Анна Пожарская – Искра в жерле вулкана (страница 17)

Прошли очередную третью развилку, и Элла с чистой совестью уступила заботу о свете колдуну. Сгустки пламени снова взметнулись вверх и застыли около ушей учителя. Тот вдруг показался особенно осунувшимся, замученным, совсем старым. Взгляд не излучал обычных для него злобы и нетерпения, только усталость.

— Может, сделаем привал? — робко предложила девушка.

Огни разбежались по сторонам. Кнут ухмыльнулся.

— Не стоит, — голос его звучал по-прежнему твердо. — Где-то над нами место, предназначенное для моей души, здесь мне всегда не по себе. Ты поймешь, о чем я, когда мы будем проходить мимо твоего пристанища.

Он отвернулся и зашагал вперед. Элла вздохнула, сжала в руке посох и засеменила следом.

— Скажи, Кнут, а на что похоже это, как ты говоришь, пристанище? Что там ждет? Колдун, не останавливаясь, пожал плечами.

— Не знаю и знать не хочу.

— Но ведь ты был там, неужели не видел? — девушка понимала, что лучше бы помолчать, но любопытство одержало верх и над здравым смыслом, и над элементарной вежливостью.

— Я взывал к конкретной душе и ждал у входа, рядом с черным вязом, — сухо ответил учитель, не оглядываясь.

— К душе девушки, что на портрете? — выпалила Элла и сама испугалась своей навязчивости.

Колдун остановился и в упор посмотрел на ученицу.

— На том портрете Тума, точнее, не она сама, а ее страдания. Я забрал часть, когда понял, сколько боли ей причиняю. И взял бы еще, но совсем избавить ее от тягот не вышло, — во взгляде учителя промелькнуло что-то вроде сожаления, потом он отвернулся и двинулся вперед. — Прекрати болтать и пошевеливайся, не хватало нам еще волка встретить.

Элла удержала учителя за рукав:

— Ты же говорил, никто не знает о подземелье…

— Волк — прежде всего животное, — колдун освободил руку, поправил хламиду, вероятно, ему тоже было жарковато. — Зверь не в курсе, что туннель тайный, он придет, если почует нас.

Девушка вздохнула. Только шестиглавого монстра им тут не хватает! Потянулась к фляге и, вынув пробку, сделала три больших глотка. Вода была прохладной и сладковатой. Все-таки какое чудо, что жидкость не заканчивается! Поспешила следом за учителем. После второй развилки плесневело-желтый свет стен поблек, а после третьей и вовсе погас. Колдун зажег еще один блуждающий огонь, но света не прибыло. Девушка протянула руку и не увидела своей ладони. Учитель снова пошел вперед.

Пришла очередь ученицы следить за огнями. Сейчас, в окружении безжизненных стен, стало очевидно, насколько плохо она справляется. Сверкая неровным светом, огни колебались вверх-вниз, как назойливое насекомое, гонимое раздраженной рукой. Элла мысленно потянулась к ним, чтобы призвать к порядку, и вздрогнула. Где-то позади еле слышно скрипели камешки под неведомыми лапами.

— Кнут, — прошептала она одними губами. — Кто-то идет за нами.

Колдун оглянулся и хмыкнул.

— Не выдумывай, лучше займись светом. Просто стены погасли и тебе страшно, вот и мерещится. Здесь всегда так, чуть вперед пройдем, и будет лучше.

Элла тряхнула рыжей гривой.

— Дело не в этом. Я слышу осторожные шаги, кто-то крадется.

— Угу, — Кнут вздохнул и, видимо, покачал головой, в темноте было не разобрать. — Пошевеливайся, чем быстрее идем, тем тяжелее нас догнать.

Пропустил ученицу вперед, а сам пошел следом. Миновали еще одну развилку — Кнут велел идти в правый туннель — а потом еще одну, на этот раз пошли не сворачивая. Элла наконец-то сладила с огнями, и они сносно светили на дорогу. В нескольких шагах в дальнем туннеле она увидела знакомое бело-желтое мерцание и немного успокоилась.

Снова свернули направо и оказались в большой пещере со множеством ответвлений. Колдун молча принял огневое дежурство. Элла с облегчением вздохнула. Потом еще раз, принюхиваясь. Воняло чем-то непонятным, но очень знакомым. Ученица Кнута опять медленно и с пристрастием втянула носом воздух и поняла, что за запах. Она встревоженно посмотрела на колдуна.

— Несет мокрой псиной.

— Это тебе надо помыться, — ухмыльнулся Кнут, но все же привлек магию, погладил невидимого великана, нашептывая заклинание.

Туннель осветился ярким дневным светом. Путники оглянулись. Стали видны неровные серо-коричневые стены с прожилками пожухлых растений, высокий тяжелый каменный потолок, изрезанный мелкими трещинами пол и источник запаха. Он стоял на расстоянии примерно пяти прыжков и зло смотрел на путников шестью парами глаз. Занимающий весь проход огромный пушистый зверь.

«Ошпаренные кони…», — успела подумать Элла, прежде чем преследователь атаковал.

