Анна Пронина – Будет страшно. Дом с привидениями (страница 17)

Потом он вытянул перед собой руки и растопырил пальцы, разглядывая грязь под ногтями – руки тоже были маленькими.

«Кажется, я внутри ребенка», – сообразил Леша.

И тут услышал строгий женский голос:

– Определи ему место среди других детей. Сегодня занятий для Миши не будет. Дадим мальчику немного освоиться, понаблюдаем, а потом составим график. И не забудь зайти на кухню и сказать, чтобы сегодня готовили обед и ужин на шестерых воспитанников.

«Значит, мальчика, внутри которого я оказался, зовут Миша. Интересно, в каком мы с ним сейчас времени? И что тут происходит?»

Леша стал жадно впиваться сознанием во все детали, которые мог рассмотреть глазами Миши. На этот раз в доме не было общежитий или квартир, все переобустроено под какое-то казенное заведение – то ли детский сад, то ли детский дом. Сразу не разобрать.

«Интересно… Строгая тетка вроде говорила про шестерых детей… но в детских учреждениях их обычно намного больше…»

Мишеньку завели в просторную светлую комнату, бывшую, видимо, общей спальней. В ней по периметру стояли кровати – идеально заправленные, словно с картинки. Только вот белье на них было застирано до дыр. Рядом с каждой койкой – маленькая тумбочка. И один большой общий шкаф у дальней стены.

– Вещи можешь оставить там. – Мужчина, который привел Мишу, показал на шкаф. – А потом я проведу тебя в комнату для подготовки к занятиям. Там сейчас остальные, познакомишься.

Миша сделал как велено и вскоре оказался в другом помещении. Здесь стояли парты, объединенные со скамьями, на открытых стеллажах размещались пособия для занятий по разным предметам. На зеленой доске кто-то вывел красивым каллиграфическим почерком: 15 мая 1920 года.

«Ого! – подумал Леша. – Так далеко в прошлое меня еще ни разу не забрасывало».

Мальчик Миша рассматривал детей, которые занимались здесь своими делами. Все они были одеты опрятно и просто. За одной из парт читала учебник голубоглазая девочка лет десяти, перед ней стояла чернильница с пером. У стеллажа рассматривал корешки книг высокий, худой чернявый мальчик, еще одна девочка в белом платье с короткой стрижкой и с бантиком в волосах рисовала в большом альбоме. Ее подружка, с таким же бантиком, но в голубом платье, что-то шептала ей на ухо.

Был в классе и еще один ребенок – на вид лет шести или семи, не больше. Он сидел в самом дальнем углу в тени и, склонив голову, очень тщательно изучал содержимое своего портфеля.

Мужчина, который привел сюда Мишу, вышел. Хлопнувшая дверь заставила всех обратить внимание на новичка.

Алексей почувствовал, что Мише стало неловко, но только на секунду или две. Потом он решительно направился к высокому мальчишке, который рассматривал книги.

– Как звать? Самый умный?

– Саша я. Почему сразу «самый умный»? Тут все умные… по-своему.

– Ну да… Я Мишка. Познакомь с остальными!

Саша представил Мишу Ольге, девочке с учебником, Тане и Варваре – подружкам с альбомом для рисования, – потом неуверенно подвел к мальчику, который сидел на задворках.

– А это Степан, но… иногда Прохор.

– Как это? – не понял Миша.

И тут Степан-Прохор оставил свой портфель и разогнулся. Миша оторопел. На лице у мальчика было две пары глаз – одни над другими. А волосы делили череп пополам – слева рыжие, как огонь, справа – черные.

– Это как? – удивился Миша.

– Это мой брат, – показал на вторую пару глаз Степан-Прохор. – Мы срослись прямо в матери, пока она ходила с пузом. Но Прохор спит почти все время. Так что я главный.

– Ага…

– Я мысли читаю, – сказал Саша. – Ты же об этом хотел спросить? О наших особенностях?

– Да.

– Ну так вот… Таня помнит свои прошлые жизни, Варвара может рассказать прошлое другого человека.

– А Ольга?

– Покажешь? – спросил Саша, обращаясь к девочке.

Ольга кивнула, не отрываясь от учебника.

Миша повернулся, чтобы узнать, что же там может показать Ольга, и увидел, как чернильница ни с того ни с сего сама съехала к краю и упала, оставив на полу большую черную кляксу. При этом Ольга даже не пошевелилась.

– Ого!

– Да. Но так только с легкими предметами – карандашом, пером, заколкой, мелом… чернильницей. И все… Ничего тяжелее подвинуть не может.

– А как она это делает?

– Она сама не знает, – пожал плечами Саша.

– Ну а что меня не спрашиваешь?

– Так я же мысли читаю, забыл? Ты руки накладываешь, да?

– Да…

Миша уселся за пустую парту.

«Интересно. Руки накладывает? Это значит, он лечит? Целитель? То есть все эти дети – особенные… У них что-то вроде сверхспособностей, как у супергероев. Наверное, это какая-то спецшкола для таких детей… – рассуждал сам с собой Леша. – Вот это да! Даже не представлял, что такое бывает на самом деле… То есть – бывало. Это же прошлое».

Минут через пятнадцать детей увела на занятия учительница. А к Мише пришла женщина, одетая в кипенно-белый халат, с аккуратным чепцом на голове, из-под которого не было видно ни одного волоска. Женщина улыбалась, но Миша чувствовал, что улыбка эта – фальшивая.

– Я Наталья Ивановна. Врач. Главный врач здесь. Ну что, малыш, рассказывай, – обратилась она к Мише и присела на табуретку рядом с ним.

– Я не малыш. Что рассказывать-то?

– Хорошо, не-малыш, рассказывай, что ты умеешь?

– Вы же знаете.

– Я хочу все узнать у тебя.

– Ну, если болит чего, то могу поправить… – Миша был смущен. Ему еще не приходилось рассказывать о себе самом.

– А как?

– Руками… – Миша снова посмотрел на свои детские ладошки и короткие пальчики с грязью под ногтями.

– А можешь мне помочь? У меня как раз голова болит.

Миша перевел взгляд на женщину. Она все так же улыбалась и совсем не выглядела страдающей от головной боли. Потом поднес руки к ее вискам и осторожно прикоснулся. Закрыл глаза.

– Нет, у вас не болит, – сообщил мальчик через секунду.

– Не болит, – подтвердила Наталья Ивановна.

– Тогда зачем?.. – не понял Миша.

– Ты молодец. Читать-писать умеешь?

– Немного… Меня отец только недавно отдал в школу.

– Хорошо. Посмотри тут пока книжки. Через полчаса обед. За тобой придут. А мы с тобой еще завтра встретимся.

Врачиха уже открыла дверь, ведущую в коридор, но вдруг обернулась и еще раз посмотрела на Мишу пытливым взглядом:

– А больше ничего не можешь?

Миша замешкался на долю секунды, а потом слишком быстро выпалил:

– Нет! Ничего.

Наталья Ивановна вышла, а Алексей понял, что мальчишка скрывает еще какую-то свою особенность.

Оставшись один, Миша еще раз осмотрел класс и, обнаружив в дальнем конце раковину, подошел вымыть руки.

Похоже, мальчик был из хорошей семьи, даже вот в школу недавно пошел. Леша слышал, что в начале двадцатого века образование не было чем-то само собой разумеющимся… «Интересно все-таки, что же это за заведение? Наверное, интернат для необычных детей…» – пришел к выводу Алексей.