича. Но Федя не замечает мрачных атрибутов, он видит только глаза девушки. И в них отчаяние. Он целует ее. Их губы соприкасаются, и дыхание Кати заполняет его грудь. Федя делает вдох и открывает глаза.

Он все там же, в подвале: из земли торчат два больших лома, к которым тянутся провода. У лестницы наверх валяется по земле и корчится от душевных мук Леша. Рядом с ним Леонтий Черников – висит в воздухе, раскинув руки и закрыв глаза.

– Вспомни свою любовь! Вспомни Алену! Настоящую Алену, которая погибла здесь из-за Красного Дракона и которая просила тебя остановить зло! Она любила тебя! – закричал Федя Лешке. – Она не винила тебя в своей смерти!

Леха застонал. Внутри него, похоже, шла такая же немыслимая война чувств, как та, через которую только что прошел Федя.

– Ты сможешь, Леха!

По ступенькам в подвал спустился длинный худой человек в спецодежде электрика. Он окинул всю сцену взглядом, усмехнулся в усы, достал из кармана какой-то агрегат, похожий на длинную черную резиновую дубинку, а потом подошел к парящему в воздухе Черникову и прикоснулся к его телу этим странным предметом.

Раздался характерный звук электроразряда, и Черников без сознания упал на землю. Леха снова застонал и начал приходить в себя.

– Вы кто? – только и смог выдавить из себя ошарашенный Федя.

– Михаил Семенович, – протянул ему руку незнакомец. – Электрик я.

– А это… – Федя показал взглядом на черную штуковину в руках у Семеныча.

– А это – рука Божья. Или электрошокер. Люблю я эти штуки. Хорошо, что с собой взял. А то как бы мы с Лехой прорвались мимо чоповцев?

Дальше Михаил Семенович взял инициативу в свои руки. Поднял Леху на ноги, похлопал по щекам и стал раздавать команды ребятам. Втроем они заново проверили, достают ли ломы до Камня, затем Семеныч отыскал в подвале «землю», то есть заземление от громоотвода, перерубил, чтобы заряд от молнии не ушел, и соединил с проводом, идущим к лому.

– И что теперь будет? – спросил Федя.

– Если повезет, будет звездец этому Камню. – Семеныч разгладил усы. – Самому интересно, если честно! Только нам лучше этого не видеть. Ты вот в сапогах резиновых, а мы с Лехой черт-те как одеты. Если долбанет, нам тоже может достаться. Так что валим!

Семеныч без лишних сантиментов стал подталкивать к выходу своего нерадивого ученика, а Федя бросился к Камню.

– А как же Катя? Я заберу ее!

Он понимал, что в ее теле сейчас кто-то другой. И все-таки не мог оставить бездыханную девушку лежать на земле в ожидании смерти. Федя хотел подхватить ее на руки и вынести из подвала. Но когда до Кати оставалось несколько шагов, произошло чудо, о котором они все молились – в громоотвод на крыше дома из красного кирпича ударила молния.

В первую секунду Федя не понял, что произошло. Раздался грохот, резко стало темно, а затем все вокруг залил ослепительно белый свет, от которого стало больно глазам.

Снова раздался небывалый грохот – кажется, это раскололся на части жертвенник. Подвал моментально наполнился дымом.

Когда к Феде вернулось зрение, он увидел, что помещение склада разгромлено, стеллажи с документами валяются на земле, бумаги дымятся, некоторые горят. А в самом центре земля разверзлась и обнажила Камень.

Он и впрямь раскололся – на три части. И из огромных щелей, которые образовались в нем, выходили потоки синего света.

Но главное, от чего не мог оторвать взгляда Федя, – это Катино тело, которое лежало совсем близко от Камня. И к нему тянулась полоска света, похожая на электродугу.

Не раздумывая ни секунды, Федя подхватил девушку на руки и бросился наверх.

Но когда он поднялся в холл первого этажа, оказалось, что в здании от удара молнии начался пожар.

Дым и гарь заполнили все помещение. Это мешало сориентироваться, понять, куда бежать дальше, где же выход. Растрепанные Катины волосы загорелись. Федя быстро сбил пламя и тут почувствовал, что его кто-то тянет за рубашку.

Это был Леха. Он тащил Федю к выходу.

