Анна Осокина – Невольница императора (страница 11)

Несколько раз за все время я слышала, как по этой небольшой тихой улочке тяжелым шагом проходят стражники. Эти звуки я уже хорошо выучила и каждый раз внутренне сжималась от них. Однако, похоже, это обычное патрулирование здешних мест.

Я мало что знала о жизни охсайцев, но прекрасно понимала, что она сильно отличается от тех порядков, которые заведены у меня дома, а потому старалась держать ухо востро и впитывать любую информацию, которая пригодится мне, чтобы достичь цели. А цель была совершенно конкретная.

По ощущениям вначале первой ночной стражи в дверь кто-то поскребся. Это было так тихо, что сначала я подумала, что мне показалось. Потом — что это один из множества бродячих плешивых котов, которые тут и там шныряли по грязным переулкам. Однако раздался тихий голос:

— Ильминара, это я, Касий.

От сердца отлегло. Я и сама не осознавала, насколько переживала, что этого пропойцы не было столько времени. Мигом подлетела к двери и отперла ее. Он вошел, и я закрыла за ним.

Хозяин комнатушки нес в руках большой сверток, который сразу же положил на стол.

— Как дела? — поинтересовался он как ни в чем не бывало, оглядывая мой наряд.

Оперлась бедром о торец столешницы и скрестила руки под грудью.

— Где ты был так долго?

— На хлеб зарабатывал, — хохотнул мужчина и, развернув сверток, вытащил оттуда несколько свечей, одну из которых тут же зажег и поставил на подсвечник. Он оглянулся, а потом принюхался.

— Ого, — только и промолвил он.

— Что — «ого»? — я ухмыльнулась. — Ты в первый раз видишь в своем доме порядок?

— Сказать по правде, да, — он продолжил выкладывать еду. — Проголодалась? Я тут сладкие пирожки принес.

Только сейчас поняла, что Касий трезв. При том совершенно.

— Чем ты зарабатываешь на жизнь? — без обиняков спросила я, не желая ходить вокруг да около.

— А это имеет значение? — внимательно посмотрел он мне в глаза.

Я медленно пожала плечами и выдала догадку:

— Ты вор?

Мужчина в первый миг даже закашлялся от неожиданности — слюной подавился.

— С чего такие выводы?

— Ну, если бы ты был каким-нибудь торговцем, то мог бы сразу об этом сказать. Будь ты столяром, плотником или гончаром, следы твоей деятельности обязательно нашлись бы у тебя дома. А здесь пусто.

— И поэтому ты решила, что я — вор? — в глазах хозяина дома блестели озорные огоньки.

— Ну, да… — я немного смутилась, подумав, что и вправду выводы слишком опрометчивы, а он, возможно, не делает ничего плохого.

— Раскусила! — захохотал Касий. — Ну что, пойдешь сдавать меня стражникам?

— Ха-ха-ха, — передразнила его. — Очень смешно.

— Тогда, раз я еще пока остаюсь на свободе, давай поужинаем, а то я зверски проголодался, — он вытащил те самые пирожки, о которых говорил, но не только их. Была здесь и запеченная рыба, и кусок хорошо прожаренного мяса. Мы выложили все на чистую теперь поверхность. Бутыль из почти черного толстого стекла появилась следом. Затем Кас подвинул стол к кровати, чтобы я могла сесть, а сам расположился на стуле.

— А здесь может быть даже почти уютно… — вдруг протянул он таким тоном, будто сам этого не ожидал.

— Тебе лишь иногда стоит проводить уборку, и тогда здесь вполне можно жить.

Он лишь неопределенно хмыкнул, продолжив трапезу.

— Дай сюда свой бокал, — он кивнул на стеллаж, где сверкал вымытый до блеска бокал.

Я покачала головой.

— Мне не нравится вкус крепких напитков. А потом от них в голове шумит.

— А с чего ты взяла, что это что-то крепкое?

— А ты разве пьешь что-то другое? — снова смутилась я.

— Это обычный ягодный морс, дай сюда бокал, пожалуйста.

Попробовала напиток и с удивлением поняла, что так и есть. Посмотрела на мужчину внимательно. Он выглядел неважно: темные тени залегли под глазами, лицо осунулось.

— У тебя все в порядке? — сдвинула брови на переносице.

— Устал немного.

— Когда ты в последний раз спал?

Он положил локти на стол и спрятал лицо в ладони, потирая глаза.

— С тобой.

— Но это же было два дня назад!

— Я привык подолгу не спать, все нормально.

— Давай-ка ложись!

Я поднялась и сама оттащила стол к стене, освободив проход к кровати. Кас удивленно посмотрел на меня.

— Ложись, чего смотришь?

Видела, что он собирался что-то сказать, но, видно, передумал и лег, скинув с себя сапоги.

— На улицах все тихо, тебя больше не ищут, — сообщил он, повернувшись на бок спиной к стене.

Я присела на краешек кровати.

— Тонкий намек на то, что в этом доме мне больше не рады? — осторожно спросила я. И почему-то от этой догадки грудь неприятно сжалась.

Касий, который уже прикрыл веки, снова их распахнул.

— Ильминара! — он даже не нашелся что ответить. — Не говори ерунды. Оставайся здесь столько, сколько нужно.

— Мина, — поправила его. — Зови меня Мина.

— Ладно, — хозяин комнаты чуть улыбнулся. — Действительно нужно поспать, еще перед рассветом мне придется уйти.

— Очень секретные дела государственной важности? — пошутила я.

— Даже не представляешь, — он зевнул. — Ты тоже ложись.

— Не думаю, что это хорошая идея, — я поднялась. — Кровать слишком мала.

— Мы уже два раза на ней спали, — Кас чуть приподнялся на локте.

От его слов я вспыхнула и отвернулась от него, хотя вряд ли он смог бы увидеть это в слабом огоньке единственной свечи.

— Мина, я даю слово, что не буду делать ничего против твоей воли. Просто очень хочу спать, а здесь нет другой мебели для отдыха.

— Это я уже заметила, — проворчала и повернулась к нему.

Он протянул мне руку. Нерешительно сделала несколько шагов к нему и со вздохом приняла ладонь. Он аккуратно притянул меня к себе, и я легла рядом на бок спиной к нему. Кас зарылся в мои распущенные волосы носом и накрыл меня тяжелой рукой. Лежать так было непривычно, но очень уютно. Почти сразу же он задышал ровно и глубоко.

Я тоже уже погружалась в сон, когда его рука чуть сдвинулась, а горячая ладонь накрыла холмик груди. Сосок под легкой рубашкой тут же затвердел. Я охнула, и сон мгновенно меня покинул, чего нельзя было сказать о Касе. Тот безмятежно дрых, однако его рука чуть сжала грудь, и это заставило меня издать еще один тихий звук, похожий на стон. Касий прижал меня к себе еще теснее, его дыхание немного участилось. Я почувствовала ягодицами горячую твердость у него между бедер и замерла, не зная, что делать.

— Кас, отпусти, — прошептала я. — Слышишь?

Но он или не слышал, или предпочел сделать вид. Я могла бы вырваться сама, но его близость сбивала с толку. Не знала, что делать, а потому просто лежала и слушала его участившееся дыхание. Он чуть двинул бедрами и шепнул: