Анна Осокина – Развод. P.S. Я все еще тебя… (страница 18)

— Мы развелись, потому что полтора месяца назад я застала их в одной постели, — произнесла это и поразилась, насколько сухо прозвучал мой тон. Как будто я не о своей жизни говорила, а пересказывала события в сериале.

Бывшая свекровь погладила меня по колену и аккуратно поднялась из кресла, отойдя к зеркалу с умывальниками.

— Это все очень странно, Юленька, — покачала она головой. — Если бы ты мне не сказала это сама, я ни за что не поверила бы в то, что мой сын на такое способен.

Опустила лицо в ладони, прерывисто вздохнув, а потом снова посмотрела на женщину:

— Я так доверяла ему, что, скажи он мне, что между ними ничего не было, попробуй он хотя бы заикнуться, что это все какая-то дикая случайность… Наверное, я была бы дурой, но поверила бы ему. — Я теребила пальцы, щипая кожу вокруг ногтей до красноты. Голос взлетел на несколько тонов, а потом резко упал почти до шепота: — Только он ничего не сказал. Не объяснил и не попытался исправить ситуацию. Он просто молча меня отпустил, даже не извинился…

— Что-то здесь нечисто, Юль, — покачала головой Марина Григорьевна. — Ты как будто не про моего Пашу рассказываешь.

Я встала и, включив воду, снова умылась, убрав остатки туши. Не стоило вообще сегодня краситься. Наверняка же знала, что буду плакать. Слишком я восприимчива к чужому горю.

— Как есть, Марина Григорьевна, как есть…

— Я поговорю с ним, — твердым голосом сказала она.

— Не стоит, — вздохнула я. — Правда, не стоит. Все уже в прошлом. Слишком далеко все зашло, чтобы можно было хоть что-то исправить.

Глава 8

Новый инженер-конструктор оказался находкой. И дело было вовсе не в том, что он намекал мне на свидания, потому что я только переводила все в шутку. Слишком рано заводить отношения с кем-то, когда в груди вместо сердца сплошная открытая рана. Но, проработав всего несколько дней, он внес отличные предложения, которые понравились другим специалистам. Об успехах Самсонова мне постоянно докладывали, причем разные люди. Похоже, его самоуверенное поведение на собеседовании не было пустой бравадой. Он действительно хорош в своем деле.

Однако его внимание иногда приводило меня в ступор. Он с чего-то решил, что может писать мне на личный номер. Возможно, я сама виновата, потому что не пресекла эти попытки на корню с самого начала.

«Может, выпьем кофе внизу в обеденный перерыв?» — пришло от Виктора сообщение через несколько дней после похорон.

«Не совсем вас поняла, где ”внизу”? У нас нет никаких кафетериев», — ответила с недоумением.

«Вот именно!» — Экран снова ожил, а через две минуты ко мне в кабинет постучали, и на пороге появился новый инженер собственной персоной.

— Добрый день! — поздоровался он со мной и моим помощником. — Так что насчет кофе?

— Виктор, — посмотрела на него, растерянно хлопая ресницами, как в каком-то мультике. — Я вас не понимаю, правда.

Мужчина без спроса ввалился внутрь и с улыбкой плюхнулся на стул напротив меня.

— В шаговой доступности отсюда нет ни одного кафе или хотя бы столовой, вы об этом знаете?

— Ну… — все еще не понимая, к чему он клонит, протянула я. — Да, наверное.

— У рабочих два перерыва по полчаса за день. За столь короткое время они при всем желании не смогут никуда выйти. Все берут еду с собой из дома.

— Логично. — Я кивнула.

— Но не думали ли вы, что хотя бы небольшое кафе может поднять боевой дух рабочего коллектива?

— А что, у них недостаточно мотивации для работы? — улыбнулась я. Почему-то не могла смотреть на этого слегка нахального, но чрезвычайно милого молодого мужчину, оставаясь совершенно серьезной.

— Конечно, лучшая мотивация — это хорошая зарплата, — хмыкнул Виктор, чем заставил ухмыльнуться и моего секретаря. — Но свежесваренный кофе, знаете ли, тоже прибавит воли к жизни.

Я засмеялась.

— А вы готовы распрощаться с частью своего заработка, чтобы платить бариста?

— А бариста не понадобится, — парировал собеседник.

— Виктор. — Я закатила глаза, начиная уставать от разговора. — Мне еще нужно просмотреть вот эту стопку документов. — С трудом приподняла гору бумаг, которую подсунул мне Сергей с утра пораньше. — Чего именно вы от меня хотите?

— Выпить с вами кофе, — он улыбнулся, словно Чеширский кот. — В нашей новой кофейне самообслуживания. Минимум вложений, она окупится уже через несколько месяцев, а все работники в здании будут вам благодарны.

— По крайней мере, те, которые любят кофе, — тихо добавил мой секретарь.

— И ты туда же? — сощурившись, посмотрела на Сергея.

