Анна Осокина – Развод. P.S. Я все еще тебя… (страница 11)

— Я заслужил! Не молчи, Юля! — уже не таясь, крикнул он мне в лицо, а у меня внутри все сильнее закручивалась тугая пружина. Я как будто физически стала меньше, и вся сжалась. Как бы ни старалась сохранять остатки самообладания, почувствовала, что глаза застилает пелена слез. Они потекли по щекам беспрерывным потоком.

— Это тебе нужно, — выдала на удивление ничуть не изменившимся голосом. — Ты чувствуешь вину и думаешь, что, если я устрою скандал, ты испытаешь облегчение.

Покачала головой, все еще рассматривая его лицо с расстояния нескольких сантиметров.

— Только я не стану облегчать твое состояние. Ты виноват в том, что все закончилось, теперь живи с этим.

— Юль… — Паша сказал это очень тихо, почти хныкнул, словно маленький мальчик. — Я так не могу, мне очень плохо…

На лбу у него выступила испарина, а в глазах стояли непролитые слезы.

— Ш-ш-ш! — Я почти упала ему на грудь, приложив указательный палец к его мягким губам. — Молчи… — Все качала и качала головой. — Я не хочу ничего знать…

Он со стоном безысходности прижался влажным лбом к моему.

— Юля, пожалуйста!.. — воскликнул он шепотом.

— О чем ты просишь?.. — выдохнула ему в рот.

— Я не знаю, — шепнул он растерянно. — Она мне даже не нравится, я никогда не думал о ней в этом плане… Не понимаю, как это произошло…

Он касался меня только лбом, а я держала ладони на его груди, ощущая сильное и быстрое биение сердца. Оно словно убегало от кого-то. И как же хотелось сократить оставшиеся миллиметры и прижаться губами к его губам! От этого меня бросило в жар, а голова закружилась.

— Черт бы тебя побрал, Сорокин, — исступленно воскликнула я вполголоса, потому что мы находились слишком близко друг от друга. — Черт бы тебя побрал, — добавила еще тише. — Я так тебя ненавижу…

Не знаю, кто сделал это первым, кто преодолел оставшееся расстояние, но наши губы все-таки соприкоснулись, всего на один миг. И кто знает, что могло бы случиться дальше, если бы нас не прервали, но дверь резко распахнулась. Мы отпрянули друг от друга, как подростки, застигнутые за чем-то неприличным.

— Нельзя сюда, я же сказал! — кричал из приемной помощник, пытаясь оттеснить от входа мою бывшую подругу, но она всегда была не из робкого десятка.

— А, вот вы где, — оглядела нас обоих Вета. Мне кажется, по нашему виду можно было сразу сделать соответствующие выводы, что здесь происходило. Все случилось слишком быстро, и я не успела взять себя в руки. — Что ж, даже хорошо, что я нашла вас обоих.

Вета, словно королева, прошествовала к моему столу, извлекая на ходу из сумки какую-то бумагу.

— Зачем ты пришла? — раздраженно спросил Паша.

— Потому что ты не отвечаешь на мои звонки.

— Сергей, закройте дверь! — выпалила я. Не нужно, чтобы об этом разговоре знал весь офис. Помощник беспрекословно выполнил приказ, исчезнув в приемной.

— Нам не о чем говорить, — отрезал мой бывший муж. — Я больше не хочу видеть тебя и вообще знать о тебе что-либо.

— А придется, мой дорогой, — усмехнулась девушка и протянула ему какой-то документ. — Каждое действие имеет последствия.

Я не знала, что там написано, но ком в горле стал настолько невыносим, что я едва могла вздохнуть.

Лицо Паши на глазах менялось, он становился все бледнее, а потом смял бумагу и отбросил ее от себя, словно гремучую змею. Он круто развернулся на невысоких каблуках туфель и с совершенно невидящим взглядом вышел вон из моего кабинета.

Я непонимающе глянула на Елизавету. Она с невозмутимым видом стояла на том же месте.

— Что там?.. — спросила, борясь с голосом, который совсем не слушался, получилось очень сипло и тихо.

Я не хотела видеть ее, не хотела слышать ничего о ней, но она вихрем ворвалась в мою жизнь, нарушила личное пространство и то хрупкое равновесие, которое я пыталась восстановить после двойного предательства.

— Сама посмотри, — как-то высокомерно бросила мне подруга и вышла вслед за бывшим мужем.

Я сглотнула и подошла к смятому листку, нагнулась, ощущая дрожь во всем теле, и развернула злосчастный документ, уже понимая, что сейчас увижу.

Глава 5

Это было заключение от врача. Но не слова мне бросились в глаза, а небольшой квадратный листик с черно-белым снимком УЗИ, прикрепленный к основному документу железной скобой. Еще не прочитав диагноз, я знала, что там будет написано. На темно-сером смазанном снимке виднелось маленькое черное пятнышко. Сердце сжалось так сильно, что я схватилась за грудь, пытаясь унять боль, которая из душевной уже переросла в физическую.

«Беременность, срок три-четыре недели», — гласила запись.

