Анна Павлова – Тайна из Пещеры (страница 2)

– Дэвушка, а дэвушка, пододвиньте вашу сумку, пожалуйста. Пройти хочу, – я повернула голову и обомлела: передо мной стоял самый настоящий горилла… с двумя арбузами под мышками. – Ну, дэвушка, ваш баул мне пройти не даёт, – продолжала как ни в чём не бывало говорящая обезьяна.

– Вик, ты чего спишь? – Лара даже дернула меня за плечо. – Отодвинь наконец свою сумку, дай мужчине пройти!

И тут до меня дошло, что разговаривает со мной не примат, а «лицо кавказской национальности», причём очень обросшее! Со словами «простите», «извините» я носком ботинка сдвинула свой багаж глубже под лавку. Мои щёки горели как надраенная пожарная машина, поэтому я сочла за благо отвернуться к окну и сделать вид, что меня жутко интересуют столбы с электропроводами. А мужчина тем временем со спокойствием сытого удава стал устраиваться на боковом месте, прямо напротив наших спальных мест.

Свою дорожную сумку и один арбуз он положил под скамью, а второй арбуз с видом царя-завоевателя он брякнул прямо на наш стол.

– Дэ-э-эвушки, давайте арбуз есть! – громко возвестил бывший горилла.

От такого нахальства у меня пропал дар речи. Зато моя беззаботная подруга необычайно оживилась.

– Давайте, давайте, – пропела она своим мармеладно-шоколадным голосом. Я с недоумением покосилась на неё. Уж кто-кто, а она умеет выбирать себе мужчин (хотя до добра это её ни разу не доводило). Но что она нашла в ЭТОМ (!) – хоть убей, не пойму.

А кавказец тем временем вытащил откуда-то настоящий кинжал и с видом мясника начал кромсать арбуз на куски. Ларочка тем временем уже что-то бойко вешала ему на уши.

– Дорогая, что с тобой? – с видом доктора я потрогала лоб несчастной, когда эта «красота неписаная» отправилась в туалет. Она точно смертельно больна! Кокетничать с этим чудовищем! Да ни за какие коврижки!

– Ничего ты не понимаешь! На этом мужике бриллиантов, как звёзд на небе! А нож ты видела? Коллекционная вещь. А сумка, в которой он шмотки возит? Натуральная кожа. Тебе-то хорошо, о тебе родители вон как заботятся. А меня кто защитит от напастей, погладит по головке, согреет зимним вечером?

И тут я ничего не могла возразить. Родители Ларисы погибли в автокатастрофе почти сразу после рождения дочери. Воспитывала её бабушка, вбивавшая в голову внучки, что для женщины важнее всего в жизни удачно выйти замуж. С тех пор Лара неустанно ведёт охоту на подходящего кандидата в мужья.

– Если он такой богатый, то почему плацкартом едет? Да ещё на боковой койке? – не унималась я.

– У него мать на родине больна, а билетов ни на самолёт, ни на другой поезд не было. Я спрашивала об этом, если ты не заметила!

– Ну-ну, смотри, не ошибись! – протянула я и отвернулась к своему любимому окошечку. А Лара снова начала щебетать с вернувшимся кавалером.

Глава 3.

Всю ночь поезд гудел: где-то раздавались пьяные песни под гитару, где-то ругались двое десантников, возвращавшихся домой, с завидной периодичностью слышался звук чокающихся стаканов, а характерные вздохи и ахи вообще не давали уснуть. Наша команда тоже всю ночь гуляла, поэтому на следующее утро мы выглядели, как побитые жизнью собаки: замученные, опухшие и с вселенской тоской в глазах.

Зато во время ночного гуляния мне удалось со всеми познакомиться (все равно спать из-за шума я не могла). Одного нашего здоровенного пацана из нашей команды звали Иван, а фамилия у него была ни дать, ни взять – Маленький. Естественно, все звали его только по фамилии, ставшей прозвищем. Девочек, больше похожих на мальчиков, про себя я звала Белка и Стрелка. Они больше двух лет жили вместе и были счастливы, что судьба свела их. Ну, если им хорошо, то чего мне кипятиться?

Еще двоих худеньких мальчишек звали Артём и Влад. Оказалось, они мастера спорта по скалолазанию и опытные спелеологи. Выпив со всеми по бутылочке пива, они посидели с нашей компанией ещё чуть-чуть, пожелали всем спокойной ночи и отправились на боковую. Стоит ли упоминать, что утром они выглядели лучше всех?

Зато наши с Ларой предполагаемые кавалеры отрывались по полной программе. Всю ночь они пьянствовали, клеили всех мало-мальски привлекательных девушек и на меня не обращали никакого внимания. Видимо, мои метр шестьдесят, зелёные глаза и рыжие кудрявые волосы не входили в их представление о красоте.

А жаль, потому что Павел начал мне нравиться. И рядом не оказалось Лариски, чтобы помочь советом, как заполучить этого мальчика. Наверное, она скрылась в каком-то укромном уголке со своим новым обожаемым – этим кавказцем.

