Анна Пожарская – Искра в жерле вулкана (страница 18)

Чародеи постояли мгновенье, раздумывая, стоит ли остаться, убедиться, что волк заснул, или продолжить бегство. Потом не сговариваясь пошли вперед: ускорили шаг, не желая сталкиваться со зверем еще раз.

Уже преодолев приличное расстояние, снова услышали преследователя. Волк оказался хитрее, чем они думали, и каким-то волшебным образом обошел ловушку.

Зверь не собрался в единое целое. Одна часть его стаи бежала следом — сонное заклинание действовало плохо, животные замедлялись, но продолжали охоту; а другая рассредоточилась по лабиринту, выискивая путников по запаху. Колдун пытался запутать их с помощью заклинания дополнительных следов, но зверей было так много, что кто — то обязательно шел по правильному следу, а там, где появлялся один волк, неизбежно возникали еще несколько.

Кнут упорно двигался к своей цели, Элла не спрашивала, как он определяет направление. Шла, уткнувшись в спину учителю. Левый ботинок натер, в правый попал мелкий камешек, а погоня все не прекращалась. Девушка мечтала о передышке, но за спиной слышалось то ли фырканье, то ли тявканье, то ли скулеж.

Из очередного левого коридора выскочил волк. Закрыл пушистым телом туннель и отрезал Эллу от колдуна. Не дожидаясь приглашения, прыгнул, целясь откусить ученице Кнута голову. Пригнулась, но недостаточно быстро, и зубы зверя угрожающе лязгнули около самого уха. Волк приземлился на лапы, развернулся и прыгнул еще раз.

«Кажется, все», — успела подумать Элла.

Посох колдуна сверкнул зеленым светом, и волк, будто подхваченный невидимой петлей, повис, подвешенный к потолку. Девушка открыла глаза и посмотрела вокруг, гадая, должно ли что-то измениться после смерти, если она и так в Мире мертвых. Кнут строго посмотрел на ученицу и пошел вперед, а она, вздохнув, побежала следом.

В вертепе госпожи Тумы жизнь била ключом. Круглосуточно приходили клиенты, девочки вечно бегали туда-сюда, на кухне работали два повара, была даже женщина, которая убирала комнаты. Пару раз за неделю на крыше вертепа играли бродячие музыканты, в такие дни туда захаживали весьма солидные горожане, ничуть не гнушаясь местом. Госпожа Тума, как понял Авар за семь дней пребывания в Хломе, была вдовой градоначальника и знакомства водила соответствующие. Что до девочек, то в Хломе давно привыкли, что каждый выживает, как может.

Тума поселила Авара в комнате на первом этаже, через стенку от кабинета, пахнущего можжевельником. Дала ему несколько потертых томов, по ее мнению, важных и помогающих прояснить суть вещей. Авар принял их с благодарностью, но все же заручился разрешением посмотреть содержимое полок кабинета. Хозяйка согласилась с условием, что он будет дотрагиваться только до книг. Гость не возражал. Беспокоить другие предметы в его планы не входило, не ровен час сотворит что-нибудь опасное.

Почти все время он проводил в кабинете. С Тумой или без нее, находил там массу интересных занятий. Большую часть книг, расставленных на полках, Авар проштудировал еще в отцовской библиотеке, но были тут и те, что встретились в первый раз. Авар читал, размышлял, расспрашивал Туму о тонкостях работы с источником и ждал удобного момента. Хозяйка дома охотно проводила с ним свободное время. Сошлись легко: оба дети могучих магов, они оказались лишь хранилищами силы без возможности воспользоваться накопленным, они могли стать приемниками ремесла, а оказались не у дел, и эта общая неудача объединяла куда лучше любых других совместных предприятий. Часами говорили об Искусстве, о заклинаниях, отварах и артефактах, но все это больше походило на сплетни девственниц о постели: ни Тума, ни Авар никогда не смогли бы заставить силу служить себе.

Женщина часто рассказывала, как в юности они с сестрой устраивали шалости, которые той были не под силу в одиночку. Вспоминала о том, как несколькими годами позже отец, пытаясь отвоевать сестру у смерти, чуть не убил ее, Туму, потратив все, что у нее было. Он любил своих девочек и, пытаясь не потерять одну, чуть не лишился обеих. Смерть слишком крепко держала Тайлу, ребенок, зачатый от привороженного мужчины, никому и никогда не шел на пользу, тут никакая сила бы не справилась. Авар не стал спрашивать, понравились ли Туме мысли отца, и так понимал: ответ — нет. По крайней мере, ему бы не хотелось знать, что думает родитель о попытках сына достучаться до магической силы.

На седьмой день пребывания гость наконец решился и ринулся в бой. За вечерним чаем он осторожно проболтался Туме про лавандовое поле. Женщина отшутилась: «Чего только нет в наших краях», и переменила тему. Авар насторожился, но виду не подал, в конце концов, он и ожидал подобной реакции. А на следующий день в гости наведалась женщина с посохом, и хозяйка дома ушла вместе с ней. Вернулись они к ужину, уставшие и злые. Долго сидели у Тумы в комнате, а после спустились в кабинет переговорить с гостем. Женщины принесли с собой едва уловимый цветочный аромат, приправленный ноткой волнения. Авар встретил их во всеоружии.

