Анна Преображенская – Нонна (страница 7)

Она выдохнула, поправила волосы и решила: раз уж у неё есть семь дней, надо понять, чем она может быть полезна. Просто сидеть и ждать она не умела. Руки требовали дела.

Эль-Даран днём оказался ещё живее, чем утром. Работали мастерские, пахло свежим хлебом, где-то звенел молот по металлу. Нонна прошла мимо дерева-дома, из которого выглянула знакомая пожилая эльфийка с серебряной косой — та самая, что вчера разглядывала её ногти.

— А, человеческая девушка! — окликнула она. — Зайди, зайди. Чай как раз заварила.

Нонна зашла. Дом оказался уютным, с пучками трав под потолком и целой коллекцией керамических горшочков на полках. Эльфийку звали Лаэна, она была травницей и болтала без умолку, пока разливала чай.

— Алагир сказал, ты умеешь врачевать, — Лаэна пододвинула к Нонне мисочку с мёдом. — Это хорошо. Целителей у нас мало, а работы много. Ты как, руками или магией?

— Руками, — ответила Нонна. — Магии у меня нет.

— Пока нет, — загадочно ответила Лаэна, и её глаза хитро блеснули. — Элира вчера вечером заходила, говорила о тебе. Сказала, в тебе что-то есть.

— Что?

— Она сама не поняла. Но Элира редко ошибается.

Нонна отхлебнула чай и задумалась. Значит, не только она заметила изменения. И старейшина Элира тоже что-то почувствовала.

После чая она пошла дальше. У восточного ручья наткнулась на Минелона — рыжеватый эльф чинил какую-то упряжь, сидя на поваленном бревне. Рядом стоял его младший брат Линнель, бледный, с перевязанным плечом, но уже на ногах.

— Госпожа Нонна! — Минелон вскочил, чуть не уронив упряжь. — Линнель, это она. Та самая.

Парень подошёл к Нонне и поклонился — осторожно, чтобы не потревожить повязку.

— Спасибо тебе, — сказал он тихо. — Я бы не выжил.

— Выжил бы, — ответила Нонна. — Ты крепкий. Дай-ка посмотрю шов.

Она осмотрела рану, проверила, нет ли воспаления. Шов держался отлично, края были чистыми. Эльфийская настойка творила чудеса — на месте вчерашней раны уже нарастала молодая розовая кожа.

— Через пару дней можно нитки снимать, — сказала Нонна. — Придёшь, я сниму.

— Ты остаёшься? — Линнель посветлел лицом.

— Пока да.

Минелон просиял и хлопнул брата по здоровому плечу:

— Я же говорил! Она не просто человек. Она наш человек. То есть не человек. То есть

— Я понял, — перебил Линнель.

К обеду Нонна добралась до общинного дома — большого строения, сплетённого из ветвей и увитого цветущей лозой.

Внутри стояли длинные столы, за которыми сидели эльфы, обедали, разговаривали, смеялись. Нонну встретили приветливо, подвинули миску с похлёбкой, лепёшку, кружку ягодного отвара.

Она ела и слушала разговоры. Говорили в основном о патрулях и о тёмных эльфах, которые всё чаще появлялись у восточных границ. Кто-то упомянул, что видели странные огни в ночном небе. Кто-то — что пропали два оленя. Никто не паниковал, но напряжение чувствовалось.

— Ты вчера стрелу вытащила? — спросила сидящая рядом эльфийка с короткой стрижкой и руками, перепачканными глиной — видимо, гончар. — Говорят, ты как целитель работаешь. Может, посмотришь мою кисть? Она у меня немеет по утрам.

— Дай, — Нонна взяла её руку, прощупала суставы, сгибала-разгибала пальцы. — Туннельный синдром, — сказала она. — От постоянной работы с глиной. Нужен покой и лёгкий массаж.

— Чего синдром? — переспросила гончар.

— Просто устала рука. Давай покажу массаж.

Пять минут спустя вокруг Нонны собралась целая очередь. Эльфы, прослышавшие о странной человеческой целительнице, шли со своими болячками: у кого-то спина болела, у кого-то колено хрустело, у кого-то локоть тянуло после стрельбы из лука. Нонна каждому уделяла время, щупала, мяла, объясняла. Магии в этом не было ни капли — только анатомия, которую она когда-то изучала на курсах массажа, и многолетний опыт работы с руками.

