Анна Осокина – Развод. P.S. Я все еще тебя… (страница 33)

Когда он вышел вместе с доктором, я посмотрела на Вету. Она смотрела на меня не моргая.

— Спасибо, — еле слышно прошептала она. — Спасибо… Я не достойна такой подруги.

— Во-первых, мы не подруги и, кажется, никогда ими не были, теперь я вижу, что все это время ты мной просто пользовалась.

— Неправда! — попыталась возразить Вета, но я подняла руку, жестом остановив ее.

— А во-вторых, действительно не достойна. Надеюсь, с ребенком все будет хорошо. Мы оплатим операцию, но больше я видеть тебя не желаю и знать о тебе ничего не хочу. Ты меня поняла?

Она дергано закивала, в глазах ее снова блестели слезы.

— Жизнь тебя и так достаточно наказала, может, теперь ты что-то поймешь? И да, что касается твоей пагубной привычки…

— Я больше не выпью ни грамма, клянусь!

— Верится с трудом, но это твоя жизнь. И если у тебя отберут ребенка, знай, что только ты в этом виновата.

Я говорила и говорила, жестокие, но справедливые слова вылетали из меня легко, освобождая душу от тяжелого камня, которым в последние месяцы мой жизни лежала на ней Вета. Наконец вздохнула полной грудью, мне действительно стало легче дышать, и я с чистым сердцем вышла из палаты, искренне надеясь больше никогда не видеть эту девушку.

Глава 13

Паша

Я уладил все финансовые вопросы с операцией и, дождавшись подтверждения от врачей, что все в порядке, поехал домой. Хотел отвезти Юлю, но не нашел ее. Наверное, она уехала первая. Не стал ей звонить или писать. Не решался это сделать. Теперь она знала всю историю от начала до конца. Я хотел дать ей время подумать, ужасно боялся давить, чтобы не отпугнуть.

Может, стоило быть более настойчивым? Не знал, что делать. У меня не было никого, с кем я мог бы посоветоваться. Я никогда не имел настолько близких друзей, с кем мог бы обсудить эту ситуацию. Да, были знакомые по работе, однокурсники и друзья со школьной скамьи, но их компания годилась скорее для веселья. Не мог я поделиться с кем-то из них переживаниями. Я всегда в таких случаях встречался с отцом. Несмотря на огромную разницу в возрасте между нами и то, что я больше годился ему во внуки, нежели в сыновья, мы всегда прекрасно ладили. Именно папа давал мне ценные советы не только в бизнесе, но и в личной жизни.

И все же я нуждался в разговоре. Даже сам не сразу сообразив, из больницы поехал в родительский дом. Это вышло неосознанно, просто в какой-то момент, задумавшись за рулем, я понял, что поехал не в свою съемную квартиру, в которой обосновался в последние месяцы, а к матери. Мог бы купить себе что-нибудь, но не хотел заниматься этим вопросом, не до того было, к тому же очень долгое время провел в командировке, так что пока решил не думать о приобретении недвижимости.

Мы провели в больнице всю ночь, поэтому, когда я подъехал к родительскому дому, солнце уже золотило крышу. Открыл дверь своим ключом и вошел в просторный холл, напугав нашу горничную, которая в наушниках пылесосила ковер. Увидев меня, она даже подпрыгнула от неожиданности.

— Извините, — виновато улыбнулся я. — Мама уже встала?

— Павел Юрьевич. — Женщина среднего возраста, которая уже лет пять как работала у нас, стянула наушники и приветливо улыбнулась мне, отойдя от испуга. — Да, Марина Григорьевна в столовой, завтракает.

Я удивился, что мама уже на ногах, обычно она вставала гораздо позже. Кивнул и пошел в указанном направлении.

— Сынок! — воскликнула она, когда увидела меня. — Что случилось?

Мама вскочила с обеденного стула и с тревогой во взгляде направилась ко мне.

— Все хорошо, мам, все в порядке.

Я прижал ее к себе и обнял, поцеловав в щеку. Она отстранилась и заглянула мне в глаза.

— Ты не говорил, что приедешь, тем более так рано. — Мама оглядела меня с головы до ног. — И почему на тебе смокинг?

— Долгая история, мам, — устало сказал я. — Нальешь мне кофе? Всю ночь на ногах.

Я плотно позавтракал и выпил горячий напиток, почувствовав себя гораздо лучше. Как будто само по себе то, что я находился рядом с женщиной, которая меня принимала любым, придавало силы. Я очень любил мать, но как-то всегда был ближе к отцу. А теперь понимал, что мама — единственный родной человек, который у меня остался в этом мире. Да, конечно, были еще тетушки с ее стороны и родственники отца, но это все не то, с ними я общался только на семейных торжествах.

Мы долго говорили, но, по сути, ни о чем важном. Я рассказывал ей, как прошла моя поездка. После приезда уже виделся с мамой, но недолго. А теперь можно было обсудить все подробнее. В какой-то момент в разговоре возникла продолжительная пауза. Мама положила свою ладонь поверх моей.

