Анна Осокина – Развод. P.S. Я все еще тебя… (страница 19)

Ремонт в кабинете тоже подходил к концу, до первого экзамена оставались считаные дни. Жизнь, в общем-то, налаживалась. О Паше я предпочитала ничего не знать, чтобы лишний раз не бередить душу.

— Ладно, признаю, идея с кафе возымела успех, — улыбнулась я. Виктор неизменно поднимал мне настроение и даже заряжал энергией, которой мне так не хватало в последнее время. — Только я вот не пойму, а почему среди рабочих ходят слухи, будто это моя идея, — не снимая с лица улыбки, спросила я.

— А разве не ваша? — Инженер сделал невинные глаза.

Я рассмеялась.

— Нет, правда, Виктор, зачем вы всем сказали, что это я предложила?

— Повышаю авторитет начальства среди пролетариев, — очень серьезно сообщил он.

Я прыснула и покачала головой.

— Что ж, а вы мне нравитесь.

— Я в этом даже не сомневался, мало кто может устоять перед моим обаянием и харизмой.

— Но не увлекайтесь самолюбованием слишком сильно, — едва сдерживая улыбку, посоветовала я.

— Скромность — удел слабых, — отмахнулся мужчина. — Зато я наконец могу угостить вас… — он глянул на мой напиток с некоторым недоумением, но все же продолжил: — облепиховым чаем.

Хотела ответить, продолжив перекидываться ничего не значащими репликами, которые, впрочем, здорово отвлекали от свалившихся трудностей, но взглядом наткнулась на человека, которого меньше всего ожидала здесь увидеть. Сердце неприятно сжалось. Сморщилась, не успев проконтролировать выражение лица. Виктор повернулся в ту сторону, в которую я смотрела.

— Ваша знакомая? — спросил он как ни в чем не бывало.

Я наблюдала за тем, как Вета оглядывается по сторонам, а потом идет к пропускному пункту.

— Можно и так сказать… Извините, Виктор, мне надо…

Кажется, я даже не закончила фразу, мысли улетели далеко от красивого мужчины, сидевшего напротив. Оставив недопитый чай, я поднялась и направилась к охраннику, потому что Вету он ожидаемо пропускать не собирался.

— Что ты здесь забыла? — не тратя время на приветствия, обратилась к ней, чувствуя, как неприятно сжимается желудок и начинает подташнивать. В последнее время меня очень часто мутило, так бывало всегда, когда я нервничаю. А нервничала я теперь почти перманентно.

— Нужно поговорить, — сказала бывшая подруга.

Она пришла в джинсах и свободной рубашке. В такой одежде живота видно не было, Вета совсем не выглядела беременной. Я набрала в легкие побольше воздуха и медленно выпустила его, а потом обратилась к охраннику:

— Пропустите девушку.

Развернувшись, пошла к своему временному кабинету, даже не глядя, следует ли Вета за мной.

Сергея не было, он повез документы в головной офис, потому что мне срочно потребовались подписи Павла. Я включила тусклый свет единственной лампочки и села за стол, заваленный бумагами, потому что шкафы в этой каморке не поместились. Здесь вообще трудно было развернуться. Утешало только то, что через пару дней я вернусь в нормальный кабинет.

Вета вошла и брезгливо огляделась.

— Значит, здесь ты работаешь теперь? — Она непонимающе посмотрела на меня.

Не стала ей ничего объяснять.

— Что тебе нужно, Вета? Я занята.

Бывшая подруга вздохнула и, убрав со стула пачку с документами, села напротив. Она опустила голову и смотрела только на свои пальцы, сплетенные друг с другом. Пришлось прочистить горло, напоминая о себе.

— Я знаю, что поступила с тобой некрасиво, — начала она, все еще не глядя мне в глаза.

Не смогла сдержать смешок. Некрасиво? Это очень мягко сказано. Не стала облегчать ей задачу и просто ждала, что она скажет дальше.

— Я сожалею, что все так вышло, но что сделано, то сделано. Теперь нам обеим нужно жить дальше.

— И что же, ты предлагаешь возобновить дружбу? Будем жить одной большой семьей? — с издевкой спросила я и про себя добавила: «Неблагополучной».

Вета резко вскинула на меня взгляд выразительных глаз, обрамленных очень длинными наращенными ресницами.

— Нет, вовсе нет. Я не об этом.

— Тогда зачем пришла? — Я теряла терпение. Выносить ее общество было трудно.

— Ребенку нужен отец, — она снова опустила взгляд, положив руки на живот. Этот нарочитый жест проник уколом в сердце.

— И при чем тут я? — постаралась сделать тон как можно более безразличным. Я действительно не понимала, зачем она заявилась сюда.