Около трёх часов ночи она вернулась на свою полку очень злой. Никому не стала разговаривать, а когда Маленький спросил, в чём дело, она швырнула в него пластмассовую кружку и чуть не разревелась. А «гамадрил» наоборот был в очень приподнятом настроении. К утру моя Лара всё ещё не дуется. Она даже не стала пить кофе и ни словом не перекинулась с представителем противоположного пола. Вот тут я начала беспокоиться по-настоящему! Такое поведение у Ларисы могло быть вызвано только жестокой депрессией.

Когда в Красноярске мы вышли из поезда, я, рискуя быть обруганной с ног до головы, подошла к подруге:

– Лариса, что у тебя вчера случилось? Ты сама не своя ходишь!

Она посмотрела на меня, её глаза вот-вот могли наполниться слезами.

– Знаешь, Вика, все мужики – козлы! – мои брови против воли поползли вверх.

– И что тебя привело к такой глубокой мысли? – спросила я. Раньше Лариса никогда не высказывалась так категорично в адрес мужчин.

– Вчера я была с этим ублюдком Авиком. Сначала всё было чудесно. Но оказалось, что на самом деле он женат! Хотя до этого клялся, что свободен, как птица в полёте. А ещё этот гад сообщил, что едет домой не к матери, а к жене, которая вот-вот должна родить! – и тут она зарыдала в полный голос. – А всё могло быть так хорошо!

– Ну что ты, перестань! – успокаивать Ларису было непросто. – Мало ли нам в жизни козлов встречалось? А сколько ещё встретится! И что теперь? Из-за каждого проходимца руки на себя накладывать?

– Нет, – прошептала подруга, – но всё равно обидно!

– Конечно, обидно, – продолжала я гнуть свою линию. – Но это пройдёт. Это всегда быстро проходит. (Лариса всхлипнула.) Да не убивайся ты так! Посмотри, сколько с нами красивых мальчиков едет. Найдём мы тебе самого лучшего на свете мужа! Только не плачь.

Лариса успокоилась, перестала хныкать и была в состоянии адекватно воспринимать действительность. Мы взвалили на себя тяжёлые рюкзаки и бросились догонять нашу команду.

Добраться до места дислокации пришлось очень долго. Сначала на машине мы ехали около двух часов, а потом ещё километра пять шли пешком. Я устала, как собака, но старалась не ныть. Кто-то мне сказал, что альпинисты этого не любят.

Мы разбили лагерь в очень живописном месте. С одной стороны текла река, достаточно чистая, чтобы в ней мыться, а с другой возвышались знаменитые красноярские Столбы. Маленький сказал, что рядом есть вход в небольшую пещеру, только сейчас его не видно, потому что он скрыт от любопытных глаз молодой еловой порослью.

Пока ставили палатки, разводили костёр, обустраивались, я как-то незаметно и безболезненно влилась в наш уже сплоченный коллектив. И это путешествие стало казаться мне не таким уж безумием.

– Ну что, Викуша, как тебе первый день лагерной жизни? – посмеивался Максим.

– Знаешь, если честно, мне нравится, но всё равно скучаю по своему любимому дивану, хорошему фильму и капучино.

– Не дрейфь, – подбадривал Маленький, хлопая своей огромной ручищей по плечу, – завтра в пещеру полезем – тебе очень понравится! Там такая красота!

Стало смеркаться, мы с Ларисой готовили ужин, Маленький колол дрова, Влад и Артём носили воду из реки, Белка и Стрелка пели песни под гитару. У них оказались очень сильные, чувственные голоса. Ветер доносил до нас запах хвойного леса и вечернее пение птиц. Красота! В каком таком Таиланде или другом курорте можно такое увидеть, услышать, почувствовать? Всё-таки Лариска молодец, что вытащила меня с собой!

Глава 4.

Утреннее солнце нещадно било мне в глаза. С трудом разлепив веки, я обнаружила, что нахожусь в палатке совсем одна. А где же Лариса? Я не успела испугаться, что меня оставили одну в незнакомом месте, как снаружи послышались голоса Маленького и Ларисы. Они о чём-то спорили.

– Она же ни разу не участвовала ни в чём подобном! – кричал Иван, считавшийся в нашей группе главным. – Она же не профессионал! Мы не можем взять её с собой. А вдруг ногу подвернёт? Кто её до лагеря тащить будет?

– Я! Я её буду контролировать! А в случае чего и лечить её! – в том же духе отвечала Лара. – Ты же знаешь, опыта у меня предостаточно, чтобы отлично справиться и с тем, и с другим!

– А что, если она ногу сломает? – не сдавался Маленький.

– Эй, ребята, вы чего кричите? – я с трудом вылезла из палатки. Спина с непривычки спать на земле ужасно болела.

– А-а, проснулась… – огрызнулся Маленький.

– Да вот, решаем, брать тебя сегодня в пещеру или не стоит, – потупив взор, ответила подруга. – Ты-то сама как? Хочешь пойти или лагерь будешь охранять? Только сразу предупреждаю: спускаться под землю – это тяжёлая и не всегда приятная работа. Остаться здесь и приготовить обед куда проще!

– Что значит в лагере?! – оттого, что Лара не воспринимает меня всерьёз, я разозлилась не на шутку. – Ты для чего меня сюда взяла? Чтобы я вела жизнь стряпухи при лагере? Ну уж нет! Конечно, я полезу в пещеру! Ещё чего придумала – обед готовить!