Яркое солнце слепило глаза, поэтому все четверо укрылись под зонтиком уличного кафе на площади рядом с городским ДК. Большой баннер на его стене сообщал, что сейчас там проходит выставка работ одного столичного скульптора.

Леша, Федя, Михаил Семенович и Катя пили кофе со льдом. Они впервые собрались все вместе после того, как в дом из красного кирпича ударила молния.

– Мне было так плохо, словно я виноват во всех бедах этого мира! Словно я сам – главное зло. И если бы я мог уничтожить сам себя изнутри одним только желанием, я бы сделал это в тот момент! Я бы умер – просто усилием воли, – рассказывал Леша о том, что он чувствовал, когда Красный Дракон ожил в подвале. – И знаешь, Федя, я помню, что ты кричал мне какие-то слова. Но какие, я не мог разобрать. Подействовал просто твой голос… Не знаю, как и почему. Мне вдруг стало легче. За долю секунды до того, как Семеныч вырубил Черникова электрошокером и развеял чары, мне вдруг явилась Аленка. Моя Аленка – совсем не та, которая приходила, когда мы блуждали в мире мертвых внутри дома. Я понял это в одно мгновение. Моя Алена – совсем другая. В ней нет злобы, ненависти. Она ни в чем не винит меня. Она знает, что это черная сущность дома убила ее и пыталась уничтожить меня. Она знает, что я не виноват в ее смерти.

Алена ничего не говорила. Ни слова. Я только чувствовал, что от нее исходит свет и тепло. Это любовь. Понимаешь? Она любит меня… даже сейчас. – Глаза Леши заблестели, их наполнили слезы.

– Тьма – это просто отсутствие света! – поднял свою кружку Семеныч, словно говорил тост. – А свет – это Электричество. – Он засмеялся просто и искренне, как смеются счастливые люди. Леша, Федя и Катя подхватили его смех. Им было хорошо.

– Кать, как ты? Как ты вернулась? И вообще, расскажи, что с тобой произошло? Я до сих пор ничего не понял. – От нетерпения Лешка даже заерзал на стуле.

Федя ободряюще обнял девушку.

– Ты в порядке?

– Все хорошо, Федь… Конечно, расскажу. – Катя поправила короткую прядь волос. Она все еще не привыкла к своей новой прическе. – Когда мы все лежали в гробах, ожидая момента возвращения в мир живых, что-то произошло, и я перестала слышать, как сыплется на крышку гроба земля. Вскоре я поняла, что переместилась. Только вот не в мир живых, а застряла где-то в темноте. Там было… жутко. А потом пришел он… Магистр. Он сказал, что я никогда уже не смогу выбраться из гроба, что моя душа слаба и безвольна, и потому он займет мое место среди живых, а я – умру. И на какой-то миг я почувствовала, что он прав. Что мне незачем жить… Я ведь уже попрощалась с вами там, у Камня, пока вы рыли мнимые могилы. И я согласилась. И осталась в этой темноте. И тогда исчезло все, совсем все. Это сложно объяснить. Вот если стоять в комнате, но выключить свет, то все равно будешь ощущать себя в некоем пространстве. А там… там было как в черной дыре – пусто настолько, что я вся начала сжиматься в бесконечно маленькую точку. И мне кажется, что я бы исчезла совсем, навсегда исчезла бы, если бы вдруг не вспомнила про Федю. – Девушка покраснела и робко посмотрела на любимого. Он, как и обычно, улыбался. – Да, мне кажется, что меня вернул к жизни свет того чувства, которое появилось во мне рядом с Федей. Любовь дала мне силы сопротивляться темноте. А потом реальный яркий свет озарил пространство, и я почувствовала, как возвращаюсь в свое тело. Должно быть, это был как раз тот самый момент, когда в Камень ударила молния.

Ну а дальше вы знаете. Федя понес меня наверх, мои волосы опалил огонь, пришлось подстричься. – Катя тряхнула волосами, демонстрируя модную стрижку, которая, безусловно, была ей к лицу.

– И получилось, что сбылось пророчество мертвого художника, – подытожил Федя. – Ведь на его картине мы были с Катей вместе! Леш, помнишь, я рассказывал тебе? Только у Кати была как раз короткая стрижка. Так все и вышло. – Федя нежно поцеловал Катю в лоб, а она в ответ сжала его руку.