— Меня зовут Есения, — представилась чародейка мелодичным голосом, и темные локоны, обрамляющие ее лицо, дернулись в такт дежурному поклону. — Я дочь Тумы и домашний маг градоначальника Хлома.

Авар поклонился в ответ и застыл в ожидании предложения от волшебницы. Мысленно усмехнулся тому, что теперь мать выглядит немного моложе дочери. Есения посмотрела в его звериные глаза и, ничуть не смущаясь, продолжила.

— Поле, о котором ты поведал нам, очень старое и хранит в себе так много, что хватит на целую армию чародеев. Я бы с огромным удовольствием использовала часть его сил на создание кристаллов, резерва на случай серьезной передряги. Здесь, в Хломе, всякое бывает, а сама по себе сила накапливается медленно, — вздохнула и провернула посох испещренными знаками порабощенных сущностей пальцами. — Одна загвоздка, Тума не может удержать в себе извлеченное из поля. Требуется другой сосуд. Звери не подходят, про предметы и говорить нечего. Может быть, ты поможешь нам, дитя Повелителя неба? Мы можем договориться…

Авар наклонил голову набок и медленно моргнул. Замер, наслаждаясь произведенным эффектом. Раз уж она сочла нужным подчеркнуть, что собеседник не человек, так пусть рассмотрит получше. Глядишь, охотнее будет торговаться.

— Я готов помочь вам, — улыбнулся он как можно непринужденнее. — Но я корыстен и не отличаюсь любовью к ближнему: у меня есть три условия.

— Говори! — приказала Есения, и Авар отметил, как лихорадочно заблестели ее глаза. Видимо, в поле и впрямь накопилось много.

— Во-первых, мы сходим туда лишний раз для меня и ты поможешь мне наполнить чашу, а во-вторых, Тума поведает мне планы Кнута насчет Эллы. Она видела их, когда он возвращал ей молодость. Вслух. При тебе. Чтобы я смог удостовериться в вашей честности, когда ты воспользуешься моим источником. И напоследок, хочу освободиться от обещания красть у Кнута безделицу. Идет?

Тума ухмыльнулась, а чародейка уставилась на мать выжидающе.

— Тебе незачем знать планы Кнута, Авар, — холодно отозвалась хозяйка дома. — Только измучаешься. Все равно не сможешь помочь.

— Позволь мне решать.

— Как скажешь, — пожала плечами Тума. Видно было, что у нее нет желания уносить тайну старого приятеля в могилу. — Кнуту нужны три порции свежей крови Эллы как дочери Тэона: одна часть, чтобы открыть врата в Обитель Нитей, другая, чтобы заключить Тэона в ловушку для демонов, обитель, третья — чтобы покинуть владения демона. А чтобы выйти из Мира мертвых, Кнут планирует принести Эллу в жертву Стражу теней. Тот как раз любит пожирать демонов и духов, а твоя рыжая подружка — самый подходящий вариант: она наполовину демон, даже если ее мать не та самая Адлара, а обычная человеческая вертихвостка. Все, — она прищурилась: — Тебе стало легче? Должно, — ехидно улыбнулась:

— Особенно если учесть, что в Мир мертвых такие, как мы с тобой, могут попасть только одним способом: издохнуть, как псы в подворотне.

— Что с остальными условиями? — невозмутимо поинтересовался Авар.

— Да! — хором выдохнули женщины.

Гость усмехнулся, в этот момент стало очевидно, что перед ним мать и дочь. Уж больно похожие интонации.

— Завтра я в вашем распоряжении, — согласился он.

— Отлично. Выступаем с утра, — подытожила Есения, а Тума молча кивнула.

Глава одиннадцатая

Пробежали несколько развилок, пока наконец в одном из туннелей не увидели нужный знак: огненный круг, перечеркнутый ярко-рыжим львиным хвостом с кисточкой. От изображения исходили тепло и невнятная желтая пульсация. Кнут и Элла остановились перевести дух. Сделали по несколько глотков из фляги Авара. Девушка вытряхнула камень из ботинка. Наставник подлечил ее растертую ногу.

Волк не появлялся, но Элла никак не могла унять дрожь — предстояло встретиться с отцом при странных обстоятельствах, а учитывая, что она увидит его второй раз, никто не взялся бы предсказать, как отреагирует демон. Кнут, конечно, говорил, что отец ждет их, но что — то подсказывало: старик врал.

Кнут достал из-за пояса большой охотничий нож и повернулся к Элле.

— Самое время исполнить обещание, точнее, большую его часть.

Ученица заворожено кивнула.

— Будет больно?

— Нет, — Кнут щелкнул пальцами, и над рукой загорелся огонь.