Анна Павлова – Тайна из Пещеры (страница 4)

Итак, что день грядущий нам готовит? Сегодня мы решили не спускаться под землю (вдруг я опять что-нибудь найду на свою голову). Вместо этого было принято решение немного полазать по столбам. Посмотреть на мир с высоты птичьего полёта, так сказать. Меня определили в связку с Владом как самую неопытную.

Трагическим шёпотом, достойным игры самого Михалкова, Маленький поведал мне, что Влад «ну очень большой специалист в области альпинизма». И ещё добавил, что этот «несгибаемый человек» неоднократно занимал первые места на всевозможных соревнованиях. После такой рекомендации и короткого инструктажа мы полезли вверх. Чувствовала я себя, как ни странно, абсолютно спокойно. Лишь все время гадала, хватит ли мне сил добраться до самой вершины. Но мои опасения оказались абсолютно беспочвенными. Причём как в прямом, так и в переносном смысле. А произошло вот что: усилиями, вероятно, тысяч альпинистов в скале образовалось нечто похожее на лестницу, так что даже новичок вроде меня мог относительно легко преодолеть расстояние от подножия до вершины столба.

– Ты как, Вика? – крикнул мне сверху Влад. – Держишься?

– Держусь! – отозвалась я бодрым голосом. – Не переживай!

Но, сделав следующий шаг, я поняла, что уже нахожусь в свободном полёте. Вот это было ощущение! С одной стороны – леденящий ужас, сковывающий всё тело и даже мысли, а с другой – небывалый восторг и астрономический выброс адреналина в кровь. Так вот почему люди, рискуя жизнью, прыгают с тарзанок, парашютов и прочих ненадёжных приспособлений! Короче говоря, словами всё, что я почувствовала, не передать! Можно просто упасть со скалы. И вот, когда я уже в десятый раз попрощалась с жизнью, верёвка вдруг натянулась, слегка пружиня, а земля перестала приближаться с катастрофической скоростью.

– Вика! – откуда-то сверху донёсся до моего сознания голос Влада. – Ты жива?

– Кажется, да! – ответила я пересохшими губами.

– Так-так… хорошо, – продолжил Влад. – Теперь возьми вон те выступы и аккуратно, не спеша, подтягивайся ко мне. Поняла?

– Поняла.

– Давай, действуй. У тебя всё получится!

И я, слегка покачиваясь на снаряжении, схватилась обеими руками за тот самый выступ в скале, с которого так некрасиво слетела. Как я доползла до вершины, даже рассказывать стыдно! Руки тряслись, ноги подгибались, глаза, как чайные блюдечки, а волосы топорщились, словно щетина старой метлы. Наверху меня уже ждала вся команда. Видимо, они не на шутку перепугались за меня. Во всяком случае, глаза у них были такими же круглыми, как и у меня.

– Как ты? – голос Влада дрожал от нервного напряжения. Странно, он же опытный альпинист и наверняка знал, что со мной такая история могла произойти на раз-два-три.

– Да нормально, не переживайте! – сказала я и грохнулась в обморок.

Обратный путь показался мне ещё страшнее, чем подъём и падение, вместе взятые. Руки и ноги всё ещё тряслись. Смотреть на землю я даже не решалась. Может быть, поэтому обошлось без новых приключений. Влад контролировал каждое моё движение, и под его руководством я даже научилась выполнять кое-какие трюки.

– Мать, ну и напугала же ты нас! – сообщил «новость» Маленький, когда мы наконец благополучно завершили восхождение. – Завтра, небось, ближе чем на сто метров к столбам не подойдёшь?

– А вот и нет! – тут же возмутилась я. – Разве вы не знаете, что для того, чтобы избежать фобии высоты, мне просто необходимо подняться снова. Подумаешь, чуть об землю не шмякнулась! Это ещё не повод, чтобы мне не стать известнейшей альпинисткой!

– Ну, смотри, – отмахнулся Иван. – Дело хозяйское. Только мне не очень хочется возвращать тебя родителям в цинковом гробу.

Он-то думал, что эти слова заставят меня отказаться от восхождений! Но они, наоборот, подстёгивали меня действовать наперекор и подняться наверх прямо сейчас.

Всю дорогу до лагеря Влад ни на шаг не отходил от моей драгоценной особы. Всё что-то болтал и болтал. Но внимания я на него совсем не обращала. Видимо, стресс давал о себе знать. Голова слегка гудела, и тошнота накатывала на меня периодически. Интересно, у всех, кто падал, такая посттравматическая реакция случалась?

Когда мы добрались до нашей палаточной стоянки, солнце вновь прощалось с миром до завтрашнего утра. Неужели мы весь день по столбам прыгали? Или летали?.. А мне показалось, что прошла всего секунда. Павел и Максим по обыкновению своему находились в отключке, но теперь от них не пахло перегаром. Зато в воздухе витал характерный запах запрещенных веществ канабиоидной группы. Этих растаманов опять хотели побить.

– А какой смысл? Всё равно на завтра ничего не вспомнят, – резонно заявила Белка.