Казалось, она слышит, как хрустит каждая смещенная песчинка под когтистыми лапами волка. Различает, как колышутся ворсинки на его шкуре, как сужаются зрачки шести пар глаз и скрипят зубы. Напрасно старалась придумать подходящее заклинание! Тяжелое дыхание стража Мира мертвых напрочь убивало мысли. Замораживало разум и делало тело непокорным.

Выбрасывая вперед то одну переднюю лапу, то другую, волк двигался на магов удивительно легко для своих размеров. Распахнутые пасти, языки наружу. Сверкали желтые длинные клыки. Бусины глаз алчно взирали на непрошеных гостей. Элла никак не могла заставить себя хотя бы отступить на пару шагов. Да что говорить! Сжать посох и то толком не получалось. Задние лапы волка чуть подогнулись, отталкиваясь от каменного пола, и монстр прыгнул, явно намереваясь разорвать нарушителей спокойствия.

Посох колдуна вспыхнул зеленым, и разбежавшийся зверь отскочил от невидимой преграды. Встал на лапы. Потряс головами и снова уставился на врагов. А потом разделился. Сначала на двух трехглавых животных, следом еще и еще. Каждый из получившихся существ не уступал родителю ни размером, ни злостью.

Элле захотелось, чтобы колдун погасил свет. Незачем знать, что они обречены. Отступила и уперлась в стену. Рука попала в паутину, и девушка с испугом затрясла ей, избавляясь от липкого кружева. Волки зарычали. Краем глаза Элла заметила, как у животных отрастают новые головы. Посмотрела на Кнута. Учитель замер в ожидании. Дыхание его сбилось, по виску стекала капелька пота.

Звери прыгнули, все одновременно. Ударились о преграду Кнута и повторили трюк с разделением. Колдун осторожно отступил к одному из проходов. Элла шагнула в его сторону. Тут ее осенило. Почему бы немного не усовершенствовать защиту? Она закрыла глаза и принялась плести заклинание. Каким точно оно должно быть, Элла не знала, но из чего должно состоять, колдун давно ей рассказал. Главное — не слова, а сила, которую они несут.

Волки атаковали еще раз. Безуспешно. Звери перестали делиться и сменили тактику. Часть из них прыгала на завесу, часть попыталась обойти преграду по краям, а то и вовсе зайти сзади. Будто охотники, загоняющие добычу, монстры скулили, переговариваясь между собой.

Колдун оглянулся на ученицу. Элла громко нараспев читала одной ей известные слова. Кнут сосредоточился и, не встретив помехи, просочился к ее разуму. Взглянул вокруг ее глазами и, разгадав, что замышляет, начал помогать.

Голос ученицы утих. В словах пропала надобность. Помощь колдуна приносила гораздо больше пользы. Все задуманные ей связи между пространством и материей он наладил почти мгновенно, все, в чем сомневалась Элла, воплотил без малейших колебаний. Вскоре на волчью стаю тяжело рухнула рыбацкая сеть, обмазанная толстым слоем смолы, с неподъемными булыжниками по краям. Волки попытались выбраться, но с каждым движением лишь запутывались сильнее. Элла прошептала еще одно заклинание и вытеснила сознание учителя из своего. Кнут усмехнулся.

— Пойдем, он скоро выберется, — свернул в один из туннелей и бодро зашагал вперед.

Элла покорно засеменила следом. Знала бы она раньше, что учитель обладает такой мощью, ни за что бы ни связалась с ним. Кнут остановился, прошептал что-то невнятное, нарисовал круг посохом и опять пошел вперед. Стены снова слабо светились, но ни ученица, ни наставник не стали поддерживать огни: нужно было беречь силы.

Пока позволяла дорога, они почти бежали, а когда поверхность под ногами стала неровной, пошли спокойным шагом. Колдун все так же указывал направление, не останавливаясь перед развилками. Ученица на ходу достала флягу и сделала несколько глотков. Кнут обернулся и протянул руку.

— Позволишь?

Элла дала ему баклагу.

— Мне казалось, ты не хочешь пить.

— Не хочу, — колдун не останавливаясь сделал парочку крупных глотков. — И ты не хочешь. Только там не совсем вода.

Он отпил еще чуть-чуть и протянул сосуд ученице. Элла протерла горлышко и заткнула флягу. Нагнала колдуна, в этом туннеле ширина позволяла идти рядом.

— И что же там, по-твоему?

— Эскал единственный из смертных дошел до Белого древа Источника сущего. Подозреваю, он соединил флягу с ним, — колдун замолчал, будто стараясь подобрать понятные слова. — Природа жидкости источника не очень ясна, но доподлинно известно, она помогает всем: и наделенным магическими способностями, и обделенным. Ты хочешь приложиться к фляге не тогда, когда мучает жажда, а когда тебе нужна подпитка. Забавно, что Авар отдал ее… Вероятно, решил, что наш поход слишком сложен, и пожалел тебя.

Открыла рот возразить учителю, но услышала стража. Со значением взглянула на Кнута, и тот кивнул в ответ. Больше волк не застанет их врасплох. Колдун остановился и, закрыв глаза, начал читать заклинание. Ученица узнала слова — они усыпляли все живое, проходящее сквозь невидимую стену. Кнут понимал: убить волка невозможно, а время выиграть надо. Насколько помнила Элла, дальше отметки Тэона зверь не пойдет. За ней заканчивался Мир мертвых и начиналась Обитель нитей.