Анна Осокина – Развод. P.S. Я все еще тебя… (страница 34)

Здоровье отчима восстановилось настолько, что он мог уже самостоятельно ходить, без проблем говорить и писать, но пока о возвращении к управлению фирмы речи не шло. Мама даже слышать об этом не хотела, а отчим слишком сильно любил ее, чтобы всерьез возражать. Я уже привыкла быть на руководящей должности, но с радостью уступила бы ее, скажи мне родители хоть одно слово. Однако я собиралась добросовестно исполнять обязанности столько, сколько придется.

Проснулась я довольно рано и как будто даже была выспавшаяся, хотя поспала всего несколько часов. За окном впервые за много недель светило солнце. Я отодвинула шторы и выглянула на улицу, сощурившись от ослепительной голубизны неба. Невольно улыбнулась. В самые хмурые месяцы мои веснушки на лице как будто бледнели и становились не так заметны, но стоило вылезти солнцу хотя бы на пару часов, они снова «загорались».

Спешить было некуда. Я спокойно позавтракала тостами со сливочным маслом, отварным яйцом и свежими овощами — мой самый любимый вариант еды с утра. Пока ела, думала о Вете. Эта девушка осталась в прошлом. Я больше ничего не хотела о ней знать, но о состоянии ее малыша справиться нужно было. Все же наша фирма участвовала в спасении его жизни.

Именно поэтому я приняла душ, оделась в бархатный, невероятно удобный спортивный костюм такого же насыщенно-голубого оттенка, как утреннее небо, накинула белую безрукавку и того же цвета кеды и, сев в машину, снова поехала в больницу. Наверное, можно было бы позвонить, но о таких новостях лучше узнавать лично, а не по телефону. Я от всей души надеялась, что операция прошла хорошо и ребенок в порядке.

Звонок телефона выдернул меня из мыслей. На экране высветился номер бывшего мужа. Сердце уже привычно екнуло, я подняла трубку.

— Юля, ты где? — услышала я его встревоженный голос.

— Еду в больницу проведать малыша, а что?

Неужели что-то с ребенком, и Паша узнал об этом первый?

— Ничего. Хорошо. — Мне показалось, что на том конце раздался вздох облегчения. — Просто я звоню в дверь, а ты не открываешь. Разволновался.

— А почему ты не позвонил, прежде чем ехать? — не поняла я.

— Извини, действительно, глупо получилось.

— А что ты хотел?

— Поговорить. Давай встретимся в больнице.

— Ладно, — только и смогла выдавить из себя и скинула звонок.

«Поговорить». От этой фразы у меня завтрак подскочил к горлу. Господи, господи, господи… Не знала, о чем он хочет поговорить и что мне делать, как реагировать. Несколько минут я молча паниковала, уже запарковавшись, но все еще сидя в машине. Если этот разговор будет о нас, это могло снова поменять мою жизнь, и я этого страшилась. Слишком часто в последнее время происходили перемены. Я едва успевала подстраиваться под одни обстоятельства, как вводные тут же менялись. Не знала, как долго продержусь в таком темпе. И все же оставаться в машине вечно, как в каком-то коконе, я не могла, поэтому собралась с силами и заставила себя выйти из нее.

***

Павел не только оплатил операцию ребенку Веты с личного счета, но и пожертвовал детскому отделению крупную сумму из благотворительного фонда, созданного в компании. Когда я пришла в больницу, меня неожиданно узнали, хотя вчера для всех я была лишь одной из многих посетительниц. Возможно, персонал уже успел посмотреть в интернете фотографии владельцев компании, которая так щедро поделились средствами на лечение маленьких пациентов. Завидев меня, медсестра тут же позвала врача. Тот же молодой мужчина, который вчера представился нам хирургом, с улыбкой пошел ко мне навстречу.

— Юлия Александровна! Очень рад, что вы к нам снова заглянули.

По его довольному выражению лица я сразу же поняла, что с мальчиком все в порядке, иначе врач так себя не вел бы.

— Здравствуйте! — Кивнула ему. — Могу я узнать о состоянии ребенка Зориной?

— С ним все в порядке. Он пока в отделении интенсивной терапии, но хорошо перенес операцию и идет на поправку.

— Это вы ее проводили? — уточнила я.

— Да, вместе с заведующим хирургическим отделением. От лица всего персонала больницы хочу выразить вам и Павлу Юрьевичу благодарность за пожертвование.

— Лишь бы дети были здоровы, — ответила я, а у самой сердце пустилось вскачь, потому что в конце коридора увидела знакомую фигуру. Паша быстро шел к нам. Врач, наверное, заметил, как я поменялась в лице, потому что обернулся и, увидев моего бывшего мужа, поздоровался и подал ему руку.

— Павел Юрьевич, как хорошо, что вы зашли. А я как раз рассказывал Юлии Александровне о том, что мальчик идет на поправку.

— Что ж, я очень этому рад, — сказал он, не глядя на врача. Все его внимание сосредоточилось на мне.

От этого у меня желудок сжимался и что-то страшное происходило с внутренними органами, они как будто перемещались. Нужно скорее поговорить, иначе я так и буду нервничать.