Я подсела поближе к костру, чтобы согреться. Меня внезапно пробрал такой озноб, что даже близкое пламя не могло мне помочь. Как же мне было холодно! И в этот момент лагерь огласил нечеловеческий крик моей лучшей подруги Лариски. Только она умела так вопить.

Глава 7.

– А-а-а-а! – верещала Лара. – Вот козлы, придурки, ублюдки (дальше в ход пошли такие слова, которые я мысленно произнести не решаюсь)! Мало им обкуриться, надо ещё и в нашей палатке всё перерыть! – это она про наших неудавшихся кавалеров, видимо. Лариса подбежала к ведру с водой и с ног до головы окатила ледяной ключевой водой ни о чём не подозревавших Пашу и Макса. Естественно, мальчики проснулись, как по команде «Рота, подъём!». Они сразу же вскочили на ноги, пытаясь сообразить, что вообще происходит.

– Вы зачем все наши с Викой вещи переворошили, идиоты?! – кричала подруга, не жалея голосовых связок. – Вас лагерь оставили охранять! А вы по вещам шарить принялись?!

– Постой, ты о чём? – совершенно искренне поинтересовался Паша.

– О том, что вы, придурки, все мои вещи попортили!

– Да не лезли мы в вашу палатку! – первым пришёл в себя Максим. – Мы всё время у костра сидели, пока вас не было, а потом заснули.

– Ага, дурь убойная попалась, – заржал Пашка. (Во, придурки! Ну о чём с ними вообще можно разговаривать!)

– А кто тогда палатку вверх дном перевернул? – не унималась Лара.

– Тпруу… Красавица, стой! – вмешался в ссору Иван. – Ты подробно расскажи, что у тебя произошло? Сумочку на пол уронила, а оттуда тампон вывалился?

От такой наглости Лариска потеряла дар речи, а когда пришла в себя, смогла только прошипеть:

– Ты, верзила стоеросовый, зайди к нам с Викой в палатку и сам всё увидишь! Кроме этих двух торчков здесь никого не было!

Похоже, дело приняло серьёзный оборот, раз подруга так кипятится. Вся команда, включая несчастных Павла и Максима, рванула взглянуть, что же такого увидела Лариса в нашем временном жилище. Когда мы заглянули внутрь, сами впали в состояние, близкое к обморочному.

Все вещи были разбросаны по полу, маленькие походные подушки разрезаны. Кофе, сахар, пшенка причудливым ковром застилали брезентовую поверхность пола. Зубную пасту тоже выдавили из тюбиков. Короче, было испорчено всё, что можно было изрезать, выдавить, вылить или изгадить иным способом. Ни разу в жизни я не видела такого разгрома. Как будто неизвестный нам безобразник искал какую-то очень нужную ему вещь.

– Ну и накурились же вы, ребята! – прокомментировал «пейзаж» Артём. – Скажите потом, где травку брали.

– Вы в лагере точно никого чужого не видели? – кажется, даже Маленький не мог поверить, что такой кавардак могли учинить эти двое.

– Точно… – прошептал Павел и отвернулся.

– Значит, если никого не было, то это бесчинство совершили вы, – подвёл итог Иван.

– Мы не помним… Скорее всего, это не мы! – ой, как стыдно было Максиму! Он аж весь покраснел, как помидор. Даже уши у него стали цвета спелой свеклы.

– То есть, если вы не помните, то мог быть и чужой? Я правильно рассуждаю? – это Маленький уже к нам обратился. И голос нашего шефа не внушал оптимизма.

– Наверное, мог. Но мы всё время сидели у костра и никого не видели… – буквально за несколько секунд лицо Максима из красного превратилось в серое. Неужели Маленький так страшен в гневе, что его стоит так бояться?

И тут началось! Ваня не выдержал. Первый удар пришёлся разговорчивому Максиму по челюсти, тот сразу же грохнулся на землю. Второй удар сразил Павла. Несколько ударов по животу… На этом всё закончилось. Правильно, зачем бить безжизненные тела?

– Та-ак, – отдуваясь, Маленький стал отдавать приказания. – Этих двоих отволоките в мою палатку. Всё бухло и траву немедленно выкинуть! Пусть Вику и Ларису кто-нибудь возьмёт к себе на ночь. Я и Артём будем охранять лагерь, а Влад пусть следит за этими обалдуями. Всем всё ясно? Выполнять!

– Теперь ты понимаешь, почему он у нас главный? – шепнула мне на ухо Лариска.

– Потому что он большой и дерётся хорошо?

– Нет, потому что он десантником был. В армии здорово командовать научился.

– Да ты что! А по нему и не скажешь! – я с большим уважением посмотрела на Ивана.

На этом представление под названием «Накажи хулиганов» закончилось. Команда резво принялась выполнять указания Маленького. Мы с Лариской вытащили из палатки всё, что ещё можно было спасти. Остальное просто выбросили.

Всю водку на самом деле вылили в реку, оставив только одну чекушку для медицинских целей. Из неё Стрелка налила нам с Ларкой по стопке, чтобы успокоить нервы. Мы, особо не вникая, выпили спиртное залпом, даже не почувствовав вкуса. Дальше нужно было решить вопрос с нашим расселением.