— Ты ведь знаешь, как тяжело мне было без матери и с пьющим отцом? — завела она тему как-то уж слишком издалека.

— Вета, давай ближе к делу, — оборвала ее довольно грубо.

— Паша меня игнорирует, — Вета сказала это таким голосом, что я поняла: этот факт ее по-настоящему расстраивает. И одновременно с этим та же темная удовлетворенность, которую я испытала на похоронах, когда видела, как мой бывший муж намеренно избегает ее взгляда, подняла мерзкую голову.

— А ты надеялась на то, что после той сцены, которую ты устроила на похоронах, он сразу же тебя под венец потащит?

Я сказала это только для того, чтобы ее позлить, но, судя по глазам, в которых стояли слезы, невольно угодила в яблочко.

— Погоди-ка. — Я сощурилась. — Ты что, правда думала, что он на тебе женится? — Я была так поражена тем, что происходит в ее голове, что даже забыла про саркастический тон.

— Я ношу его ребенка! — слишком патетично воскликнула Вета.

— И что Павел по этому поводу говорит?

— Сказал, что ребенка обеспечит.

— Ну, и что тебе еще нужно?

— Ты что, правда не понимаешь? — Бывшая подруга наклонилась ближе ко мне, я даже чувствовала аромат мятной конфеты. Сколько ее знала, она всегда сосала мятные леденцы или жевала ментоловые жвачки, этот запах уже плотно ассоциировался с ней.

— Правда не понимаю. — Спокойно пожала плечами и отклонилась подальше. — Попробуй объясни.

— Ребенку нужна полная семья! — Слезы, которые вот-вот были готовы пролиться еще две минуты назад, высохли. Теперь глаза горели праведным гневом, и от этого мне становилось смешно. — Не хочу, чтобы он испытывал то, что испытала я!

Я смотрела в ее бесстыжие глаза и умом осознавала, что это очень топорная и грубая манипуляция, однако, не понаслышке зная все трудности, с которыми Вета столкнулась, поняла, что… сочувствую ей, черт побери!

Сжала кулаки под столом. Какая же я идиотка, господи боже мой. А между тем Вета продолжала пламенную речь:

— Поговори с Пашей! Пожалуйста! Знаю, тебя он послушает!

У меня от ее слов дух перехватило. Я то ли потеряла дар речи от ее наглости, то ли восхищалась ее смелостью. Запустила пальцы в волосы, уперев ладони в лоб, и размышляла. Бесконечно размышляла, не зная, что ответить на такую дерзкую просьбу.

— Ты хоть понимаешь, как это выглядит с моей стороны? — наконец нарушила я воцарившуюся тишину.

— Да. Прекрасно. Я все понимаю, но и ты меня пойми. Сделанного уже не воротишь, а жизнь продолжается, и я обязана устроить лучшие условия для своего малыша. Он не виноват в ошибках взрослых.

Тяжело выпустила воздух из легких. Она хочет, чтобы я пошла к Паше и что?.. Уговаривала его жениться на ней? Какая же нелепая ситуация!

— Уходи, Вета, — тихо сказала я, качая головой. — Уйди. Глаза б мои тебя больше не видели…

Гнева не было. Я чувствовала лишь безмерную усталость, как будто меня распластал по земле асфальтоукладочный каток. Этот разговор высосал из меня все силы. Девушка тихо встала и в два шага оказалась у двери. На пороге она еще раз обернулась:

— Юль, пожалуйста, поговори с ним, у меня больше никого нет.

Я скрипнула зубами и на миг испугалась, что что-то сломала, но не успела ничего ответить, как бывшая подруга скрылась за дверью.

О чем она меня просит? Неужели не понимает, что я ни за что на это не пойду! Или все-таки пойду?..

***

Следующие несколько дней прошли как в бреду. Я взяла выходные, чтобы подготовиться к экзамену, но разговор с Ветой не выходил из головы. Пыталась загрузить мысли экзаменационными билетами, но все тщетно. Конспекты валились из рук, учебники казались написанными на иностранном языке. Так тяжело мне не было никогда, даже в тот момент, когда я увидела любимого в постели лучшей подруги. Тогда я была лишь жертвой, а теперь в мои руки как будто вложили крошечную жизнь и сказали, что я за нее в ответе. Да, черт возьми! Я попалась на эту удочку, поддалась манипуляции. И ничего не могла с этим поделать!

Каким образом сдала экзамен на отлично, остается для меня загадкой до сих пор. Мозг, видимо, все же в фоновом режиме запоминал информацию, иначе не могу понять, откуда в нем взялись ответы на экзаменационные вопросы.

Однако, получив заветную запись в зачетку, я не пошла праздновать с одногруппниками в кафе, а полетела в офис, чтобы решить те вопросы, которые без меня никак не могли сдвинуться с места.