— А что? — Он пожал плечами. — Каждый раз ездить куда-то за чашкой кофе — такая себе перспектива. А эту растворимую гадость я пить не могу, у меня от нее только тахикардия начинается.

Инженер почуял поддержку в лице моего помощника и усилил нажим:

— В фойе достаточно места для того, чтобы установить не только стойку самообслуживания, но и поставить несколько столиков для удобства. Юлия Александровна, я понимаю, дела сейчас идут не очень, я не предлагаю вам заниматься благотворительностью, это будет коммерческий проект.

— Так, стоп-стоп! — Замотала головой. — С чего вы взяли, что дела идут плохо? — не поняла я. — Мы заключаем новые выгодные сделки, к концу года рабочие могут рассчитывать на повышение заработной платы, вы, кстати, тоже, если… будете работать хорошо, — начала я серьезно, но закончила со смешком.

— Ну, судя по состоянию вашего кабинета… — мужчина демонстративно огляделся, глядя на облупленные стены.

Я вздохнула и спрятала лицо в ладони. Меня с утра мутило, накануне вечером съела шаурму из круглосуточного киоска по дороге домой, видимо, курица в ней была не первой свежести. Посидела так несколько секунд и снова подняла глаза на Виктора.

— Вам говорили, что вы наглый? — спросила без капли юмора.

— Было такое, — снова растянул губы в улыбке инженер. — Так что насчет кофе?

— Будет вам кофе, — сдалась я. — Нормальное кафе с бариста, с пирожными и закусками. Думаю, мы можем себе это позволить? — посмотрела на секретаря.

— Я свяжусь с бухгалтерией, пусть составят смету.

— И с юристами, пускай поскорее сделают нам разрешение на открытие пункта общественного питания. А еще найди рабочих, которые приведут в порядок кабинет, — добавила я, снова вздохнув. Виктор прав, если я буду встречаться здесь с потенциальными клиентами, это их может отпугнуть. — И нужно заказать новую мебель.

— Вы прелесть! — Инженер вскочил и спешно покинул кабинет, не дожидаясь, пока я как-то отреагирую на его реплику.

Так и застыла с поднятыми чуть ли не на макушку бровями.

— Ты слышал? — Ошарашенно посмотрела на помощника. — Я прелесть.

Сергей, который тоже явно неровно дышал к мысли о том, что в нашей новой обители появится кафе, взял все в свои руки: поторопил бухгалтерию и юристов, связался с отделом кадров, сделал несколько звонков, нашел дизайнера, ремонтников, и уже на следующий день работа в фойе закипела. В огромном пространстве отделили небольшую зону, пригодную для установки необходимого оборудования.

Параллельно с этим мы с Сергеем переехали в чулан, по-другому эту каморку и не назовешь, потому что наш кабинет подвергся полной реконструкции. Когда я говорила о том, что его нужно привести в порядок, думала скорее о том, чтобы перекрасить стены и перестелить старый ободранный линолеум, но реальность превзошла самые смелые ожидания. Ремонт разошелся не на шутку.

Сказать по правде, у меня не было ни сил, ни желания следить за тем, что там устроили подчиненные. Ощущала себя отшельником и даже была рада, что сижу в темном тихом уголке и занимаюсь бумажками или учу билеты к экзаменам. Усталость снова вернулась, и я при любой возможности старалась прикрыть глаза и подремать хотя бы несколько минут.

Совсем не ощущала себя большим боссом огромной фирмы, временно возложив все обязанности по встречами с новыми клиентами на Пашу. Здесь, среди простых рабочих, чувствовала себя скорее менеджером среднего звена, но это было даже хорошо. Психологически не так давило. Сессия начиналась меньше чем через две недели, и я знатно волновалась. Не в моих принципах предлагать взятки преподавателям, поэтому я рассчитывала только на свои силы, которых оставалось все меньше. Но я уже видела свет в конце тоннеля: сделать последний рывок и получить долгожданную свободу и диплом.

Только я еще не знала, что в мою жизнь, которая уже приходила в относительное равновесие, снова бессовестным образом кое-кто вторгнется, срывая корки с только начавшей затягиваться раны.

***

— Ну я же оказался прав? — с торжеством в голосе и огнем в глазах сказал Виктор, когда через неделю мы сидели в новеньком кафе.

На производстве было несколько цехов, у каждого из которых свое расписание, поэтому никто не толпился, но почти все столики оказались заняты. Виктор добился своего: я оторвалась от экзаменационных билетов и пошла выпить с ним кофе, правда, по итогу взяла облепихово-имбирный чай, благо, выбор напитков был большой. Я ко всему этому почти не приложила руку, возложив все заботы на секретаря, поэтому только радовалась результату. В фойе, благодаря запахам кофе и свежей выпечки, которую привозили по утрам, стало намного уютнее.

Позволила Виктору заплатить за нас обоих, подумав, что меня это ни к чему не обязывает. Мы ведь даже не в настоящем кафе. Я не хотела, чтобы он рассчитывал на что-то большее, чем просто дружеские беседы.