— Она и правда целительница, — прошептал кто-то в толпе.

— Без магии работает, а помогает, — ответил другой.

Нонна не комментировала. Просто делала своё дело.

К полудню на тропе послышался стук копыт, и во двор общинного дома въехал Алагир на Бадроке. Конь тяжело дышал, бока лоснились от пота. Эльф легко соскочил на землю и оглядел собравшуюся толпу с лёгким удивлением.

— Тебя на час оставить нельзя, — сказал он Нонне. — Уже полдеревни вылечила?

— Никого я не лечила, — отмахнулась она. — Просто массаж и советы. Как патруль?

— Следы, — коротко ответил Алагир. — У восточного оврага. Чужие, свежие. Похоже, разведка тёмных. Я доложу старейшинам.

Он привязал Бадрока и уже собрался идти, но остановился и посмотрел на Нонну:

— Кстати, мой брат вернулся. Рейнар. Он сейчас у тренировочного поля, и он хочет с тобой познакомиться.

— Со мной?

— Ты единственный человек в Эль-Даране. Это вызывает интерес.

— Ладно, — сказала Нонна, вытирая руки. — Пойдём.

Тренировочное поле находилось на опушке, где лес расступался, уступая место широкому лугу. Трава здесь была примята, земля — вытоптана, а в воздухе стоял запах, который Нонна уже начинала узнавать: горячий металл, мускус и что-то похожее на озон после грозы.

Посередине поля стоял дракон.

Он был меньше того, что пролетел над рекой в первый день, но всё равно огромный — размером с микроавтобус. Чешуя тёмно-зелёная, с бронзовым отливом на сгибах крыльев. Длинный хвост лениво подрагивал, жёлтые глаза с вертикальными зрачками следили за человеком, который стоял рядом и чистил дракону бок щёткой на длинной ручке.

Человек обернулся на шаги и широко улыбнулся.

Если Алагир был тёмным, стройным и насмешливым, то его брат оказался полной противоположностью. Русые волосы до плеч, серые глаза, широкие плечи и простая, открытая улыбка. Он выглядел не как лесной следопыт, а как воин — и держался соответственно: прямо, уверенно, без тени сомнения.

— А вот и знаменитая Нонна! — прогремел он, откладывая щётку. — Алагир мне все уши прожужжал: человек, маникюр, спасла раненого. Я думал, он преувеличивает, но нет — ты и правда существуешь.

— И тебе привет, — отозвалась Нонна. — Ты, я так понимаю, Рейнар.

— Всадник королевской стражи, к твоим услугам. — Он поклонился с лёгкой издёвкой, очень похожей на ту, что позволял себе Алагир, но у Рейнара она выходила добрее. — А это Скайфер, мой дракон. Скай, это Нонна. Не пугай её, она друг.

Дракон перевёл взгляд на Нонну. Она замерла, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Жёлтые глаза смотрели изучающе, но без агрессии. Скайфер издал низкий горловой звук, похожий на урчание огромного кота, и отвернулся, потеряв интерес.

— Признал, — сказал Рейнар с удовлетворением. — Обычно он фыркает на новых.

— У вас всё семейное — сначала Бадрок признал, теперь дракон, — пробормотала Нонна. — Что дальше, белки?

Братья переглянулись и засмеялись. Смех у них был совершенно разный: у Алагира — короткий, сдержанный, у Рейнара — громкий, раскатистый.

— Мне нравится, — объявил Рейнар. — Алагир, где ты её нашёл?

— На берегу, — ответил тот. — В буквальном смысле. Она выпала из воздуха с дымящейся штуковиной в руке.

— Это фрезер, — машинально поправила Нонна.

— Неважно. Главное, что она здесь.

Рейнар опёрся на щётку и посмотрел на Нонну уже внимательнее:

— Слушай, а ты и правда умеешь врачевать? Алагир сказал, ты Линнеля заштопала за пять минут.

— Это была просто первая помощь, — снова сказала Нонна, уже начиная уставать от этого вопроса.

— А с драконами работала?

Нонна моргнула.

— В смысле?

— У Ская правое крыло тянет. — Рейнар кивнул на дракона. — Наш целитель сказал, что это старая травма сухожилия, ничего не сделать. Но он драконов не знает — драконов вообще мало кто знает. А ты с руками работаешь. Может, взглянешь?