— Доктор, скажите, а где у вас тут можно спокойно обсудить… деловые вопросы? — сказала я, едва найдя силы отвести взгляд от глаз Паши.

— А, прошу сюда. Можете занять мой кабинет, я все равно иду на обход, — мужчина указал на дверь чуть дальше по коридору.

— Это очень любезно с вашей стороны, — улыбнулся Паша и указал мне рукой, чтобы я шла первой.

Внутренне содрогнувшись от предстоящего разговора, я, стараясь не подавать виду, насколько взволнована, вошла в кабинет и не оборачивалась, пока не услышала, как дверь закрылась. Паша щелкнул замком. Я вздрогнула, но и тогда не повернулась.

— Это чтобы нам никто не помешал, — объяснил он.

Сердце заныло. Я даже не могла понять, физические это ощущения или нет. Так тревожилась, что даже толком не могла рассмотреть окружающую обстановку: серые стены, кушетка, стол, пара стульев… обычный кабинет врача. Может, было и еще что-то, но мозг не желал воспринимать информацию, а тем более обрабатывать ее. Паша почти неслышно приблизился ко мне. Не знаю, отчего мне было настолько страшно. Словно на экзамен пришла. Бывший муж обнял меня за плечи и обдал теплым дыханием ухо. Ощутила, как на руках поднимаются волоски, а по всему телу бегут миллионы мурашек.

— Юль, — прошептал он.

— Что? — так же тихо откликнулась я.

— Прости меня.

— За что? Мы выяснили, что, если ты в чем-то и виноват, так это в своей доверчивости.

— Как и ты.

— Да, мы оба попались на удочку Веты.

Сердце пыталось выскочить из грудной клетки. Казалось, еще чуть-чуть — и проломит ребра. Паша внезапно отпустил меня, так резко, что я пошатнулась. Не успела ничего подумать, как увидела его уже перед собой на коленях.

— Паш, что ты?..

— Юль, Юленька, прости! Прости за то, что этот разговор происходит только сейчас. — Он прижался ко мне всем телом, как будто боялся, что оттолкну. — Ведь все можно вернуть? Скажи, что еще не поздно. Я так тоскую по тебе! Люблю только тебя, всегда буду любить только тебя!

Он заглянул мне в глаза снизу вверх, его голова находилась на уровне моей груди. А я даже ничего вымолвить не могла, только часто и тяжело дышала. Руки безвольно повисли вдоль тела. Медленно, как будто мы плавали в каком-то густом сиропе, я подняла их и подрагивающими пальцами дотронулась до его волос. Такие мягкие… Сглотнула, хотела что-то ответить, но горло будто кто-то сдавил. Не смогла произнести ни слова.

— Если бы ты только знала, как часто я представлял, что это твой ребенок. Наш ребенок… — Паша чуть отстранился от меня и положил обе ладони на мой живот.

Прикрыла глаза и вдруг дернулась, потому что четко ощутила внутри себя движение. Как будто я аквариум, а внутри вильнула хвостом рыбка.

В голове кадрами понеслись события, каждое из которых в отдельности можно было игнорировать, что я успешно и делала долгое время. Но теперь как будто все стало кристально ясно: нерегулярные менструации, тошнота по утрам несколько месяцев назад, моя прибавка в весе, хотя у меня никогда не было с этим проблем, даже извращенное желание съесть желтые розы, которые подарил Виктор. Голова закружилась от понимания того, что со мной происходит. Но если это правда… Где живот?! Я лишь немного уплотнилась в талии.

Нужно было узнать наверняка! Не помня себя от волнения, я кинулась к выходу, отперла дверь и выскочила из кабинета.

— Юля! — закричал Паша, но я не остановилась. Помедлив несколько секунд, он бросился за мной. — Я что-то не то сказал? Юля! Подожди!

Я не могла ждать. Это был такой шок, что, если бы я не узнала точно, голова взорвалась бы прямо там. Подбежала к медсестре, той самой, которая узнала меня, когда я пришла в больницу.

— У вас есть акушер-гинеколог? Мне срочно нужно УЗИ!

Я понимала, что похожу на сумасшедшую, но в тот момент мне было плевать на все вокруг. Девушка испуганно посмотрела на меня, но кивнула и повела по коридору к лифтам. Двери открылись сразу же, мы даже не успели нажать на вызов. Паша быстро шел за нами по коридору, медсестра нажала на нужный этаж, а я — кнопку закрытия дверей.

— Юля! Да погоди ты! — крикнул он, перейдя на бег, но было уже поздно: двери закрылись.

— У вас все в порядке? — спросила медсестра.

— Не знаю, — честно ответила ей. — Просто, пожалуйста, найдите врача, который сможет провести УЗИ прямо сейчас.

Лифт открылся, явив нам такой же коридор, как и в отделении хирургии, из которого мы только что приехали. Медсестра уверенно пошла вперед. Я — за ней. Она постучалась в один из кабинетов. Я молилась, чтобы врач оказался на месте и свободен. Хотя бы раз удача оказалась на моей стороне: меня тут же приняли. Медсестра что-то сказала доктору, наверное, о том, кто я, и женщина в белом халате приветливо пригласила меня внутрь.