Я аккуратно положила бумагу на стол и медленно разгладила ее, было трудно дышать, трудно размышлять. Все, что я могла делать, — это методично разглаживать документ, который смял Паша, прежде чем ушел. Не знаю, зачем я это делала. Руки тряслись, а по щекам текли и текли слезы, от них уже пекло кожу на лице.

Я думала, что больнее уже быть не может. Но вот. Все произошло ровно месяц назад. Ровно месяц назад я лишилась любимого человека и подруги. А теперь еще и это!

Это я должна была быть на ее месте! Я ! Не то чтобы мы с Пашей планировали детей так рано, мы даже не успели об этом толком поговорить, только знали, что когда-то оба хотим большую семью, потому что касались этой темы на заре отношений. И все же Вета забрала у меня то, что было только моим ! Она не разрушила мою жизнь, нет, она украла ее… Повинуясь какому-то совсем не свойственному мне порыву, с яростью скинула со стола бутылку и бокалы вместе с результатами УЗИ, закричав без слов через сомкнутые губы: вышел полурык-полувопль. Через несколько секунд ко мне влетел Сергей.

— Юлия Александровна, все в порядке? — он растерянно застыл на пороге, наблюдая за тем, как я, тяжело дыша, застыла над столом, опершись на него ладонями.

— Да, — с трудом выдавила из себя откровенную ложь. И я знала: он прекрасно видит, что это совсем не правда, но не могла вот так просто говорить подчиненному о своих проблемах.

Тошнота подкатила внезапно. Я еле успела вытащить из-под стола урну, как пришлось избавиться от содержимого желудка. Нервы ни к черту. Мне было так противно, что когда-то я доверяла этой девушке самые сокровенные тайны, душу перед ней наизнанку выворачивала, считала ее родным человеком. Так противно… до рвотных позывов! Пришлось опуститься на четвереньки перед урной. Господи, как же стыдно!.. Не ожидала от себя такого. Я вообще сдержанный на эмоции человек, а здесь устроила какой-то цирк.

Подняла глаза, а помощника уже не было в кабинете. В глубине души порадовалась, что он испугался и убежал. Но через минуту услышала, как дверь открылась. Снова посмотрела на вход. Рыжеволосый помощник шел ко мне, аккуратно обходя осколки и лужу от напитка.

— Вот, — он что-то протянул мне. — Приложите на лоб и затылок, полегчает.

Взяла из его рук несколько смоченных бумажных полотенец и сделала так, как он сказал, а потом без сил привалилась к ножке стола.

— Спасибо, — шепнула, потому что голос вряд ли послушался бы меня в тот момент.

— Я вызову ночной клининг, — сказал Сергей. — К утру все будет блестеть, не волнуйтесь.

— Я не в порядке, — вдруг ляпнула невпопад. — Не в порядке…

— Вижу, — вздохнул помощник. — Чем я могу помочь?

— Не могу его видеть каждый день, — покачала головой, чувствуя, как глаза снова переполняются слезами. Я не хотела плакать при секретаре, но и сдерживать эмоции больше не получалось, словно река прорвалась через дамбу. У эмоций больше не было преград. — Мне плохо. Гадко, противно. А она… она… — не могла произнести это вслух, только махнула в сторону результата УЗИ, на который пролилось содержимое разбитой бутылки.

Сергей подошел и аккуратно двумя пальцами вытащил из лужи заключение, нахмурившись, прочитал и кивнул. Думаю, теперь в его голове сложились все пазлы. Теперь он знает, почему мой брак распался всего через три месяца после свадьбы. Да и к черту, пусть знает, скоро все в офисе будут в курсе. Такое огромное шило в мешке точно не утаишь. Какой же это позор… И почему от этого так стыдно мне ?

— Кажется, я знаю, как вам помочь, — сощурившись, будто о чем-то вспоминая, медленно произнес Сергей.

Непонимающе на него воззрилась. Разве в этой ситуации мне можно чем-то помочь? Жизнь крошится в моих руках, как хрупкое печенье, а я ничего, ничегошеньки не могу с этим сделать. Каким образом он хочет мне помочь?..

— На производстве тоже есть офис, он, конечно, далеко не в центре города, добираться неудобно, промышленный район, — помощник пожал плечами.

Я хмыкнула, начиная успокаиваться и пытаясь размышлять трезво. А это здравое предложение. Да хоть на другой конец света сбежать! Лишь бы не видеть Пашу, и больше не наткнуться случайно на Вету. В тот момент я готова была бы даже на Северный полюс поехать с экспедицией на полгода. А тут какой-то офис в другом конце города!

Слабо улыбнулась.

— Если захотите остаться здесь, в этом офисе, я пойму, вас нанимали с определенными условиями, и работа в промышленном районе — это вовсе не то, о чем мечтает офисный сотрудник…

— Юлия Александровна. — Секретарь нашел себе стул и сел на него. — Вы знаете, как я стал работать у вашего отца?

Я только отрицательно покачала головой.

— Федор Станиславович дал мне шанс, когда другие не хотели принимать. Я был студентом на заочке и молодым отцом. Приходилось и на заводах работать, и грузчиком, и даже в магазине в мясном отделе. — Сергей скривился. — Трудно найти достойную работу молодому специалисту без связей и опыта, будь ты хоть семи пядей во лбу. Но я не переставал искать, чтобы обеспечить лучшую жизнь для своей дочери.