— А теперь расскажи то, ради чего ты сюда приехал…

— Мам, — вздохнул я, не зная, с чего начать.

— Ты же знаешь, что я всегда поддержу тебя?

Я знал. О причине моего развода уже всем давно было известно, только если в офисе об этом сплетничали, то мама ни разу не говорила со мной об этом, как будто ждала, что я сам заведу разговор. Да, наверное, не стоило ждать полгода, но как есть… И я принялся рассказывать. И о том, как Вета заманила меня к себе, и о том, что между нами ничего не произошло на самом деле, и том, что я не сразу это понял. А потом я перешел к рассказу о сегодняшней ночи.

— Выходит, это не твой ребенок, — заключила мама, внимательно вглядываясь в мое лицо, как делала все время, пока я говорил.

— Не мой, абсолютно точно. Даже по сроку не совпадает.

— И Юля верит, что между тобой и этой Ветой ничего не произошло?

Я задумался и несколько раз глубоко вздохнул.

— Не знаю, мам. Она… Как будто сбежала ночью. Я не нашел ее в больнице.

— Сынок, я вот одного не понимаю… — мама как будто задумалась, а потом снова глянула на меня, и мне показалось, она сдерживала усмешку. — Почему ты поехал ко мне, а не к Юле?

— Думаешь, стоило?

— Мужчины! — воскликнула мама, цокнув. — Ты разве не понимаешь, что должен был поговорить с ней уже очень давно?

— И что бы я ей сказал?

— То, что сейчас рассказал мне. А теперь она все знает, но ты снова совершаешь ту же ошибку, которую сделал полгода назад.

— Это какую? — до меня не сразу дошло, что она имеет в виду.

— Снова молчишь!

— Как будто слова могут что-то решить! — немного раздраженно выдал я.

— В вашей ситуации только честный разговор по душам может что-то поменять. А если ты будешь сидеть и ждать у моря погоды, никогда ее не вернешь! — мама разошлась не на шутку. Ее глаза сверкали. Редко видел ее в таком взволнованном состоянии, она всегда казалась мне островком спокойствия и умиротворения.

— Думаешь, я еще могу вернуть ее? После всего того, что случилось?

— А что случилось, кроме того, что вас обоих бессовестнейшим образом обманули?

Я опустил взгляд, все еще думая, как поступить.

— Паша, не беси меня! — Мама покачала головой. — Ты любишь Юлю?

— Что за вопрос! Конечно, люблю!

— Так какого черта ты все еще здесь? — Она недовольно нахмурилась. — Руки в ноги и скорее к ней!

— А если она не захочет меня видеть?

— Тогда ты будешь об этом знать наверняка, а не мучиться в сомнениях.

Еще лишь несколько секунд я посидел в бездействии, а потом после слов мамы в голове будто что-то щелкнуло. Какой же я тормоз! Это действительно нужно было сделать уже очень давно! Я вскочил и, даже не обняв маму на прощание, пулей полетел к машине. Должен был увидеть бывшую жену и поговорить с ней как можно скорее!

Юля

Я приехала домой глубокой ночью. Было так поздно, что уже скорее рано. С глубоким удовлетворением вздохнула, когда расстегнула корсет на вечернем платье. Он был не слишком тугим, но все же как хорошо, когда ничто не мешает дышать полной грудью!

Позволила Паше заняться финансовыми вопросами, а сама поехала отдыхать. Ночь выдалась трудная, я устала, но все равно влезла под душ. Хотелось смыть с себя все ненужное, все тяготы и переживания вечера. Вода всегда помогала расслабиться.

О бывшем муже я предпочитала не размышлять. Просто не знала, что делать с той информацией, которая на меня свалилась. Так привыкла думать о Паше как о предателе, что теперь не понимала, меняет ли для меня что-то то, что он не виноват. Почему он сразу обо всем не рассказал? Почему все эти месяцы предпочитал молчать? Он робко пытался намекнуть о том, что мы жертвы обстоятельств, но каким образом я что-то могла понять по этим невнятным объяснениям?

Зная Пашу, я осознавала, что теперь-то как раз все сходится. И его взгляды в мою сторону, и тот поцелуй перед тем, как мы узнали о беременности Веты. Одного не понимала: мы были близки, очень близки, почему он не мог рассказать? Хуже точно не стало бы, а так мы раскрыли бы обман гораздо раньше, если бы действовали сообща.

Как бы там ни было, все уже случилось, и я больше ничего не могла сделать, поэтому переоделась в удобную пижаму и легла спать. Наступила суббота — долгожданный выходной, хотя я и среди недели теперь иногда устраивала себе работу из дому, когда не чувствовала сил куда-то ехать. Осенняя октябрьская серость давала о себе знать. Иногда я совсем не могла себя заставить подняться с кровати, хотя старалась правильно питаться и пить витамины.

Хорошо хоть мама и отчим должны были вернуться через пару недель, его курс реабилитации подходил к концу. К сожалению, мне так и не удалось вырваться к ним, но я с нетерпением ждала их возвращения, чтобы крепко обнять обоих.